меня такое ощущение внутри моей души. Боги собрались окончательно покорить этот мир, а люди празднуют и веселятся? Ну, это нормально. Без веселья, зачем жить, вообще.
Я всячески избегал разговоров о своих будущих планах, обоснованно считая, что в последнее время они у меня выполняются через жопу, но я четко понимал, что где-то на юго-востоке, в огромной Империи Драконов, в теле Императора-Драконов растет и крепнет божественная сила Морфея. Что мироздание уже пронизывает множество червоточин, которые в один момент прорвутся прорывами Скверны, и что, наверняка, найдется еще не один и не два игрока «высшей лиги», кто решит поучаствовать в судьбе этого бедного Мира.
Раздался телефонный звонок и я, увидев имя абонента, улыбнулся.
— А я всё думаю, где два моих главных алкаша? Тут уже почти все съели и выпили. Ой… — я всё еще забываю, что под личной старого рокера Бухича скрывается бывший Император российский. А с другой стороны — я, скорее всего, так и не привыкну. И Бухич так и останется Бухичем, веселым бородатым челом, невероятной силы, кто в паре со своим корешом Бурбом могут выйти против целой армии. И, чёрт побери, выйти из этой битвы победителем! — В общем, о чем я… Вы, вообще, где? Скоро будете?
— Александро… — раздался в трубке встревоженный голос Бурбулиса. — У нас проблема, Александро. Бухич просил передать, что атланты решили, что настало время. Воды океана поднимутся и сметут врагов с поверхности этого Мира.
— Что за чушь ты несешь? — нахмурился я.
— Это не я, — смутился Бурбулис. — Это пророчество. Бухич сказал, что Атланты решили выйти на поверхность.
— Ну-у-у… — протянул я. — Это они зря. А сам Бухич-то где?
— Ой, Александро, не беспокойся! Он…
В трубке зашипело, и связь оборвалась. Твою налево… Во что эти два панка снова ввязались?
Глава 22
Где-то в Атлантическом океане
Второй ударный флот Его Императорского Величества Ричарда III
— Ваша Светлость! — в личные покои командующего флотом, адмирала Эдмунда Нельсона, заглянул его верный Джордж — слуга, телохранитель и адъютант в одном флаконе.
Старый герцог вздрогнул, приходя в себя. И с некоторым стыдом понял, что заснул за своим письменным столом.
«Старость — не радость» — подумал заслуженный адмирал, возраст которого подходил уже к двум сотням лет. Ум его был всё такой же острый, как и сто лет назад. Вот только тело потихоньку начинало подводить. Уж слишком много, на взгляд энергичного адмирала, ему требовалось времени на восстановление. И вот такие внезапные «отрубы» в минуты покоя, когда важные мысли плавно переходят в сон, становились, к сожалению, всё более и более частыми гостями.
— Да, Джордж, что там у тебя?
Слуга по привычке не обратил внимания на то, что его господин судорожно протирает глаза после внезапного сна. К этому он тоже привык.
— Ваша Светлость, вам надо подняться на мостик. Немедленно.
— Вот как? — усмехнулся адмирал.
Да, Джордж ему уже давно больше, чем слуга. И может позволить себе многое, тем более, когда рядом нет чужих. Но говорить с адмиралом в приказном тоне — это означало, что действительно случилось нечто экстраординарное. Поэтому он быстро снял со спинки кресла скинутый мундир и кивком попросил Джорджа помочь ему облачиться.
И вот он уже быстро поднялся на ходовой мостик гордости британского имперского флота, флагманского линейного корабля «Повелитель морей».
Привычно, не глядя вбок, он протянул руку, в которую ему тут же вложили раскуренную его любимую трубку, с любимым сортом табака. Он быстрым шагом проследовал к обзорному окну, где его уже ждал старый друг, капитан Смоллет.
Хоть Смоллет и был почти в два раза младше адмирала, а последняя сотня лет не отличалась знаменитыми морскими сражениями, но, тем не менее, это был проверенный офицер. И не зря именно он был капитаном флагмана Нельсона.
— Что у тебя, Джон? — спросил Нельсон по привычке, но в принципе он уже сам понял, к чему этот переполох.
На большом экране в сильном приближении, в режиме реального времени, прямо сейчас со дна океана поднимался огромный кусок суши.
— Что, чёрт возьми, тут происходит? Давно это началось? — нахмурился Нельсон.
— Странное на радарах появилось примерно четыре часа назад. Мы немного повернули, и подняли разведчиков. Вот только разведчики…
Зная своего командира, Джон без слов включил другую трансляцию. Это была камера самолёта-разведчика, поднятого с авианосца «Императрица Элизабет». На видео было видно, что разведчик успел только к самому началу поднятия. На самой верхушке этого острова было хорошо видно, как с голого камня стекает вода, а затем открывается люк. Яркая вспышка. Изображение вдруг пропало.
— Мы потеряли ещё два разведчика, прежде, чем перестали их туда посылать. Поэтому вот наблюдаем издалека.
— Правильное решение, — кивнул Нельсон. — Какая, напомни, здесь глубина?
— Почти три километра, — быстро сверившись с данными на другом экране, сказал Смоллет.
— А скорость подъёма?
— Примерно полметра в секунду.
— Судя по высоте, выходит, что он четвертые сутки поднимается, и никто этого не заметил? — нахмурился адмирал.
— Сложно заметить, — покачал головой капитан Смоллет. — Здесь торговых путей практически нет. Да и если бы мы не свернули со своего патрульного курса в сторону Африки, мы тоже прошли бы далеко восточнее.
— Ваша Светлость! Капитан! — послышался голос одного из операторов. — Посмотрите!
Картинка чуть сместилась и увеличилась. Верхушка острова уже поднялась вверх более, чем на полкилометра. Сбоку начали раздвигаться скалы, и оттуда вылетать странные летающие аппараты, напоминающие…
Нельсон нахмурился. Он многое повидал в этой жизни. Прямо сейчас эти «птички» были похожи… либо на стрижей, либо на бумеранг, который не крутится, а летит углом вверх. Ни намёка на кокпит, лётчика не видно. И выхлопов двигателей тоже не видно.
Самое ужасное, что, собравшись в какое-то подобие упорядоченного строя, эти птички рванули в сторону его флота.
— Боевая тревога! — рявкнул Нельсон, отбрасывая в сторону трубку. И, по привычке, как во время шторма, широко расставил ноги и опёрся руками о пульт. — «Императрице Элизабет», поднять истребители! Начинать отрабатывать по подходу целей зону поражения.
— Вы думаете, Ваша Светлость… — осторожно начал Смоллет, но адмирал уже вошёл в так называемый «боевой режим», в котором действовал наиболее эффективно. И одной из причин этой эффективности была его невероятная интуиция, которая, наверное, если не приводила к
