Ковровые дорожки поела моль. А с доставкой вина вышла заминка, но Кайя категорически отказывался открывать погреба, утверждая, что морально не готов расстаться с достоянием предков столь варварским способом. Вина у него, видите ли, особые, предназначенные исключительно для внутрисемейных нужд.
И устроил дегустацию.
Для ближнего круга. Вина были и вправду хороши, хотя бы те, которые наша светлость смогла еще продегустировать. По-моему, после того, как я отправилась спать, дегустация превратилась в банальную попойку. Во всяком случае, на следующий день и Кайя, и Сержант, и Урфин имели крайне печальный вид. А на ментальном уровне и вовсе только треск стоял, да такой, как будто у меня в голове радио испорченное врубилось. Тоже удовольствия мало — к своей головной боли чужую добавлять.
И ведь подействовал же этиловый спирт на Кайя. Где его устойчивость к ядам, спрашивается?
Впрочем, злиться на Кайя не выходит. Если у меня неделя нервная выдалась, то он и вовсе чудом держится в войне с Советом.
Совет против возвращения Кайя. Их светлость не должны были бросать войну и прочие важные для протектората дела незавершенными. Совет понимает, что стало причиной подобного поведения. Негодует. И народ поддерживает Совет в его негодовании. Наша Светлость вредят протекторату своим недостойным поведением, о котором знают уже все, и только их светлость продолжает наивно верить и позволять мне вмешиваться в дела государственной важности.
Совет против создания лечебницы.
Нет, не в принципе, но на месте конкретного банка. Он тоже полезен городу, а для лечебницы и окраина подойдет…
Совет против создания нового Благотворительного комитета.
Зачем, когда старый работает неплохо. А наша светлость своим беспардонным вмешательством нанесла тяжкое оскорбление достойнейшим дамам, которые многие годы беспристрастно и самоотверженно стояли на страже общественного блага.
И раздача денег беднякам — это глупость несусветная!
Они же их потратят!
Совет против вмешательства Кайя в дела частных лиц при недостаточных на то основаниях. «Золотой берег» принадлежал весьма уважаемым людям, и если возникли вопросы к уплате данными людьми налогов, то следовало эти вопросы решить мирным путем. Казне готовы были компенсировать ущерб. Надо было лишь озвучить сумму. Совет настоятельно не рекомендует повторять подобные действия…
Совет против произвола, учиненного лордом-дознавателем в городских кварталах. И обращает внимание, что именно действия Магнуса Дохерти вызвали народное недовольство. Нельзя сжигать чужие публичные дома и вешать людей без суда и следствия. А еще безосновательно преследовать некоторых рыцарей, вынуждая их скрываться…
…Кайя должен признать, что нет ни одного веского доказательства причастности де Монфора к тому досадному происшествию, которое имело место быть…
…Кайя должен согласиться, что вся вина лежит на Урфине, чье поведение всегда отличалась неосмотрительностью. И в общем, не надо шляться ночами по подворотням…
…Кайя должен взять де Монфора под свою защиту, поскольку дело даже не в нем, а во многих молодых и достойных представителях древних родов, которые в результате коварных происков людей низких и подлых больше не чувствуют себя в безопасности…
Совет против повышения закупочных цен на зерно, хотя хлебные склады города в этом году были заполнены лишь на две трети. Если крестьяне не желают сдавать зерно по установленным ценам, следует их заставить.
Совет против реконструкции трех городских кварталов. Узкие улицы? Плохая, а то и вовсе отсутствующая канализация? Обилие крыс? Заболевания? Высокий уровень смертности как результат? Помилуйте, люди всегда умирают. И это совершенно естественный процесс…
Совет против создания регулярной пожарной команды, наподобие той, что имеют гильдии оружейников, кузнецов и пекарей. Вернее, не совсем против: если другие гильдии пожелают последовать благому примеру — а Совет готов отметить сию инициативу выдачей благодарственных бумаг главам гильдий, — то город будет рад. Но вот содержать подобную структуру самому городу нецелесообразно… почти так же нецелесообразно, как содержать лечебницу.
Люди от этого болеть не перестанут. А бюджет пострадает.
Конечно, Совет всецело разделяет желание Кайя улучшить жизнь в протекторате и выступает с рядом собственных инициатив.
Совет за предоставление детям возможности работать без ограничения возраста. Почему бы и нет? Право на труд неотъемлемо и священно. И Кайя следует признать, что дети должны помогать родителям в меру собственных сил…
Совет за усиление городского гарнизона и возвращение существовавших некогда ограничений на присутствие простолюдинов в пределах Верхнего замка. И желательно вовсе сделать так, чтобы низшие сословия обитали исключительно в отведенных для них кварталах. Это снизит напряженность и уровень преступности в Верхнем замке…
Совет за право людей распоряжаться собой, включая продажу себя в вечное рабство в случае появления подобного желания. Это позволит решить проблему бедняков без привлечения дополнительных средств. Тот, кто не сумеет самостоятельно содержать себя, пусть ищет хозяина…
Конечно, Совет за признание заслуг Кайя перед протекторатом. И, выражая волю народа, глубочайшее признание и любовь к своему лорду, желает воздвигнуть памятник на городской площади.
Конный.
Проект и смета уже одобрены. И скульптор готов приступить к работе, если их светлость…
По-моему, это стало последней каплей.
— Памятник! — У Кайя не осталось сил на злость. — Вот зачем мне памятник?
Наша светлость согласилась, что совершенно незачем. Ей супруга в одном экземпляре хватает.
— Иза, я не понимаю. Им не жаль денег на памятник, но они не желают тратить их на город. Я пытаюсь объяснить… я уже говорю на том языке, который им понятен. Что люди — это тоже капитал. И ресурс. Ресурсы надо беречь, но им кажется, что этот ресурс бесконечен! Люди, в отличие от золота, иссякнуть не могут!
Он уставал — от этой войны, от необходимости раз за разом доказывать, объяснять, пробиваться… и отступать. Совет накладывал вето на решения Кайя. Кайя отказывался признавать законными решения Совета.
— Потом мы дойдем до компромисса. Я в чем-то уступлю им. Они — мне. Это торговля. — Кайя рассказывал мне не все, я знаю. А я не настаивала, понимая, что здесь вряд ли чем-то смогу помочь. — Но лечебница будет открыта. Здесь мне их одобрение не нужно… как и с комитетом. Фермы тоже я в покое не оставлю. Здесь закон на моей стороне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
