– И вы полагаете, что Ричард явится сюда? – спросила Амелия, нервно комкая платок.
– Ему не нужно будет сюда приезжать, – ответил Джеймс. – Как только Нана немного поправится, мы все переедем в Лондон. Я хочу вступить в схватку с герцогом на глазах у всех. Как он поступит, если его начнут разоблачать перед лондонским светом?
– Взбесится, – коротко ответила Амелия, зябко поводя плечами. – Это для меня мнение света ничего не значит, но для него это все. Он станет очень опасен, берегитесь его, Джеймс. Ради того, чтобы сохранить свое лицо, он не остановится ни перед чем.
– На этом и строится наш расчет, – улыбнулся Джеймс. – Не волнуйтесь, миледи, я буду готов отразить любой выпад Ричарда.
* * *
– Ну, наконец-то, Джеймс Грейсон! Идите сюда и поприветствуйте свою Нана как подобает.
Герцогиня, заметно окрепшая, ожившая, уже не лежала, а сидела в постели, окруженная подушками. Возле ее кровати сидели на стульях Рэнди и Джарита, а возле окна, словно статуя, неподвижно застыл Абу. В спальне Нана находился и Персиваль, хлопотавший у чайного столика, уставленного блюдами с пирожными, горячими булочками и маленькими, с мизинец, сандвичами.
– Сегодня вы прекрасно выглядите, Нана. Я и не думал, что вы так быстро сумеете оправиться после яда, которым вас травили столько дней.
Герцогиня откинула со лба упавшую прядь волос и расправила атласные ленты, украшавшие ее розовую ночную рубашку.
– Я хорошо выгляжу? За это нужно сказать спасибо Абу, ведь это он помог мне справиться с мышьяком с помощью своих отваров и бульонов. И тебе я тоже очень благодарна, Джеймс, ты так много сделал для меня. А самое главное – ты вернул мне мою маленькую Миранду, а лучше сказать, Рэнди. Наконец-то сбылась моя мечта.
Джеймс приблизился, поцеловал мягкую, бледную щеку Нана и остановился возле Рэнди, положив ей на плечо руку.
– Ну, как вам ваша внучка, Нана?
– Бесподобно! Я в восторге от нее. Как раз перед твоим приходом Джарита рассказывала мне о ее детстве. Ты знаешь, что Рэнди, когда ей было пять лет, сорвала официальный прием, который проходил в доме ее отца? Да как! Представляешь, она выпустила к гостям своего мангуста!
– Нана, – перебила бабушку Рэнди, – давайте поговорим об этом как-нибудь в другой раз. А сейчас, с вашего позволения, я ненадолго выйду, хочу проверить, как идет подготовка к отъезду Амелии. Хотя мне кажется, что здесь она была бы в большей безопасности.
– Амелия решила выполнить до конца свой долг перед Идой и отвезти ее тело в Мейдстоун-Хиллз. Оттуда управляющий сообщит Ричарду о том, что его служанка скончалась от разрыва сердца. Амелия уверена в том, что герцог немедленно приедет, чтобы лично разобраться в том, что произошло, и не хочет, чтобы он появился в моем доме, пока мы не подготовились как следует к встрече с ним.
– Все равно я считаю, что отпускать Амелию одну – это ошибка, и никто не переубедит меня в обратном, – возразила Рэнди, скрестив на груди руки.
– Знаете, Нана, я ругаю вас за то, что вы не рассказали мне все о своей внучке перед моим отъездом в Индию, – сказал Джеймс. – Представляете, я искал там маленькую девочку, а нашел красавицу с янтарными глазами и такую же упрямицу, как вы сами.
Герцогиня улыбнулась и ответила, подмигнув Джеймсу:
– Зато сколько удовольствия ты при этом получил, Джеймс, разве не так? Кроме того, расскажи я тебе все как есть, ты решил бы, что я тебя сватаю.
– А разве это было не так? – поднял бровь Джеймс.
– Ну, не осуждай старую женщину. Я действительно была уверена в том, что вы составите прекрасную пару. – Нана вздохнула и принялась теребить пуговки на своей рубашке. – Правда, Амелия успела огорчить меня тем, что все мои ожидания были напрасны. Она думала, что мне это уже известно. Но ничего, я переживу этот удар. А пока я намерена до последней капельки использовать каждый день, оставшийся до возвращения Рэнди в Индию.
Рэнди посмотрела на Джеймса с ожиданием и надеждой. Он все понял и ответил на ее немой вопрос легким кивком головы. Затем взял Рэнди за руку и подвел ее вплотную к кровати, на которой сидела герцогиня.
– Нана, твои ожидания не были напрасными. Хотя не все еще устроилось так, как хотелось бы, но мы с Джеймсом обвенчались еще до отплытия, – сказала Рэнди. – Конечно, я буду скучать по Индии, но отныне мой дом здесь, в Англии.
Глаза герцогини наполнились слезами, и она молча переводила взгляд с лица Рэнди на Джеймса и обратно.
Джеймс рассмеялся. Впервые в жизни он видел Миранду Уэнворт, потерявшую дар речи.
Следующие недели прошли в Мираже в хлопотах. Все готовились к тому, чтобы привести план в действие. Абу продолжал лечение Нана, Персиваль готовил к отправке вещи, а Джарита вместе с остальными горничными помогали местным портнихам шить наряды, в которых Рэнди должна была предстать перед лондонским высшим светом – вот когда пригодились шелка и атлас, которые подарил перед отплытием Джавид Кан.
Джеймс тоже не сидел сложа руки. Он предупредил своего управляющего о том, что к концу месяца их дом должен быть подготовлен к тому, чтобы принять пятерых гостей, которые остановятся в нем на долгое время. Составил объявления, которые должны появиться во всех лондонских газетах. Написал он и Стивену, назначив ему свидание в Лондоне.
Как только установились дороги, он свозил Рэнди в Фоксвуд для того, чтобы она могла повидать своих животных. Там они ходили на прогулку с Зидрой, которую вывели на длинном кожаном поводке. Казалось, что тигрица легко переносит холод, во всяком случае, она резвилась и купалась в снегу, словно огромная кошка.
И именно Зидра стала тем камнем преткновения, о который едва не разбился весь тщательно продуманный план.
– Без Зидры я не поеду в Лондон дольше чем на неделю, – заявила Рэнди. – Это мое последнее слово, Джеймс! Если меня не будет дома, Зидра может сбежать и отправится искать меня.
– Это невозможно, Рэнди, – возразил Джеймс, шагая по библиотеке, в которой происходил этот разговор. – Зидра – умница, но такого зверя невозможно держать в Лондоне. И как, интересно, она сможет добраться до города? Здесь не менее трех часов пути.
Рэнди подошла вплотную к мужу.
– Тигры умеют находить запах и на таком расстоянии, тем более что нас с Зидрой связывает особая дружба. С тех пор как я подобрала ее, мы с Зидрой никогда не расставались. И не забывай, именно ей я обязана своей жизнью. Она будет спокойна только тогда, когда я буду рядом.
– А мне кажется, что Зидра переживет несколько недель разлуки, – нахмурился Джеймс. – Кроме того, она не одна, с ней Ксавьер. Ты же сама видела, как хорошо они устроились в Фоксвуде.
