быть иначе? Я уже привык к тому, что если я ложусь спать поздно, то утром меня обязательно кто-то будит раньше времени. Это какой-то закон природы, который мне не понять.
Я быстренько убрал со стола сверток с книгой и открыл дверь. Вот уж кого не ожидал увидеть… На пороге стояла Цветкова.
— Привет, Максим. Я тебя не разбудила?
— Нет конечно, — соврал я. Затем вспомнил, что я в одних трусах, метнулся к кровати, сорвал одеяло и закутался в него. — Проходи.
Она вошла в комнату и с интересом осмотрелась по сторонам. Я тем временем запихнул носки под кровать и это было единственное, что я мог сделать, чтобы комната выглядела приличнее.
— А ничего у тебя здесь, миленько. И вид из окна хороший.
— Угу, — кивнул я. Почему-то это был единственный звук, который я смог из себя выдавить. Блин, предупреждать же надо, что в гости собираешься!
Мы пару минут постояли молча и наконец я понял, что могу говорить.
— Что-то случилось? — прохрипел я как больной носорог.
— Слушай… Я тут подумала… Ты извини, что я последние дни вела себя как дура. Наверное, ты и в самом деле не виноват… Просто эта Серебрякова такая гадина, а я придумала себе всякое…
Ого! Вот это новости. Ну наконец-то до нее дошло. Я уж думал, что придется у Лакримозы какое-нибудь зелье просить, чтобы оно ей мозги прочистило.
— Бывает, — мой голос стал прежним. — Ничего страшного. Проехали…
— Значит мир? — спросила она и протянула мне руку.
— Мир, — я с удовольствием пожал ее руку в ответ. Мне показалось, что в этот момент меня ударило током.
— Отлично! — просияла она. — Тогда увидимся в столовой!
Алиса закрыла за собой дверь, а я еще минуту вспоминал ее чудесную улыбку и смотрел на руку. Хмм… Какая у нее все-таки нежная рука… Никогда не ощущал ничего подобного.
— Мой господин, поздравляю! Вы правильно поступили, — радостно сообщил мне Ибрагим. — Она прекрасна, как цветок!
— У тебя все девушки прекрасны. Тебе и Алена нравилась, между прочим.
— Что делать, если она тоже красавица.
— Ну тебя, — отмахнулся я от Турка и потянулся. Что же, утро перестает быть хмурым!
Завтракали мы в это утро вчетвером. Нарышкин с Дашковой радовались тому, что мы помирились, даже больше нас с Алисой.
— Наконец-то можно будет опять всем вместе гулять! Может быть в эти выходные сходим куда-нибудь?
— Обязательно, — заверил их Лешка. — Только лучше в воскресенье, на субботу у нас много планов.
На том и порешили.
За уроками мы и не заметили, как пролетели оставшиеся дни до субботы. Еще же добавились вечерние прогулки с Цветковой, по которым мы с ней успели соскучиться. Но нам их все равно не хватало.
Мне кажется, что за эти несколько дней она мне рассказала больше, чем за все время нашего знакомства. Ни на минуту не умолкала.
В пятницу я позвонил владельцу лавки и назначил встречу в субботу на вторую половину дня. Так Лешка попросил. У него были какие-то срочные дела дома в Белозерске, так что раньше он не мог. Я бы мог и сам с ним поговорить, но мы решили, что вдвоем будет лучше.
Ну а мне так даже на руку. Можно будет спокойно к Лазареву со своим артефактом наведаться, чтобы лишних вопросов от князя не было.
Я решил, что сначала разберусь с этой штукой, а потом уже подумаю — стоит ему говорить о нем или нет. Все-таки от этой вещицы явно темной энергией несет, а впутывать Нарышкина в какую-нибудь плохую историю я не хотел.
— Ты что будешь делать там почти два часа? — спросил у меня князь, когда высаживал в Мороке. — Прокатился бы со мной, мне ненадолго совсем.
— Все нормально, не парься. Погуляю немного… Лавку нашу будущую еще раз посмотрю. Ты только не опаздывай. «Бычий глаз» называется, не забудь.
— Не забуду. Кстати, что за место такое — «Бычий глаз»?
— Одна пивная. Хорошая, между прочим. Меня там горячим квасом поят бесплатно.
— С чего это вдруг? — усмехнулся Нарышкин.
— Да там, было одно дельце. Я тебе потом расскажу.
— У тебя тайна на тайне, Макс. Такое ощущение, что весь из секретов и сюрпризов состоишь. Каждый раз что-то новенькое о тебе узнаю.
— Зато не скучно, — сказал я, затем вытащил из куртки ярко-синий эликсир и поболтал его в руке. — Кстати, раз уж мы с тобой о сюрпризах заговорили… Знаешь, что это такое?
— Понятия не имею. Очередной сюрприз?
— Ага. Еще и какой! Помнишь, я тебе говорил про эликсир, после которого призраков видеть начинаешь? Сегодня вечером будешь пробовать. Наконец-то мне не нужно будет каждую фразу тебе пересказывать.
— Да ладно? — у князя загорелись глаза. — А он не опасный? Ну, пить его смело можно?
— Даже не сомневайся, особа, приближенная к Императору, не отравишься. Ты же не забывай с кем дружишь! Я же все-таки Темников, какой-нибудь гадости тебе не намешаю.
По правде говоря, к этому эликсиру я имел очень отдаленное отношение, но Лешке это знать ни к чему. Если узнает, что не я его делал — точно пить забоится.
— Все равно страшновато, — сказал Нарышкин и почесал затылок. — Я вообще всякие эликсиры не люблю… Но здесь грех не попробовать.
— Не переживай, я тебе Искрицу дам, чтобы ты не боялся отравиться.
— Другое дело тогда, — кивнул он. — Ладно, мне ехать нужно. В три часа дня буду в этом твоем «Бычьем глазу» как штык.
На улице мело, как будто намечалась сильная вьюга. Начиналось еще, когда мы из «Китежа» выезжали, а сейчас больше увеличилась. Я поднял воротник куртки повыше, натянул шапку на уши и пошел к Лазареву.
Перед входом в артефактную мастерскую я бросил взгляд на нашу лавку и не сдержал улыбки. Скоро вместо большого белого сугроба там будет красивое здание с вывеской: «Уникальные эликсиры». От этой мысли мне даже теплее стало.
Сегодня хозяин мастерской был со своей рыжей внучкой, которая при виде меня прищурилась и фыркнула как кошка. Похоже она мне будет еще долго вспоминать то, что я назвал ее старой женщиной. Ну и ладно! Меньше надо было языком молоть!
— О, Максим! Приветствую! — усмехнулся старик, глядя на меня поверх очков. — По тебе можно часы сверять!
— Ну договаривались же в субботу, а что? Не опознали еще?
— Пффф… — хмыкнула Полина. — Тоже мне, загадка века.
— Все готово, не переживай, — подмигнул мне Лазарев. — Полинка, принеси артефакт.
Девушка ушла внутрь, а я достал из кармана завернутый в платок камень и положил его на стойку.
— Савва Дмитриевич, я тут еще кое-что принес, — я развернул платок и придвинул к нему камень. — Мне нужно выяснить, что это за штука.
Старик снял очки, протер их и надел снова.
— Хм… Похоже на обсидиан… Колдунский камень… Можно взять?
— Берите, он не опасен. Проклятий на нем нет.
Лазарев кивнул, но в руки камень брать не
