Квартира леди Стоутон встретила тишиной и темнотой. Девушка уверенно прошла сразу в гостиную зажигая на ходу неяркий свет.
– Располагайся и занимай свободную спальню, я сейчас ополоснусь и приготовлю нам бутербродов.
– Я тоже могу, – поставив сумку на диван, направилась в сторону кухни и увидев скептическую улыбку Милисенты, усмехнулась. – На бутерброды моих талантов хватит.
– Хорошо, если что сварю нам кашу.
Девушка скрылась в ванной, а я заглянула в холодильник. На счёт своих кулинарных способностей я не питала никаких иллюзий, но сделать бутерброды без синтезатора вполне способна. Я даже срезала с колбасы заветренный ломтик и тонко-тонко порезала сыр. К моменту когда чайник закипел Милисента выбралась из душа в мягком пушистом халате до пят и потеснив меня на кухне взялась доводить до ума мои "кулинарные шедевры". Смешала в ступке свежие травы с ароматным маслом, получив соус. Смазала им хлеб. Положила кроме колбасы и сыра кружочки помидора и накрыла вторым ломтиком хлеба, соорудив настоящий сэндвич.
Он оказался очень вкусным, и я поняла, что Эмит ни за что её не отпустит. Такое сокровище надо хватать и прятать не только от законного мужа, но и от родных братьев. Потому что стоит Эрику с Эваном познакомиться с девушкой и у Милисенты есть все шансы стать будущей владычицей Великого Леса. Не сдержавшись я засмеялась, чем немало удивила эльфийку. Она вопрошающе изогнула брови, но я отмахнулась.
– Так вспомнила кое-что, – сунув последний кусок сэндвича в рот, я сбежала в ванную.
Какое блаженство горячая вода и другие блага цевилизации. Стоя под обжигающими струями, чувствовала как тело отогревается в клубах пара. У Милисенты шикарная квартира. Здесь кроме душа, была ещё и ванна-джакузи. Её я обязательно опробую завтра. И хотя я практически засыпала, меня ждало послание от Рика и я собиралась его просмотреть, потому что завтра будет некогда а потом всё время рядом будет Ларс. Я и так весь день чувствовала ментора на грани восприятия. Он ни разу не подошёл ближе чем я бы могла воспринять как вторжение в личные границы. Сказал выходной, отпустил и не приближался. Просто приглядывал, ради нашей безопасности.
Мне выделили коротенькую шёлковую пижаму на тонких лямках и поскольку халата не досталось, я прошмыгнула в отведённую спальню, закрыла дверь, запрыгнула на расстеленный диван, уселась по-турецки и дала мысленный приказ открыть послание от Рика.
Появившееся виртокно показало изображение на стоп-кадре, где я остановила воспроизведение. Сердце заколотилось от охватившего волнения, глупо, нелогично, и после того, что показал Сорин, открывать послание любимого было откровенно страшно. Зато я могла им любоваться. Протянув руку к голографическому изображению повела пальцами вдоль линии скул, мазнула по плотно сжатым губам, и понимая, что трусить дольше бесполезно включила запись.
– Теперь о главном, Эмит должен вернуться в Великий Лес...
А то я сама не догадалась, и то что мы мыслим одинаково отозвалось теплотой в душе и я как последняя идиотка расплылась в улыбке.
– Это не просьба, а приказ Владыки, запись обращения во вложении к этому файлу, покажи принцу. По завесе, думаю ты уже просмотрела сообщение Сорина, так что повторяться не буду, – строгое выражение лица наконец дрогнуло и я увидела очень усталого мужчину. – Нира, я понимаю у тебя там тоже не всё гладко и я ожидал чего угодно, но не того что ты будешь умирать у меня на руках. И да, я знаю про кристалл и нанитовое тело, но давай ты не будешь доводить до этого. Береги себя ладно?
– Буду любимый.
Запись на этом закончилась, но странным образом я успокоилась. Да он пережил шок, вытащил практически с того света и вместо того чтобы злится и ругать за мою беспечность, просит быть благоразумной, понимая что я такая какая есть и другой не стану. Если бы я уже не была влюблена в него по уши, то влюбилась бы прямо сейчас.
