болезнь вцеплялась мертвой хваткой, и, громко окликнув больного, можно было ее только усилить, закрепить.
Методы изгнания болезни выбирались, исходя из принципа аналогии. Острую боль и покалывание изгоняли острыми же и колющими предметами. Так, например, веретеном, крутящейся острой палочкой, используемой при прядении, изгоняли боль и покалывание в боку. При этом в Курской области, например, бабки-шептухи брали в руки по три веретена и трижды кололи ими в больной бок. Также веретено вместе с другими колюще-режущими предметами использовали при лечении головной боли, болей в горле и др. Тупую давящую боль снимали прикладыванием схожих по форме тупых предметов. Ячмень на глазу снимали зернами ячменя (в количестве трех, девяти, двадцати семи), чтобы зерна взяли на себя болезнь, а затем их бросали в огонь. Правда, следует оговориться, что еще более действенным способом лечения ячменя (чирея) считался кукиш, который не только подносили к больному глазу, но и надавливали им на больное место. Чтобы больные ноги окрепли, нужно было постоять на железном лемехе или другом металлическом предмете, крепость которого должна была, по логике язычников, перейти на больные ноги. Кровотечение старались «замкнуть» простым железным замком! Лихорадку-«трясовицу» требовалось потрясти (разумеется, путем тряски тела заболевшего человека), эпилепсию — постегать осиновым веником.
Выгоняли хворь разными путями. Срезанные ногти, волосы, кровь, пот, одежду и другие вещи больного, олицетворявшие саму болезнь, разными способами удаляли из организма, веря, что вместе с ними удаляют и само заболевание. Самый распространенный способ — выбрасывание на дорогу, в реку, в колодцы или в другой пограничный локус, чтобы болезнь унесли чужие ноги или унесла вода, желательно на «тот» свет. Кроме того, болезни закапывали в специально оговоренных местах, главное, чтобы за границей «своего» пространства. Широко практиковался способ «запирать» хворь там, откуда не было выхода, например в старое дупло, забив его снаружи. Болезни также смывали водой, обметали ветками деревьев и кустарников, перетаскивали в новое место, били, выкуривали дымом целебных трав. Так, например, больного грыжей надо было трижды протащить через расщепленный молодой дуб, а затем его рубашку вывесить на этом дереве. Даже простой, на современный взгляд, счет, измерение и подсчет количества болячек приводили к их уничтожению. Таким образом поступали, например, с бородавками — достаточно было их сосчитать, и они через пару дней пропадали или переходили к другому человеку.
Чтобы усилить эффект изгнания болезней, объединяли сразу несколько способов. Например, чтобы разрушить целостность болезни, сначала разрывали на части одежду больного, затем, чтобы уничтожить части одежды, их сжигали, и, наконец, чтобы отправить болезнь подальше от данного места, сбрасывали остатки в проточную воду.
Важно было достичь результата «не мытьем, так катаньем», поэтому распространено было и такое средство: передача болезни в другие руки, живому или мертвому человеку, или дереву, или зверю. Наконец, если ничего не помогало, следовало болезнь обмануть, убедив, что больной — это не ее больной, а совсем другой, новый, человек. Для этого прибегали к давно испытанным методам: выворачивали одежду наизнанку, надевали рубаху задом наперед, трижды переходили дорогу задом наперед, переименовывали болеющего, дав ему новое имя. Перешагнув через заболевшего ребенка, мать как бы рождала его заново, что должно было обмануть болезнь и заставить ее уйти. Ребенка, болевшего падучей, заставляли перешагивать через вывернутую наизнанку одежду. Подобных примеров можно привести массу; примечательно при этом, что православная церковь использовала эти методы народной медицины, проводя те же самые обряды изгнания болезней в храмах. В подобных случаях больного клали около Царских врат, а священнослужитель перешагивал через него, входя в алтарь[231].
Но, конечно же, всех этих мер не хватило бы, чтобы остановить болезни. Лекарственные травы люди начали использовать очень давно, передавая опыт народной медицины из поколения в поколение. Как уже упоминалось ранее, в средневековый период на Руси создавались специальные «Травники» («Лечебники»), где лечебные растения подразделялись на категории («царские», «материнские», «святые»)[232]. Русская народная традиция сохранила названия некоторых трав, совпадающие с названием самой болезни, от которой их использовали: бородавочник, «лихорадочная трава», «грыжная трава», «колтун» (вид папоротника). Зверобой, шиповник, боярышник, можжевельник и многие другие, без сомнения, были известны еще в языческие времена как целебные, поэтому ими не только лечили, но и предупреждали болезни. Собирать травы нужно было в определенное время и в определенном месте, иначе их действие могло привести к обратному результату. «Травная неделя» падала на летнее солнцестояние, когда не только знахарки, ведьмы и колдуны, но и все женщины собирали травы. Травы надо было собирать девочкам и женщинам не только в нужное время года, но и в нужные — «женские» — дни (среду и пятницу, но никак не в понедельник), в нужном месте, желательно в полном молчании, чтобы не нарушить их целебную силу.
Лечение травами производилось несколькими способами. Травы использовали в свежем истолченном виде, прикладывая к порезам, ранам, ушибам, чирьям, а также в отварах, делая компрессы. Отвары и настойки из трав давали пить больному. Окуривание дымом целебных трав было также очень распространено. Например, детский испуг лечили дымом от колючих растений типа чертополоха и шиповника. Желтуху изгоняли желтыми цветами бессмертника. Колтун в волосах удаляли «колтуном» — видом папоротника, названного так за свое медицинское предназначение. И так далее, и тому подобное. Универсальными целебными свойствами обладал зверобой, называемый «заячьей кровью» за цвет сока своих лепестков. Его не только использовали в качестве лечебного растения от 99 недугов, но и постоянно носили за пазухой или за поясом в качестве оберега от всех болезней, втыкали в щели дома и хлева, дымом от сухих веточек зверобоя окуривали скот. Собранный в дни летнего солнцестояния зверобой приобретал чудодейственную силу: им лечили лихорадку, желудочные спазмы, судороги, бешенство, бессонницу, женские болезни. Существовало поверье, что без зверобоя нельзя приготовить ни один лечебный отвар.
За свой острый вкус широко почитался хрен, корни которого использовали при сильной боли (головной, зубной, горловой). Из хрена делали разогревающие компрессы, называемые «хреновниками», их прикладывали при простуде, радикулитах, боли в суставах. Кроме всего прочего, считалось, что хрен усиливает половое влечение, что также находило применение в жизни язычников.
К растениям-оберегам относились лук, чеснок, шиповник, боярышник, можжевельник. Их не только ели, но и носили с собой, вешали у постели больного, втыкали в ворота (чтобы преградить путь болезням во двор), вешали на шеи животным в качестве оберега от падежа, их дымом окуривали дом, даже когда в нем вовсе не было больных. Так, о луке и чесноке до сих
