class="p1">– Они слишком много знают, – мрачно заметила Наоми. А из Ханны вырвался еще один всхлип.
– Ты дружила с Селеной, а не с Эшли. – Кэм встретил полный беспокойства взгляд Иви и выдержал его. – Я обнаружил связь между вами двумя с помощью двух старых постов в интернете.
– Мы с Селеной познакомились еще в детском саду. – Иви откинула с лица густые волосы. – Были лучшими подругами в старших классах да и позже поддерживали связь, хотя редко виделись.
– И ты сблизилась с Эшли, чтобы помочь Селене, – предположила я.
Иви кивнула:
– Точно. Хотела посмотреть, смогу ли заставить ее признаться в том, что она сделала с Селеной.
– И она призналась? – спросила я, пока Наоми жестом велела Иви присоединиться к нам с Кэмом у стола.
– Нет, к сожалению, нет. – Иви встала рядом и перевела взгляд на Наоми. – Я первой узнала правду. Навещала Селену в психиатрической больнице, когда она не выдержала и рассказала всю историю: как Эшли заставила ее надавить на другую новенькую и приказать ей пройти по перилам балкона, и как после несчастного случая убедила хранить молчание. – Иви покачала головой. – Селену так сильно терзало чувство вины, что она не могла здраво мыслить. Она искренне верила, что, если изменит первоначальные показания, попадет в тюрьму.
– Эшли вбила ей в голову эту мысль, чтобы манипулировать ею, – объяснила Наоми.
– Да, так и было. Но именно собственная мания Селены позволила словам Эшли укорениться в ее мозгу. Ее собственные страхи – вот что заставило ее хранить молчание. – Губы Иви задрожали. – Сразу после того, как она наконец рассказала мне правду, я случайно встретилась с мисс Уилт, которую знала еще будучи ребенком.
– И все открыла ей, – подытожил Кэм.
Иви вздохнула.
– Сейчас я жалею об этом, но в то время считала, что она имеет право знать.
– Так и есть. – Наоми пожала плечами, не опуская пистолет.
– Я и представить не могла, как далеко она зайдет. – Иви бросила на меня извиняющийся взгляд.
– Сцена в парке была уловкой, – вспомнила я. – Никто не пытался напасть на тебя.
Иви потупила глаза, темные ресницы выделялись на фоне светлой кожи.
– Это была идея мисс Уилт. Она хотела придумать сценарии, которые бы бросили тень на разных людей, присутствовавших на торжестве, а также, возможно, на незнакомцев.
– Как и твое мнимое падение с лестницы, – произнес Кэм, обращаясь к Наоми. – Судя по всему, оно тоже было инсценировкой.
– Конечно же. – В выражении лица Наоми было нечто большее, чем просто тень самодовольства. – Я знала о проблемах, которые случились у Матео и Брендана с Эшли, и, естественно, о ваших, Кэм, недавних ссорах и разрыве. И раз уж по счастливой случайности в тот день в доме находилось столько потенциальных убийц, решила, что это хороший шанс бросить тень подозрения на всех вас.
– Очень умно, – молвил Кэм сухим, как подгоревший тост, тоном.
Я протянула руку и нашла ладонь Иви. Сжав ее дрожащие пальцы, произнесла:
– Ты заручилась помощью Ханны и Иви, потому что знала, как сильно они любили Селену, и надеялась, что они согласятся покрывать тебя.
– Что они и сделали. – Наоми посмотрела на плачущую Ханну, а затем перевела взгляд на Иви. – Я послала Ханну за подсвечником, который спрятала после убийства Эшли, и убедила Иви помочь мне напугать тебя.
– Бросив камень в окно моей машины? – Когда Иви попыталась отстраниться, я крепче сжала ее пальцы. – Кто разгромил мою квартиру?
– Я, – призналась Наоми. – Никому нет дела до пожилой дамы, которая возится с замком, а потом заходит в квартиру. Я ведь не такая подозрительная личность, как этот Тристан Блэр.
Иви выдернула руку.
– Тристан не вор!
– Боюсь, на самом деле он именно такой. – Кэм с сочувствием посмотрел на Иви. – Но он не убийца.
– Эшли поступила с ним по-свински, точно так же, как вела себя с Селеной. – Возможно, тон Иви и был воинственным, но поникшие плечи и опущенный в пол взгляд подсказывали, что она понимала: Тристан сам навлек на себя неприятности.
– Вне всякого сомнения. – Кэм сделал шаг вперед, и Наоми направила пистолет прямо ему в грудь. – Что я хочу узнать, так это ты планировала убийство? Ты пришла на прием, намереваясь убить Эшли?
Наоми недовольно поморщилась.
– Нет, естественно нет. Я знала, что она одна из гостей, и надеялась потребовать от нее объяснений. А когда поняла, что вы поссорились, решила воспользоваться этим. Я предположила, что, учитывая твои прелестные качества, – язвительная ухмылка Наоми обнажила маленькие белые зубки, – такие как внешность и богатство, Эшли захочет помириться. Поэтому с помощью официанта передала сообщение о том, что ты назначаешь ей встречу в библиотеке. Капризная идиотка с радостью купилась на уловку.
– Наоми планировала лишь поговорить с ней, – вставила Ханна. Она высморкалась в стопку салфеток, которую достала из кармана пальто. – Хотела, чтобы Эшли созналась в том, как все было на самом деле. И согласилась объявить обо всем публично, очистив имя Селены.
– Но, естественно, она отказалась выполнять твою просьбу, – предположил Кэм.
В глазах Наоми вспыхнул гнев.
– Она просто рассмеялась мне в лицо. Стояла там в своем коротком серебристом платье, трясла своей гривой и смеялась, в то время как моя дорогая Селена угасала в психиатрической больнице. Милая Селена, готовая взять на себя всю вину за то, к чему принудила ее Эшли Аллен. – Наоми опустила руку с револьвером. – Стоило мне услышать этот смех, как будто раскаленная докрасна ярость захлестнула меня. Недолго думая, я схватила первое, что попалось под руку, и ударила эту глупую, самовлюбленную девчонку по голове.
– Подсвечник, – подала голос Ханна, ее ресницы затрепетали. – Он оказался намного тяжелее, чем думала Наоми. Она не собиралась никого убивать.
Наоми рассеянно улыбнулась и свободной рукой похлопала подругу по плечу.
– Ханна, боже, бросай оправдываться и оставь попытки защитить меня. Нет, я не планировала убивать ее. И знаю, что ее смерть никак не поможет Селене. Но столкнувшись с полным безразличием этой гарпии и ее смехом… Ну, я просто сорвалась. – Взгляд Наоми затуманился. – Нанеся первый удар, я поняла, что уничтожила все шансы обелить имя Селены. Мысли подпитывали гнев, здравый смысл испарился, и я снова ударила Эшли. В тот момент меня волновала лишь месть. Я жаждала лишь одного – чтобы Эшли почувствовала боль, которую испытала моя внучка. Поэтому, когда она рухнула на пол и вокруг ее головы появилась лужа крови, я обрадовалась. В тот момент я была счастливее, чем когда-либо за последние несколько лет. Возможно, я и не планировала убивать ее, но как только дело было сделано, я не ощутила