Наверно из-за тоски по любимому и невыразимой нежности к этому потрясающему мужчине мне приснился удивительный сон. Мы с Риком, оба люди сидим на расстеленном на песке пледе на берегу Земного синего океана и с умилением любуемся как наш двухлетний сын, копает в песке лопаткой. Потянувшись к сумке холодильнику я вынула из неё бутылочку с соком и позвала сынишку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Терри иди ко мне, пить хочешь?
– Нира, ты его перекормишь, он ел пол часа назад.
Из воды вышел отец, но не такой, каким я его помнила в детстве. Уже тогда он был в солидном возрасте и немного полноват. Этот мужчина выглядел немногим старше Рика, такой же высокий, с развитой мускулатурой. Он подкрался к карапузу подхватил на руки и стал смешно целовать его в мягкий животик. Малыш захохотал, дрыгая ножками, выронил лопатку и вцепился дедушке в густую шевелюру. А он, продолжая с рыком целовать, понёс внука к воде.
– Всё мы купаться, – мужчина оглянулся и подмигнул нам с улыбкой. – Я займу его на часик, так что бегите детки.
Рука Рика тут же обвила мою талию и он помог подняться. Улыбаясь, оглянулись на веселящуюся в воде парочку, взялись за руки и муж шепнул:
– Бежим.
Я проснулась с бешено колотящимся сердцем. Прижав руки к груди, смотрела в потолок потрясённо осознавая, что в этом мире могу родить от любимого мужчины ребёнка. И не важно, что это нарушает все известные законы мироздания. Сама мысль была настолько шокирующей, что я улыбалась глупой улыбкой, чувствуя как безмерное счастье заполняет душу. Только не надо пока говорить Рику, а то у него закоротит все наниты.
Представив выражение лица любимого, если это вдруг случится, закусила угол подушки заглушая смех, чтобы не напугать Милисенту. Но был в этом сне и ещё один человек... Сорин! Ведь это он был отцом. А что если...
От подобной мысли я рывком села на диване. Серый рассвет едва разогнал темноту в комнате, можно было смело поспать ещё несколько часов, но о каком сне может идти речь, когда... когда...
– Не может быть!
Догадка, что домашний искин может оказаться моим отцом была настолько бредовой... что могла оказаться правдой. Рик не с нуля изобрёл механизм виртуализации сознания. Наверняка разработки начали родители, и когда на лабораторию напали, они могли опробовать эту технологию, чтобы иметь призрачный шанс спастись. А мама? Сердце дрогнуло, ухнуло вниз и замерло от резкой боли и иррационального понимания: мама не выжила, они не успели загрузить её сознание.
До боли, до хруста сжав кулаки, до крови вдавливая в ладони выдвинувшиеся когти, я зажмурилась изо всех сил пытаясь активировать дар. Я должна прямо сейчас оказаться дома, должна увидеть Сорина, спросить...
И у меня получилось. Получилось переместиться по собственному желанию. И опять оказалась в убежище. Вот только оно было законсервировано. Все системы отключены вместе с питающей энергоустановкой. Я даже послать сообщение не смогу. Хорошо хоть воздух есть.
Недоумевая почему Рик так поступил, я на ощупь в кромешной тьме пробралась в спальню, из неё в гардероб и обрадовалась, что одежду не тронули, оставили как есть. Значит консервация была экстренной и это объяснялось только одним: Рика попытались взломать и он ради моей безопасности заметал следы.
Появившееся окно допреальности с включившимся секундомером, отмеряющем время моего прыжка напугало до чёртиков. Совсем забыла, что сама выставила эту опцию на случай внезапного прыжка.
Понимая, что время может быть очень ограниченно, запустила сканирование помещения с выводом результатов в виртконо. Получился своеобразный режим ночного видения. Теперь можно не опасаться, что наткнусь на стену или разобью лоб о выступающие углы.
Кинувшись в угол гардеробной, нашла походный рюкзак с которым путешествовала по мирам и принялась сгребать в него с полок свитера, кофты, брюки, джинсы, рубашки. из ящиков вытряхнула всё бельё и годовой запас капроновых колготок и носков. Когда в рюкзаке не осталось места сняла с вешалки осеннее пальто и надела прямо поверх пижамы, замоталась в шарф и чувствуя что не успеваю обуться схватила рюкзак и в таком виде появилась посреди двора перед домом на склоне горы.
