Глава 26
Садрен зашел в больничную палату. Возле койки Максимилиана Кука стояло несколько роботов, и они проверяли состояние Кука. Больному вставили протезы на ногах и наращивали сверху кожу, чтобы не было видно новых металлических ног вице-императора. Максимилиан Кук выглядел несчастным и исхудалым, под глазами виднелись мешки, цвет кожи позеленел. Когда Садрен подошел к его койке, роботы поклонились и разошлись, дав графу присесть поближе к больному. Садрен поставил около койки табурет и присел. Заметив его присутствие, Кук слабо улыбнулся. Он протянул к нему здоровую дрожащую руку, и Садрен нежно, словно боялся принести боль, накрыл ее своими ладонями.
— Ты пришел ко мне, граф Садрен, — слабо улыбнулся и прошептал Максимилиан. Светильник на потолке ярко осветил его и заставил глаза вице-императора прищуриться.
— Господин Кук, я пришел, дабы сообщить одну неприятную вещь, — сдавленным голосом начал Садрен. Кук встревожился: — Император назначил меня отправиться за последней дочерью Стафана Мирабел. Император думал, что, убив Посла Звезд Галактик Антенн, он станет на один шаг ближе к победе, но ошибся — Послом Звезд стала Мирабел, и Император приказал мне вновь присоединиться к Галактической службе Космической безопасности, дабы с ними искать Мирабел, которая помимо Посла Звезд стала королевой Галактики по завещанию. Мне придется покинуть Финикс, и я не смогу навещать тебя, вице-император.
Кук расстроился. Его брови изогнулись и поднялись вверх, а глаза тускло рассматривали Садрена:
— Нет, граф Садрен! Не бросай меня…мне тяжело…
Крепко сжимая ему руку, Садрен грустно покачал головой:
— Мне придется. Император приказал.
— Но… — печаль скользила в голосе Кука, — когда ты вернешься на Финикс?
— Когда поймаю Мирабел. Без нее Император не пустит меня на Финикс.
— А если поиски принцессы растянутся на столетия? — спросил Кук дрожащим голосом.
Садрен, глядя на опечаленное лицо Кука, убрал его волосы, упавшие на глаза, и сказал:
— Я постараюсь поторопиться. Ради тебя, вице-император. А ты пока поправляйся. — слабо улыбнулся Садрен и осторожно, но в то же время нежно провел рукой по щеке Кука.
— Я буду тебя ждать, граф Садрен. — в голосе Кука прозвучала надежда. — если бы не чертов принц, я не лежал бы здесь, а был с тобой…
Попрощавшись, Садрен недовольно убрал табуретку на место и бросил прощальный взгляд на грустное лицо Кука. Тот слабо улыбнулся ему, махая металлической рукой.
***
Имперский крейсер привез выживших эвакуированных поселенцев деревни в замок Эрамгедона. Их привели в тронный зал, под предводительством Мариам и Сабины. Софиан вместе с ивенгами шла следом за помощницами Императора и рассматривала убранство замка уже другими глазами. Темные стены обдавали мглой, статуи монстров сковали ее телом под давлением леденящего страха. Девушка чувствовала, какая злая аура царила в замке, которая стремительно выталкивала ее покинуть замок. Как она могла здесь находиться, девушка уже не понимала. Но больше ее удивляло, как замок влиял на помощниц Эрамгедона. Глаза Мариам опасно блестели, она внимательно следила за передвижениями выживших. Хищная улыбка тронула ее губы, и женщина не выдержала и счастливо улыбнулась, с нетерпением ожидая узнать, что с выжившими сделает сам Император.
А вот Сабина чувствовала себя дурно. Ее губы были крепко сжаты, тело слабо тряслось. Софиан заметила, что бывший королевский солдат был до дрожи напуган.
Выжившие с изумлением рассматривали статуи монстров и кровавые портреты. А когда Мариам привела их трону, за которым были повешены скелеты, люди замерли всем телом.
На троне сидел Император. Эрамгедон мечтательно смотрел вдаль, гладя рукой ручку трона. Его белые волосы сверкали от лучей, исходящих из камня Ксандиреум. Второй рукой Император крепко держал скипетр.
