Алекс: Да ну тебя! Лучше скажи, как твоя мама? Пришли анализы?
Рози: Нет еще. Мама сейчас у Стефани, приходит в себя, а когда вернется, придут и анализы. Ты знаешь, что-то врачи не поймут, что с ней такое. Я правда очень волнуюсь. Взглянула на нее позавчера – и такое впечатление, что лет десять не видела. Другой человек. Как-то вдруг резко постарела.
Алекс: Ей всего шестьдесят пять. Это не старость.
Рози: Я знаю, но, понимаешь, уж так сложилось, что мама в моих глазах всегда такая, как была в детстве, много лет назад. С годами этот образ совсем не менялся, я всегда представляю ее именно такой. Но позавчера на больничной койке она вдруг показалась мне старушкой. Я была просто потрясена. Короче говоря, надеюсь, врачи поймут, в чем дело, и все исправят. Она правда очень сдала.
Алекс: Как только будет диагноз, дай мне знать.
Рози: Ну конечно. Между нами скажу, тяжеловато каждые выходные мотаться в Галоуэй. Я маму очень люблю, тут и речи нет, но все равно тяжко. Работаю в самые немыслимые часы, езжу к маме, там все делаю – в общем, в последнее время ни одного свободного дня. Устала ужасно.
Алекс: А что Кевин? Разве он не может помочь, хотя бы раз в жизни?
Рози: Хороший вопрос. Ну, справедливости ради скажу, что Кевин только что купил дом и сейчас в процессе переезда, будет жить там со своей подружкой. Вот было бы у него побольше времени, я уверена – ну, почти что уверена – тогда б он помог.
Алекс: Кевин решился потерять свободу? Надо же! Но все-таки надо попытаться поговорить с ним об этом, пусть тоже участвует. Не можешь же ты все одна!
Рози: Ну, насчет того, что одна, – это, конечно, перебор. Эту неделю, например, за мамой приглядывает Стефани, но у нее двое детей, так что ей тоже непросто. (Вообще, слова «приглядывать за мамой» звучат неестественно, верно?) И потом, я всегда рада быть с мамой. Она совсем одна, а я знаю, что это такое.
Алекс: Просить помощи у Кевина вовсе не означает, что ты не любишь Элис или не хочешь ей помочь. Кевин должен въехать в ситуацию. И если что странно, так это то, что нужно говорить, чтобы въехал. Мог бы сам догадаться.
Рози: Хорошо, подожду, когда он устроится на новом месте, и тогда, если он сам не пошевелится, ему выдам. По полной программе. Он и отца-то почти не навещал, а теперь переживает. Знаешь, я вообще-то по-настоящему Кевина никогда не могла понять. Он всегда приходил-уходил когда вздумается и никому не рассказывал, что у него на уме. Потом, когда папа умер, вдруг решил, что может нами командовать. А теперь мама заболела, и он снова дал задний ход. Мы со Стеф уже несколько раз пытались до него достучаться… Эгоист, и все тут. Погоди, там, кажется, машина подъехала. Сейчас сбегаю к окну посмотрю.
Алекс: Кэти там?
Рози: Нет.
Алекс: Да? Значит…
Рози: Стой, вот она. Слава богу. Все, выключаю комп и в постель. Пусть она не знает, что я ее сторожила. Ффу. Спасибо тебе, Господи, что привел мое дитя к дому. Пока, Алекс.
Алекс : Пока, Рози.
Глава 47
Мамочка,
спасибо тебе за прошлую неделю. Это было так здорово, побыть с тобой дома. Я так скучаю по нашим ночным посиделкам! Мам, а ведь у меня хорошая новость! Тони Спенсер, англичанин, владелец клуба «Бессонница» неподалеку отсюда, вчера вечером был тут у нас в папином клубе, когда была моя очередь за установкой, и ему тааак понравилось, что он спросил, не хочу ли я поработать для него! А? Каково? Правда, здорово? А потом, он проводит какие-то летние танцевальные праздники, так что мне придется летом проехаться по всей Европе и выступать там! Я прям очумела от радости!
Клуб «Бессонница» – очень популярное место, и открыт до шести-семи утра. Для начала я буду работать с десяти вечера до полуночи. Тони платит отлично, и, как только получу первый чек, сразу пришлю тебе денег. Тут полно клевых людей, которые тоже недавно окончили школу и работают в барах и т. д. Мы с тремя девчонками, Дженнифер, Люси и Сарой, подумываем снять квартиру.
