Постепенно ФПГ развивались и стали проглядывать черты их отраслевой специализации: какие-то протохолдинги концентрировались на торговле, какие-то — на финансовой деятельности, какие-то пошли в производство. На первых порах производство было самым тяжелым видом бизнеса, за который молодые предприниматели брались с неохотой и опаской. Старые советские предприятия необходимо было модернизировать, что требовало огромных капиталовложений. Строить новые было еше дороже. Сроки окупаемости трудно было прогнозировать из-за несформированности рынка, непредсказуемости законодательства и гиперинфляции.
Первые ФПГ создавались как «сверху», так и «снизу»: первые — по инициации правительства, на базе объединения ряда промышленных предприятий, связанных технологической цепочкой или региональными узами. Банки при этом «пристегивались» к ФПГ в качестве их расчетных касс. Другие ФПГ создавались крупными банками по их собственной инициативе. Экспансия крупных банков проходила поэтапно. Сначала агрессивные уполномоченные банки открывали филиалы в регионах, потом они поглотали другие банки, действующие на территории их интересов. В сфере промышленности их действия сводились к покупке акций промышленных предприятий — своих клиентов или к массовым скупкам акций перспективных предприятий. Промышленные гиганты «Газпром», ЛУКОЙЛ, АвтоВАЗ также становились учредителями финансовых структур для нужд собственного обслуживания (так были созданы банки «Империал», НРБ, Газпромбанк, Автовазбанк и многие другие), ^ги конгломераты также представляли собой ФПГ, хотя формально и не имели такого статуса.
На базе ФПГ вскоре выросли крупнейшие бизнес-империи, положившие начало российской олигархии. «Империи» начали создаваться уже в 1992 году. Тогда крупные московские банки делали попытки осторожно покупать акции промышленных предприятий. Однако в первое время дело казалось маловыгодным, так как инвестиции в реальный сектор при существующих темпах инфляции были просто самоубийственными. Так что покупка банками акций предприятий чаще всего носила спекулятивный характер. Но постепенно стали заметны действия некоторых банков в самом деле инвестиционной направленности.
К осени 1994 г. в России образовались следующие ФПГ-империи: холдинг Промстройбанков (более 20 юридических лиц по России); империя Внешторгбанка; империя «Менатепа» (около 60 юридических лиц); империя ОНЭКСИМбанка (более 30 юридических лиц); империя «Российского кредита» (более 30 юрлиц); империя Инкомбанка (около 30 юрлиц); империя Мост-банка (42 юрлица).[368] Из перечисленных конгломератов компаний только две первые представляют интересы государства на рынке, остальные пять — крупнейшие ФПГ среди класса уполномоченных. В сферу интересов Мост-банка входил торговый и строительный бизнес. Империи ОНЭКСИМбанка, «Менатепа», Инкомбанка и «Российского кредита» — самые могущественные финансово-промышленные группы на территории Российской Федерации периода 1994–1995 гг. Как уже говорилось выше, именно эти банки занимали верхние строчки «рейтинга уполномоченности», именно эти банки стали основными конкурентами на залоговых аукционах, на которых произошел передел крупной собственности в России.
Следующий период становления бизнес-элиты России был связан с так называемыми залоговыми аукционами и созданием вертикально-интефированных межрегиональных корпораций. Сформированные финансово-промышленные группы предложили правительству кредит под залог государственных пакетов самых крупных промышленных предприятий страны. Трое бизнесменов — Владимир Потанин, глава ОНЭКСИМбанка, Михаил Ходорковский, глава банка «Менатеп», и Александр Смоленский, глава банка «Столичный», явились инициаторами этой акции, выступив на заседании правительства весной 1995 г. Их предложение было принято, и в сентябре 1995 г. Госкомимущество РФ утвердило перечень 44 предприятий, акции которых передавались правительству для обеспечения кредита коммерческих банков.[369]
Для первого этапа передачи под залог были подготовлены 29 предприятий, которые выставлялись на конкурс. Крупнейшими среди выставленных предприятий были РАО «Норильский никель» (51 % акций), нефтяные компании ЛУКОЙЛ (5 %), ЮКОС (45 %), «Сургутнефтегаз» (40 %), «Сиданко» (51 %), «Сибнефть» (51 %), а несколько позднее — «Связьинвест».
