Из котомки Шимрода выскочила полоска пергамента; он поймал ее в воздухе и прочел про себя следующее послание:
«Я, Мурген, запечатлел эти слова. Знай, что красота и верность не взаимозаменяемы! После того, как ты обманул ведьму Меланкте, устроив разрыв во времени, она обвела тебя вокруг пальца таким же трюком и обчистила твою котомку. Ты явился бы в Айрерли с пустыми руками, и вулканы уничтожили бы тебя струями магмы. Я подозревал подвох и устроил третий разрыв во времени, позволивший мне снова уложить в твою котомку громоспоры и все остальное, украденное ведьмой. Продолжай по-прежнему, но держи ухо востро!»
Шимрод снова громко обратился к сопкам: «А теперь — громоспоры!» Покопавшись в котомке, он вытащил мешочек и щедрым жестом рассыпал его содержимое на ближайшем наросте поверхности. Вулканы тут же умилостивились и перестали извергаться. Один из самых заметных, в ста двадцати милях от Шимрода, произнес — точнее, излучил: «Молодец! Рады приветствовать тебя в нашем кругу. Как долго ты собираешься у нас гостить?»
«Срочные дела заставляют меня вернуться почти безотлагательно. Я всего лишь хотел вернуть ваше имущество и воздать должное вашим великолепным достижениям».
«Позволь мне разъяснить несколько аспектов, характерных для нашей возлюбленной отчизны. Прежде всего следует иметь в виду, что мы руководствуемся тремя конкурирующими вероисповеданиями — доктриной Аркоидной Клинктуры, поклонением Окутанному Макролиту (которое я лично считаю заблуждением) и благородным служением Затерянному Набату. Они различаются существенными деталями». Вулкан достаточно долго продолжал в том же роде, предлагая к обсуждению различные аналогии и примеры, а также время от времени ненавязчиво проверяя понимание Шимродом непривычных тому интеллектуальных озарений.
В конце концов Шимрод сказал: «Исключительно любопытно! Мои представления изменились фундаментальным образом».
«Жаль, что тебе приходится возвращаться! Может быть, ты еще навестишь нас как-нибудь — и вернешь другие громоспоры?»
«Навещу, как только появится такая возможность! Тем временем, я хотел бы захватить с собой несколько сувениров, чтобы глубокое впечатление от Айрерли не стерлось в моей памяти».
«Никаких проблем. Что именно тебя интересует?»
«Ну, например… как насчет маленьких блестящих камешков, переливающихся тринадцатью очаровательными цветами? Я не прочь взять с собой набор таких безделушек».
«Ты имеешь в виду язвочки вульгарно кричащих расцветок, образующиеся вокруг некоторых отверстий, обычно не упоминаемых в приличном обществе. С нашей точки зрения это шанкры — прости за выражение. Бери столько, сколько хочешь».
«В таком случае я возьму столько, сколько поместится в этот кошель».
«Не больше одного набора. Манк, Айдиск! Будьте любезны, избавьтесь от нескольких отборных наростов! А теперь вернемся к обсуждению телеологических аномалий. Каким образом ваши мудрецы согласовывают различные представления о ворожбе с теми, на которые мы ссылались ранее?»
«Каким образом? Я сказал бы, что им приходится довольствоваться тем, что выпадает на их долю».
«Ага! Как я давно подозревал, это не выходит за рамки оригинального гностицизма. Что ж, возможно, испытывать сильные чувства по этому поводу нецелесообразно. Ты уже собрал сувениры? Ну и хорошо. Кстати, как ты собираешься вернуться? Я заметил, что твои талисманы рассыпались в прах».
«Мне достаточно следовать за этой нитью — она приведет меня к выходу».
«Проницательное умозаключение! За ним скрывается совершенно новая — я сказал бы, даже революционная логика!»
Выражая недовольство, далекая сопка извергла струю голубой магмы: «Как всегда, концепции Додара почти суеверно граничат с непостижимым!»
«Ни в коем случае! — решительно возразил Додар. — Справедливость моей точки зрения можно проиллюстрировать малоизвестным эпизодом… но мы еще успеем его обсудить. Я вижу, нашему гостю не терпится нас покинуть. Что ж, счастливого пути!»
Шимрод стал нащупывать обратный путь с помощью нити, иногда передвигаясь одновременно в нескольких направлениях сквозь облака горькой музыки и по мягким выпуклостям, которые почему-то казались Шимроду отжившими свой век идеями. Зеленые и синие ветры налетали порывами снизу и сверху — с такой силой, что Шимрод боялся порвать спасительную нить, но в потустороннем мире она стала удивительно прочной и упругой. Наконец моток пряжи приобрел первоначальные размеры, и Шимрод понял, что находится где-то неподалеку от выхода. И тут ему встретился демон в виде сидящего на камне юноши с цветущей физиономией; юноша держал в руке конец путеводной нити.
Шимрод остановился. Демон лениво поднялся на ноги: «Ты взял тринадцать стекляшек?»
«Взял — и теперь готов вернуться в свой мир».
«Давай стекляшки — я должен пронести их сквозь пограничный вихрь».
Шимрод не подчинился: «Будет лучше, если я пронесу их сам. Они слишком хрупки, чтобы доверять их существу низшего ранга».
Отбросив свободный конец нити, демон исчез в зеленом тумане, а Шимрод остался стоять с бесполезным теперь мотком пряжи в руках. Прошло некоторое время. Шимрод ждал, постепенно испытывая все большие неудобства. Защитное покрывало истончилось и начинало расползаться, а образы, воспринимаемые при посредстве разладившихся дисков, становились все более невразумительными.
Демон вернулся, всем видом показывая, что ему больше нечего делать, и что он решил появиться снова исключительно для развлечения: «Я получил инструкции — они не изменились. Давай стекляшки!»
«Не дам! Неужели твоя хозяйка считает меня таким идиотом?»
Демон удалился в беспорядочную путаницу зеленых мембран, обернувшись через плечо с недоброй усмешкой — еще одного возвращения ожидать не приходилось.
Шимрод вздохнул. Предательство было доказано окончательно и бесповоротно. Из поясной сумы он вынул средства, предоставленные Мургеном: небольшого инкуба-гексаморфа, несколько капсул с газом и плитку с текстом «заклятия непреодолимого упорства».
«Проведи меня через пограничный вихрь, обратно на поляну неподалеку от перекрестка Твиттена», — приказал инкубу Шимрод.
«Твои враги заблокировали сфинктер, — ответил тот. — Придется возвращаться в обход, через пять расколов и одно возмущение. Окружи себя газом и приготовься произнести заклинание».
Шимрод выпустил газ из пузырчатой капсулы — газ обволок его тело, как липкая пленка. Инкуб заставил его пройти большое расстояние и наконец позволил передохнуть: «Не беспокойся, здесь нам следует подождать».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
