«Она всё знает», — мелькнуло в голове, а вместе с этой мыслью пришло облегчение. Малодушное. Она всё знает, а значит, будет проще. Ему, не ей.
— Ты с ней спал, — с удивительным спокойствием сказала Карла и, не дождавшись ответа, резко пошла в атаку, с силой толкая в грудь обеими руками.
— Как давно ты её трахаешь? В первую же встречу завалил, или подождал для приличия? Что ты молчишь? Ублюдок! Кобель! Думал, я буду терпеть и молчать, пока ты кувыркаешься с этой римской шлюхой?!
Едва успев перехватить её руку, занесённую для удара, Рико на всякий случай обхватил запястье второй.
— Я знаю, что виноват.
Карла фыркнула и, сузив глаза, выплюнула:
— Иди на хер! Кусок дерьма!
— Я не хотел, чтобы так получилось.
— Ненавижу тебя, тварь! — она дёрнулась, пытаясь вырваться и попыталась лягнуть его ногой.
— Да послушай же меня! — Рико встряхнул её — волосы разметались по плечам, глаза яростно сверкнули. — Я знаю, что виноват, я не оправдываю себя ни в чём, слышишь? Но это уже произошло.
— Как часто ты её трахал? Как часто, Рико? Когда я звонила тебе, она была рядом? Отвечай! Она стояла за твоей спиной и смотрела? А потом вы вдвоём смеялись над идиоткой Карлой? Я выцарапаю глаза этой шлюхе, так и передай! Что ты молчишь? Как часто ты её трахал?!
— Я не обсуждал тебя с ней. Клянусь. Но разве сейчас это важно?
— Мне важно знать, что ты в ней нашёл! Чего нет у меня, что она тебе дала? У неё что, золотая щель? Или она сосёт, как пылесос?
— Перестань!
— Что, не нравится, или я угадала? — Карла резко потянула руки вниз, освобождаясь из его захвата. Отступила, тяжело дыша, отбросила волосы назад. — Так и знала, что ты повёлся на шалаву! Ни одной юбки не пропускал, она предложила, а ты и рад!
— Я не изменял тебе раньше! Никогда! — Сердце колотилось о грудную клетку с бешеной силой, хотелось схватить Карлу за плечи и трясти, пока не застучат зубы. Пока она не замолчит, не перестанет говорить о Дани так… так… — Я люблю её!
— Ты что?.. — Карла осеклась, распахнула глаза, качнула головой медленно, недоверчиво. — Любишь её? Эту подстилку римскую? — Её рот скривился, а следующий вопрос прозвучал неожиданно тихо: — А как же я?
Рико молчал, тяжело дыша, понимая, что любое слово, любое объяснение, которое он произнесёт сейчас, сделает только хуже.
— Неправда, — твёрдо сказала Карла и вдруг метнулась к нему, обвила руками, зашептала жарко, горячечно: — Тебе только кажется, Рико. Тебе только кажется, поверь. — Ладони заскользили по его груди, губы — по шее лихорадочно, и между поцелуев короткое: — Я забуду, Рико… всё прощу… тебе кажется… только кажется… нам ведь так хорошо… вместе было… помнишь… Рико… люблю тебя… любимый… единственный…
Стиснув зубы, Рико втянул в себя воздух, зажмурился, стараясь сдержаться, не оттолкнуть грубо. Положил ладони на мокрые от слёз щёки, заставил посмотреть на себя, погладил большими пальцами.
— Лучше ненавидь меня, Карлита. Это я точно заслужил больше, чем твою любовь.
Несколько секунд она молчала, только шумно дышала, дрожала мелко. Но вот подняла руки, медленно убрала его руки и отступила на шаг. Потом смерила долгим презрительным взглядом, плюнула под ноги и стремительно скрылась в темноте.
Задрав голову, Рико несколько раз с шумом выдохнул, глядя в сереющее небо, и с силой потёр лицо. Приблизительно так он всё себе и представлял, но проще от этого не стало. Под кожу словно запустили крохотных жучков, и теперь они свербели там, пока что-то крупнее, хуже, сворачивалось в животе, сплетая внутренности в клубок. Пожалуй, так гадко он не чувствовал себя ещё никогда, учитывая, что заслужил каждое оскорбление, каждое слово. Что пошло не так, когда и ради чего он переступил через себя и собственные принципы? Сам втянул и себя, и Карлу, и Дани во что-то мерзкое, ядовитое…
Дани. При одной мысли о ней будто кипятком ошпарило — Рико представил, что она узнает обо всём так же, не от него. И будет молчать, и ненавидеть, пока не решится сказать?.. Рико опустился на землю, обхватил колени руками, положил на них подбородок. Она всё равно узнает. Так лучше от него. Пусть сама выносит свой приговор, сама решает, что делать дальше. Рассказать ей всё, сегодня же, захочет посадить — значит, так тому и быть. Он всё объяснит. Должен объяснить.
— Эй, ты как?
Рико поднял голову — за спиной стояла Аллегра, чуть позади маячил Марио.
— Карла забрала свою долю и ушла, если тебе это интересно, — сказал он.
— Вы всё слышали?
— О, да. — Аллегра, не сдержавшись, хмыкнула. — Если честно, я хотела бежать за аптечкой, но Марио меня отговорил.
— Хреново всё вышло. — Рико отвёл глаза. — Хотя по-другому и быть не могло.
— Знаешь, на её месте я повела бы себя так же. — Аллегра бросила быстрый взгляд на Марио. — А может, даже хуже. Тебе ещё повезло.
— Ну, зато у тебя теперь есть Бьянччи. — Марио подошёл и потрепал его по плечу. — Ты же говорил, что она так ничего и не нарыла. Хотя бы тут повезло.
— Повезло, — повторил Рико, всё больше утверждаясь в мысли, что надо ей всё рассказать.
— Ладно, вставай и иди спать. Ты же вечером в Ливорно собрался? — Аллегра тихо вздохнула — опять разговор откладывается.
— Если я сейчас вообще смогу уснуть, — криво улыбнулся Рико, но поднялся и послушно отправился в дом, по пути через кухню отметив, что деньги исчезли.
—
