Во втором эшелоне на левом фланге — семитысячный отряд наемников во главе с Тезиарием. Ему придется действовать в заболоченном месте у реки, непроходимом для конницы.
В центре встала валузийская пехота. Двадцать тысяч воинов возглавил Келкор.
Правый фланг заняли пять тысяч таваронцев во главе Затулом. Их противник — кхешийцы, засевшие на холме.
Перед фронтом рассредоточились три тысячи грондарских лучников. Манорг встал в центре перед валузийской фалангой. Лучникам выдали по два дополнительных колчана.
В третьем эшелоне в резерве построились десять тысяч камелийцев во главе с Тальмешем.
Когда из Туита вышел последний воинов, воины Сатха уже приготовились к битве. Жрецы провели перед армией жертвоприношение и объявили: боги благосклонно приняли подношение и обещали даровать победу.
Кхешийцы заняли подготовленную с ночи сильную позицию. Их правый фланг прикрывала река с топкими болотистыми берегами, на левом располагался высокий холм.
Всю ночь рабы и наемники устанавливали перед кхешийским фронтом рогатки и рыли волчьи ямы. Сенахт, посоветовавшись с Халегом и другими военачальниками, расставил войска в два эшелона.
В первом на правом фланге построился отряд легковооруженных чернокожих наемников, который возглавил Ча — вождь племени. Год назад он со своими соплеменниками осаждал Кхешию, чудом избежал плена, а сегодня стоял под кхешийскими знаменами во главе хорошо обученного семитысячного отряда.
В центре встала тридцатитысячная фаланга кхешийской армии, которая должна было принять всю силу удара валузийцев. Халег находился в первом ряду, как простой воин.
Холм занял пятитысячный отряд гвардейцев под командованием Измала.
Вся конница сосредоточилась перед холмом на левом фланге. У Сенахта было всего десять тысяч всадников.
Подавляющие преимущество валузийцев в коннице решили хоть как-то возместить, создав препятствия для лошадей. Именно для этого и понадобились ямы-ловушки и рогатки. Впереди рассыпались четыре тысячи легковооруженных пращников и лучников.
За правый фланг Халег не беспокоился: там было слишком топко для лошадей.
Во втором эшелоне построились четыре тысячи гвардейцев. Сенахт разделил их на два отряда поровну и поставил на стыках флангов и центра.
После ночного перехода армии по кораблям суда расцепили и отвели вверх по течению.
Правитель Кхешии, сидя на вороном коне, с вершины холма осмотрел позицию и остался доволен.
Конечно, поле возле Туита было лучше подготовлено и, не допусти жрецы досадной ошибки, сейчас на фланге у кхешийской армии была бы сильная крепость.
Сенахт понимал, что от полного разгрома его армию спасла только наступившая ночь. Скопление войск на переправе представляло собой прекрасную мишень, и, ударь тогда валузийцы, они бы могли уничтожить половину кхешийского войска, а другую запереть на противоположном берегу без обоза и припасов.
Хорошо, что в руки Кулла попала только часть обоза, которая по непонятной причине задержалась в городе.
Когда варвар взял Туит, Халег отправил обоз ставить новый лагерь за холмом, а сам принялся организовывать оборону. Ему удалось собрать стройную фалангу, которая могла отразить удар валузийцев.
Неизвестно, что удержало валузийцев от атаки: темнота или эта фаланга. Халег, конечно, слишком суров и своенравен, но, надо признаться, дело свое знает.
Из раздумий Сенахта вывели звуки труб, возвестившие начало битвы. Уже были принесены все жертвы, уже сказаны все речи, теперь пора заговорить стали. Первые отряды вальгарской конницы с гиканьем понеслись вперед.
По приказу Эрадаи вперед ускакала первая сотня, чтобы произвести разведку. Остальная конница рысью отправилась следом. Одновременно с ними выступили воины Кандия и Энкеши, которые помчались на кхешийскую конницу, ожидавшую на левом фланге.
Сотня валузийцев далеко оторвалась от основных сил, наткнулась на рогатки и немного замедлила бег. Несколько лошадей упали, переломав ноги. Воины развернулись и поскакали по фронту, определяя, где установлены рогатки.
Волчьи ямы они увидели издалека, так как кхешийцы копали их впопыхах и не успели как следует спрятать, а вот несколько участков, где рогатки были поставлены очень редко, обнаружили не сразу и, посшибав их, устремились вперед. За ними последовали главные силы.
Их встретила кхешийская фаланга, ощетинившаяся сотнями копий. Первыми вступили в бой лучники и пращники, они стали обстреливать приближавшуюся конницу, а когда валузийцы оказались в опасной близости, отступили.
Всадники сшиблись с первым рядом кхешийцев, и тот подался назад.
Лошади не могли ни таранить сомкнутый строй людей, ни перепрыгнуть его. Они останавливались помимо своей воли, вставали на дыбы и пытались свернуть в сторону. Опытный наездник разгонял животное так, что оно не могло вовремя остановиться, а те лошади, что скакали сзади, еще и подталкивали его. При этом всадник старался достать длинным копьем или мечом вражеских воинов, а из задних рядов атакующих через головы товарищей бросали дротики.
Если после этого противник не обращался в бегство, то бой принимал затяжной характер, а пехота становилась главной.
Валузийская конница растеклась по фронту. Одна из лошадей встала на дыбы, ей в брюхо воткнулось копье, и она с громким ржанием повалилась на бок. Наездник, за мгновение до этого проткнувший врага копьем, не смог подняться, и его добили мечем.
Эрадаи видел это отчетливо, когда его скакуна вынесло на строй кхешийцев. Он выхватил меч, первым ударом перерубая древко копья, нацеленное ему в сердце, а затем, замахнувшись, разнес чей-то щит и шлем, разрубая череп. Он успел нанести несколько ударов, прежде чем в его плечо воткнулась стрела и он выронил меч. Его тут же закрыли щитами телохранители.
Здоровой рукой Эрадаи повернул лошадь, его место сразу занял другой воин. Телохранители расчистили дорогу и вывели командира из толчеи.
— Трубача ко мне! — приказал Эрадаи. — Труби «отход».
Над полем раздался сигнал. Наездники, развернув лошадей, галопом поскакали назад. За ними бросились кхешийцы, но их остановил Халег:
— Назад! В строй! Назад!
Этот крик охладил самые буйные головы: ту-лийца боялись в армии, зная его необузданный нрав.
Первый штурм кхешийцы отбили. Эрадаи передал командование и приказал идти на помощь Кандию.
Кхешийцы оказались умнее и не поддались на уловку зальгарцев. Конница снова пошла бы в атаку, если бы противник, ломая ряды, бросился вдогонку. Тогда для кхешийцев все было бы кончено.
Как только зальгарская конница развернулась и поскакала на левый фланг, Кулл приказал выступать пехоте.