Строго говоря, эта сделка между правительством и частным бизнесом не была приватизацией. Предприятия не продавались, а лишь отдавались под залог кредита, предоставляемого коммерческими банками. Но реально передача в залог предприятий означала их продажу в частные руки, так как все участники сделки были уверены в том, что через год у правительства не будет средств для возвращения долга и лучшие предприятия России перейдут в руки предпринимателей за долги.
Если до 1995 г. бизнес-элита России была почти тождественна сообществу владельцев уполномоченных банков, то с этого момента стали складываться интегрированные бизнес-группы (ИБГ), где присутствовали как финансовая, так и промышленная составляющие. Я. Паппэ определяет ИБГ как совокупность экономических агентов, осуществляющих хозяйственную деятельность, причем существенной характеристикой ИБГ является наличие некоего «центра принятия ключевых решений, обязательных для всех агентов данного целого», который Паппэ называет «центральным элементом». Центральный элемент бывает двух типов: состоящий из юридических лиц или из группы физических лиц — собственников и/или высших менеджеров.[370] «Центральным элементом» складывающейся в период залоговых аукционов новой олигархии был класс уполномоченных. Именно эта группа была наиболее успешной на ранних стадиях становления российского рынка. Именно у нее скопились финансовые ресурсы, достаточные для большого рывка, который и был совершен в период 1995–1996 гг.
До залоговых аукционов бизнес-элита была группой финансистов, которая имела огромные связи в истеблишменте и была влиятельна в политическом смысле. Однако ее роль в российской экономике не была существенной. Крупнейшие отечественные предприятия ей еще не принадлежали. Был значительный разрыв между группой, контролировавшей стратегически важные предприятия страны, и группой, аккумулировавшей финансовый капитал в Москве (см. рисунок 7). Промышленные предприятия, полуразрушенные и нуждающиеся в серьезной модернизации, мало интересовали новых русских, готовых в любой момент сложить свои деньги в чемоданы и покинуть пределы родины.
Рисунок 7. Этапы формирования бизнеса и бизнес-элиты
Небольшая группа бизнес-элиты, которая контролировала до 80 % российских финансов, до 1995 г. почти не интересовалась инвестициями в реальный сектор экономики. Но теперь представилась возможность выгодно вложить свои деньги, а заодно и упрочить свое положение как в экономике, так и в политике. Уполномоченные банкиры в начале 90-х гг. из группы виртуально влиятельной превратились в группу действительно влиятельную. Теперь ее политический вес определялся не только связями в коридорах власти, популярностью в СМИ, но и экономическими ресурсами. Стратегический центр бизнес-сообщества постепенно стал перемешаться от банков к другим рыночным институтам (предприятиям промышленности, транспорта, связи, строительства, телекоммуникаций, средствам массовой информации). Этот процесс в какой-то мере носил и вынужденный характер, так как банки оказались под огнем критики общественности и государство начало предпринимать шаги по возвращению контроля над бюджетными ресурсами. Первой ласточкой был перевод счетов московской мэрии в Московский муниципальный банк, начавшийся в 1995 г. Постепенно и другие бюджетные средства выводятся из коммерческих банков в государственные казначейства. Начинается латентный банковский кризис, который становится явным лишь в 1998 г., когда большинство крупных банков из серии уполномоченных разоряется. В октябре 1995 г. терпит крах один из крупнейших привилегированных банков того времени — «Национальный кредит». Банковские ИБК разделяются на две группы: группу победителей на залоговых аукционах (Ходорковский, Смоленский, Потанин, Алекперов, Богданов). Вторую группу образуют структуры, потерпевшие поражение на залоговых аукционах (Инкомбанк, Альфа-банк, «Российский кредит», Мост-банк и др.). Но дальнейшая стратегия развития этих групп, несмотря на удачи или провалы 1995 года, похожа: укрупнение, реструктуризация и приобретение «третьего этажа» бизнеса — медиаструктур. В конце концов на российском рынке образуются конгломераты, которые состоят из следующих элементов: управляющей группы бизнесменов, их материнской компании, финансовой структуры, промышленных предприятий и СМИ (см. таблицу 8).