Когда приедет Джон, понятия не имею. Он с сентября как пошел учиться, так каждый вечер бывает на каких-то диско, даже не знаю с кем. Иногда звонит мне оттуда, в телефоне у него бухает музыка, и я едва его слышу, под пьяные вопли. Как-то все странно. И знаешь, каждый раз, когда мы встречаемся, все хуже и хуже. Мне это ужасно не нравится. Я-то думала, мы с ним навсегда, но, если дело пойдет так, как сейчас, не дотянем и до конца лета.
При этом я давным-давно ничего не получала от Тоби, и это полностью моя вина, потому что сначала, когда я только приехала, он часто сюда звонил, а у меня все руки не доходили ему перезвонить. Время идет, я каждый раз обещаю себе, что позвоню ему завтра, но вот прошли уже месяцы, и теперь мне стыдно. В последний раз, когда мы говорили, он сказал, ему нравится в колледже, наверно, познакомился с массой зубов. Завтра я ему позвоню, обещаю.
Надеюсь, у тебя все хорошо. Как странно, что ты продлила свой контракт. Я думала, ты эту лавочку ненавидишь. Дай мне знать, что происходит, я совсем сбита с толку.
Да, от Алекса пришло письмо, где он рассказывает, как это было, когда они с Бетани приехали праздновать уход на пенсию носатой мисс Кейси и остановились в твоей гостинице. Ну, отпад! Неужели ты не знала, что как раз в этот день в стриптиз-клубе рождественская вечеринка? Уверена, что Алекса позабавило зрелище девиц, скачущих по бару в красно-белых бикини с перышками! Но Бетани! Отказалась остаться на ночь! Даже не верится. У этой тетки, похоже, ваще нет чувства юмора. Не понимаю, что Алекс в ней нашел. Я видела ее всего несколько раз в жизни, но и так сразу ясно, что она вся такая напряженная и скованная, а Алекса ничем не прошибешь. Они совсем не пара. Вряд ли еще долго вместе протянут. И слушай, невозможно поверить, но Алекс пишет, ему пришлось откачивать какого-то типа у вас в ресторане! Его что, отравили?! Чем они там у вас кормят?! Просто счастье, что под рукой оказался врач.
Ну ладно. Пора пойти проверить, какие треки сегодня крутить. Отец выделил мне два часа, чтобы я поднатаскалась для «Бессонницы». Лайза все твердит, что лучше крутить песни восьмидесятых, чтобы она могла, как привыкла, танцевать под вспышки прожекторов. В общем, ей если не змеи нужны, так еще хуже, что-нибудь вроде подплечиков и перманента.
Когда бабушка поправится, вы с ней непременно ко мне приедете. Здесь полно отличных мест для отдыха с пляжами, пальмами и закатами – не только одни пабы и клубы. Подумай об этом, ладно? Может, бабушке будет на пользу?
Я очень, очень скучаю и, когда становится совсем невмочь, открываю медальон и смотрю на ваши фотографии, твою и Алекса. Вы всегда рядом с моим сердцем. Всегда.
Твоя Кэти
Вам пришло ICQ-сообщение от: РУБИ. Руби: Меня отправили на помойку.
Рози: Кто??? Тедди?!
Руби: Вот еще. Тедди! Он не знает, как мусор выбросить, не то что меня. Нет, преступник – мой единственный обожаемый сын. Он сообщил мне, что в области сальсы не нуждается более в моих услугах. Поменял меня на новенькую модель.
Рози: О нет, Руби. Мне так жаль! И кто эта разлучница?
Руби: Ну, правду сказать, это я привираю, конечно, что взбешена, на самом деле ничего подобного. Нет, так тоже выходит вранье. В общем, сначала я жутко разозлилась и в сердцах слопала целый шоколадный торт, который, вообще говоря, купила для Гэри, тот его обожает. Где-то на половине слегка поостыла, а потом, когда доедала последние ложки, начала мыслить рационально (теперь ясно, как полезны мне торты?). И тут у меня родился план, согласно которому «эту особу» следовало пригласить на ужин и – отравить.
Понимаешь, надо было выяснить, кто она такая и почему Гэри променял меня на нее. Выяснилось, что ей под тридцать, она из Испании, преподает испанский в школе, где Гэри охранником, там он ее и подцепил. Она тощая, хорошенькая и очень, очень славная.
Рози: Значит, она из тех, кого в нормальном случае ты бы возненавидела?
Руби: В нормальном – да. Но на этот раз все иначе, потому что у них с Гэри любовь.
