я еще не встал рано утром? По-моему, нам придется отказаться от излишне независимой позиции. Скорее всего, если они вообще согласятся, окажемся на уровне колонии.
Наташа, словно слыша мои мысли, осторожно сказала:
- Так будем ударно кушать, крупы останется на дня три, не больше. Но как здесь выкрутишься, итак в котел добавляем помалу. Я сегодня посеяла горстку зерна, которые целые, полила водой, может, вырастут? Если урожай будет, то хоть что-то.
- Ай, какая молодчина! Настоящая хозяйка, право слово!
Смачно поцеловал ее в щеку, подтверждая его высокую словесную. Но в мыслях он окончательно решил сотрудничать с российским государством, при этом на уровне его колонии. Это же Точка Ноль и текущая обстановка решительно и всесторонне подталкивает бедного доцента к сотрудничеству с местной Россией. Ну, так делай первый шаг!
«Гжее! - протелепатировал он артефакту, - видимо мне все же придется сотрудничать со здешней России. Ты не мог подсчитать всевозможные PRO и CONTRA от этого союза?»
Гжее никак не прокомментировал это предложение, но судя по тому, что он сразу же ответил, без паузы – не потому, что обдумывал, с его-то быстродействием это пару мгновением, – а потому, что опять хотел показать свое недовольство. На этот раз он считал, что этот шаг самый правильный. А потому требующий поддержки.
- Браво, мой мальчик! - протелепатировал он, при этом его мысли были окрашены в теплые пастельные тона, - ты умнеешь! Это самый оптимальный вариант из общего количества ходов. Я подсчитаю еще, более тщательно, а ты пока иди своей дорогой»
«!? - подумал я с некоторым раздражением, - куда еще идти?».
«Ну ты же хотел ревизовать хозяйство и заодно сделать его более эффективным, - Гжее проигнорировал мои чувства, что для чувствительного артефакта было очень даже странно, - вот и походи по острову, посмотри».
От неожиданности я замолчал и разговор, таким образом, окончился на полуслове. Или, точнее, на половине мысли.
«Впрочем, - подумал я, принимаясь за завтрак, - действительно ведь работаю, и, самое главное, и другого варианта не существует. Так что, твори!»
Максимум, что я мог сделать с самого утра, это постараться сделать рыболовное судно. При том, именно не плот, а лодку. Хорошо бы еще с размерами баркаса, но это вряд ли. С нашими-то умениями, стройматериалами и инструментами, губу раздувать не стоит. Будет маленькая лодка, которая станет ходить на рыболовный промысел, и то ладно. А доски можно взять с судна Грава о Нула. Отремонтировать его мы все равно не сумеем.
«Так, Гжее?» - протелепатировал я артефакту, уверенный, что тот и так все слышал и в курсе моих дум.
«В правильном направлении идешь, мой мальчик, - одобрил он мои замыслы, - находясь в окружении моря, надо работать, первую очередь, с его ресурсами, как на море, так и на берегу».
Кстати, а ведь есть еще берег! - осенило меня, - а там, насколько я помню, действительно были скудные, но питательные ресурсы – моллюски, съедобная трава, черепахи и их яйца. Мало, но кушать можно.
- Так, господа-товарищи, позавтракаем, что бог нам даст, - скомандовал я землякам, - а потом поможем ненароком ему. Рыбаки будут не только ловить рыбу, но и собирать пишу с берега.
- Да ну его на хрен! - активно запротестовал вредный Витька Максимов, - мы и не знаем ничего, да и не надо никому эту траву да моллюски.
Вот ведь какой сообразительный! - удивился я, - сам все понял и оценил объем работы! Видно, верной дорогой идем, товарищи, раз стали соображать + 10 от основы!
- Надо будет, с голодухи и траву съедим и моллюски. Я вон ел и только облизывался в первые дни на острове, - жестко аргументировал я, - а если поварихи еще нам хоть немного приготовят, то точно слопаем.
- Но ведь мы же ничего не знаем! – укоризненно повернулся ко мне Витька, - отравим еще людей.
Оные люди, в количестве около двадцати с копейками, сидевшие рядом, и не только наяривавшие похлебку, но и внимательно слушавшие, немедленно загалдели. Такое будущее им не нравилось.
Мне оно тоже не нравилось. Что я душегуб что ли, знакомых людей убивать? Оптимистичнее надо фантазировать. Во-первых, морские водоросли не настолько ядовиты, чтобы так легко травануть, во-вторых, у нас же есть Вик – малолетний, но знаток!
- Вот, - показал я жестом Ильича на скромного Виктора, - не смотрите, что мал. Знает водоросли на зубок, сам ел отобранные им травы. Было не только съедобно, но и вкусно. Тоже самое с моллюсками.
Народ громко ворчать перестал, видимо понял, что его травить не будут, но продолжал роптать, и я его понимал. Россияне не привыкшие к такой диете. Ему бы стакан спирта и здоровый кусок свинины, а ему подсовывают какую-то гадость в виде морской водоросли.
Успокоил их, сказал, что будем кормить исключительно рыбой и только когда ни охотники, ни рыбаки не поймают живность, станем переходить на траву. Но ведь сами будете виноваты? Опять же траву в рот насильно совать не будем. Сами стрескаете!
На этой ноте, не очень оптимистичной, надо сказать, завтрак доели. Работнички мои, так сказать кормильцы, разошлись по своим местам – охотники в лес, рыбаки – на морское побережье. Туда же пошли Вик и Наташа по моей просьбе со своими кухарками. А я с армейским полувзводом, как и договаривались, к судну Граве о Нулу. Гжее нехотя, но согласился, что лодка сейчас важнее, чем полуразрушенное судно и надо с ним тщательно работать, чтобы биологические существа (я в том числе) могли нормально питаться. А электронное (Гжее) брало для себя эманации.
У меня в это утро настроение было так себе. Рыбаки с берега поймают мало. Витька прожженный профессионал, но один в поле не воин. Половит, конечно, но так, лишь бы с голода не умерли. Охотники так себе, самих не сожрут и то хорошо, а уж сами кого убьют, так это русские сказки. Нам же придется, извините, конечно, отмудохаться одним топором и совсем не работниками.
И в итоге, будет у нас к вечеру жиденькая уха, и придем мы спать полуголодные и злые. Хорошая перспектива, не правда ли? Лично я от нее был готов выть на Луну.
Большой толпой, относительно, конечно, отогнав по пути зверей всех видов и объема, пришли к судну. Рабочий топор дали, как
