Благодарим за ваше гостеприимство, лорд и леди Кидвелл. – взял слово Гарденер, понимая по лицу Корбрея, что тот не собирался вступать в диалог раньше своего короля. – Однако, боюсь мы не были в должной мере друг другу представлены. От того чувствуется неловкость, не находите ли? – попытался прощупать почву просторский принц, усаживаясь прямо напротив владыки Плюща. Корбрей занял место по правую руку от него.
- И верно. – ни капли не смутившись, кивнул лорд Кидвелл. – Роллен Кидвелл, к вашим услугам. А это моя супруга, Амаллия Кидвелл, в девичестве Олдфлауэрс.
- Олдфлауэрс? – задумчиво переспросил Эдмунд.
- Всё так. Именно по её настоятельной просьбе вы и были приглашены сюда, Эдмунд Гарденер. – с ленцой проговорил Роллен, принимаясь за ужин.
- И чем же я обязан интересу столь прекрасной леди? – обратил свой взгляд Гарденер на хозяйку Плющевого чертога, т.к. сам лорд Кидвелл показывал явное отсутствие интереса в данном разговоре.
- Ох. – зарделась Амаллия от столь прямого комплимента или по крайней мере сделала вид. – Мой дорогой отец, лорд Аллан Олдфлауэрс, был впечатлен вашим появлением на королевском турнире в Хайгардене и в подробностях описал вас. Мне настолько сильно захотелось познакомиться с представителем королевского рода Простора, что я с нетерпением ждала вашего появления здесь. В конце концов, мы связаны кровными узами, уж этого у нашего дома не отнять. – важно покивала леди Кидвелл. – Однако, я даже не могла представить, что в вашем путешествии по Простору к вам присоединиться известный своей доблестью сир Корбрей. – одарила хозяйка Плющевого чертога рыцаря Долины своим вниманием.
- Я лишь следовал голосу своей чести и достоинства, леди Кидвелл. Да и без меня пропал бы его величество. – отозвался сир Лин, также как и лорд Роллен, отвлеченный приёмом пищи. Впрочем, самодовольство которые было слышно в его последних словах было трудно скрыть.
- Ха-ха. – рассмеялась леди Амаллия. – Видимо сиру Эдмунду весьма повезло видеть вас в своих компаньонах, сир Корбрей.
- Определенно. – подтвердил рыцарь Долины с едва видимой усмешкой, делая глоток вина.
- Это всё, конечно же, прекрасно, леди Кидвелл. – остановил обмен любезностями Эдмунд. – Но я никак не могу взять в толк. Почему вы думали, что мы окажемся именно здесь? Мы могли бы держать путь в Королевскую гавань или Штормовые земли и тогда наша встреча так и не состоялась. – спросил Гарденер столь долго волнующую его информацию.
- Разве вы держите путь не на Пламенное поле, сир Эдмунд? – неожиданно взял слово лорд Роллен, приподнимая голову и впиваясь своим пронзительным взглядом в глаза Гарденера.
- Не совсем. – покачал головой просторский принц в отрицании. - Наш путь лежит дальше на север. Да и мне, если быть с вами откровенным, совсем не хочется посещать это скверное место. – ответил Эдмунд, тень пробежала по его лицу.
Воспоминания о том дне снова всплыли в сознании последнего прямого потомка Гарта Садовника. Крики боли и агонии солдат, рыцарей и близких ему людей зазвучали в ушах. Рёв дракона и пламенное дыхание, что заставляли кровь стынуть в жилах, а сердце пускаться в безудержный пляс, напомнили ему о собственной смерти.
Дикая паника внезапной волной накатила на Гарденера. Лоб покрылся испариной, а руки начало едва уловимо потряхивать. Внезапно нахлынувшая волна воспоминаний, которые были возвращены ему Старицей, привели его в состояние, в котором он ни разу не находился прежде. Конечно, Гарденеру было не в первой вспоминать о Таргариенах и их устрашающих зверушках, но именно упоминание о Пламенном поле сработало на него, как триггер, приводя в оцепенение и панику.
Наблюдающие за Эдмундом, присутствующие за столом, не могли не заметить резких изменений в поведении мужчины перед ними. Леди Амаллия растеряла весь свой благодушный настрой и, как каждая женщина, воспринявшая чужое горе близко к сердцу, смотрела на пребывающего в собственном кошмаре родича. Корбрей отвлекся от еды и с хмурым волчьим взглядом, не в пример более мрачным, чем обычно, наблюдал за состоянием своего короля. Если бы хозяева замка обратили на того пристальное внимание, то смогли бы понять, что за хмурым видом рыцаря Долины скрывается растерянность, совсем несвойственная репутации этого искусного воина.
- Должно быть тяжело вспоминать потерю близких, уважаемый Гарденер? – так и не изменившись в лице спросил лорд Роллен. Взгляд и манера речи лорда Плющевого чертога продолжала давить на просторского принца от чего тот всё глубже погружался в свои воспоминания.
- Довольно! Я не потерплю такого отношения к своему сюзерену, лорд Кидвелл! – вскричал Корбрей, вскакивая из-за стола и упираясь в него руками. Стража в мгновение ока ощетинилась оружием.
- И какого рода отношения вы не потерпите, сир Корбрей? – вздернул бровь лорд Роллен. – Я всего лишь задал несколько простых вопросов тому, кто умудрился вызвать гнев короля на Железным троне и претендующему на королевские регалии сгинувшей семьи владык Простора. Вам ли требовать от меня ответа? Не вы ли предали клятву служить Роберту Баратеону ради этого человека? – вызывающе отреагировал лорд Плющевого чертога, откидываясь на спинку стула и оглядывая картину трапезной перед ним. – Не спорю, мои люди не такие искусные воины, как вы, но они готовы погибнуть за меня, как и все присутствующие гвардейцы замка, а потому не забывайтесь, рыцарь Долины. – с явной угрозой продолжил Кидвелл.
- Поверь, Кидвелл, я смогу пронзить твоё гнусное сердце ножом для мяса куда раньше, чем твои люди успеют добраться до меня. – практически прорычал рыцарь Долины, краем глаза следя за приближающимися к нему, осторожным шагом, стражниками.
- Хватит, Лин. – остановил назревающее смертоубийство Гарденер, взмахнув рукой, будто бы отгоняя от себя непрошенные воспоминания. – Чего вы добиваетесь всем этим, лорд Роллен? – нахмурив брови, обратился наследник Дубового трона к хозяину замка.
- Проверяю. – мгновенно отозвался лорд Кидвелл, встретив взгляд Гарденера своим. – Быть может моя жена достаточно сердобольна, чтобы на полном серьёзе воспринять рассказ своего отца о вас, но я не настолько доверчивый болван. Вся ваша история шита белыми нитками, несмотря уже и на то, что вы выдаете себя за человека, сгинувшего почти три столетия назад. Олдфлауэрсы - семья, что высоко ценит свою родственность с Гарденерами, хоть и не самую благородную, но я привык доверять фактам, а не россказням и слухам.
- Так что? Вы собираетесь сдать нас Баратеону? – напрягся Гарденер всем телом, готовый в любой