Рядом с троном стояли Даниэлд и Гэриш. Даниэлд бросил презрительный взгляд на выживших, как на грязный мусор. Гэриш нервно скользил взглядом от Эрамгедона к выжившим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ваше Величество, — Мариам подошла к трону и поклонилась Эрамгедону. Бандитка робко поцеловала его тыльную сторону ладони и продолжила: — выжившие здесь.
Эрамгедон слегка прикрыл глаза и посмотрел на будущих смертников. Он сильно чувствовал их страх и скорбь, и эти тяжкие чувства заставили его развеселиться. Глядя на измученных невинных людей, Эрамгедон слабо улыбнулся. В его ониксовых глазах сверкнуло злорадство. Кровавые зрачки расширились от удовольствия, которое пробуждалось в его венах лишь от жестоких мыслей.
Он поднялся с трона и медленно направился к выжившим. Людям было некомфортно и страшно видеть перед собой тирана, ростом больше двух метров, а его радостные глаза, где горело наслаждение, заставляла страх расти сильней.
Софиан тоже почувствовала себя неловко. Эрамгедон таким пристальным взглядом рассматривал выживших, словно пытался прочесть их мысли. У девушки сильно забилось сердце. Неужели их ждет ужасная участь? Навряд ли Эрамгедон обеспечит им хорошую жизнь…
Маленькая девочка прижалась к своему отцу, она боялась поднять глаза на Императора. Женщина громко глотнула, когда встретилась взглядом с Эрамгедоном. А парень невозмутимо и бойко рассматривал перед собой Императора.
Эрамгедон долго молчал и глубоко рассматривал пострадавших. Все ждали, когда он что-нибудь скажет. Но Император не торопился. Он специально молчал и растягивал время, издеваясь таким образом над остальными и получал невероятное наслаждение от такого мучительного томления.
— Господин, — заговорил Даниэлд, — что вы планируете делать с выжившими?
Софиан внимательно следила за Эрамгедоном и надеялась на лучшее. Но она понимала, что верить в такое глупо. Выжившие, словно статуи, не шевелились и словом не обмолвились.
— На Кровавую арену их. Живо. — резко дал приказ Император.
***
Яркие красные лучи застыли на внушительной громадной арене, потихоньку заполняющейся народом. В основном на трибунах сидели уродливые тощие монстры, бандиты с восторженными от предвкушения улыбками и блестящими глазами, и предвкушенная свита императора.
Эрамгедон остановился на центральном балконе, вальяжно сел на свой трон и расслабленно скрестил ноги. Его красный блестящий плащ подобно шлейфу раскинулся вокруг трона. Софиан, шедшая за ним, похолодела от мысли, что ей придется сидеть рядом с ним.
Сюда уже зашли Даниэлд, Гэриш, Мариам, Сабина, Боря и Вероника. Все сели позади Императора.
Софиан старалась выглядеть невозмутимой, сидеть гордо и надменно, но ее губы испуганно дрожали, пальцы нервно сжимали края рукавов. Ей то и дело хотелось взъерошить свои волосы. Но она старалась не показывать свою тревогу, крепко сдавливающую сердце.
Она оглядела эту огромную арену. Кровь в жилах тотчас поледенела. По всему телу промчался мороз, хотя воздух был закален до жара. Много неказистых пугающих существ она видела внизу и со всех сторон. А на нижних рядах, скованные в широкие кандалы, сидели слуги под грозным надзором ивенгов. Гиганты восседали над ними, словно личные стражники.
Рядом к Софиан присела Мариам. Женщина заливалась смехом, ее глаза горели ненасытным огнем предвкушения.
И вот в центр арены вышел странный незнакомец. Прищурившись, Софиан заметила, что это робот. Только на нем ошметками безобразно висели клочья чужой окровавленной кожи, сшитой между собой толстыми черными нитками. Софиан едва не поперхнулась от этого зрелища. «Бедняга!» — печально подумала она.
Девушка хотела прикрыть глаза, но присутствие Императора не давало ей этого сделать. Тяжело было перед ним в такой пугающей обстановке казаться прежней Софиан, коварной и беспощадной. Ей перестало хватать воздуха. Она судорожно вдыхала, но он словно не попадал в ее лёгкие. По всему телу скользил холодным потоком ужас. Пальцы ещё сильней затряслись, и девушка зарыла руки в слои юбки, в надежде их скрыть.
Странный ведущий объявил:
