Конана подобное разглядывание ничуть не волновало. Он просто целеустремленно шагал по пристани, приближаясь к молчаливому сообществу.
– Фарес – один из них? – вполголоса поинтересовался Маэль, не рассчитывая, впрочем, на ответ.
– Стоит возле сходен, – бросил на ходу капитан. – Длинный тип с зеленой тряпкой на башке.
Описание было краткое, но достаточно точное, чтобы безошибочно опознать требуемую личность. Монброн только мысленно добавил в список примет шемита иссиня-черную бороду, завивавшуюся мелкими колечками, торчавший за поясом тесак внушительных размеров, и казавшиеся сонными глаза.
– А, – невозмутимо сказал Фарес, когда варвар и его спутник остановились шагах в двух от него. – Мне уже все уши прожужжали, что ты здесь и обязательно примчишься разузнавать, что да как.
На набережной тем временем загорелся третий склад. На этот раз пламя имело красивый зеленоватый оттенок – огню достались бочки с вином.
– Ну, и как это все понимать? – голос Конана тоже был совершенно равнодушным, точно на самом деле его и не интересовало, с какой стати шемиты заявились в зингарский город, и теперь развлекаются поджогами. Маэль тихонько хмыкнул – на его глазах разворачивалась старое, как мир, действо под названием «У кого выдержка крепче».
– Как справедливое возмездие, – несколько высокопарно отозвался шемит. – Кстати, послушай доброго совета – не торопись натравливать на меня своих головорезов. Как только я получу то, за чем пришел, мы тут же покинем этот гостеприимный город. Я еще не настолько лишился разума, чтобы ссориться с Зингарой.
– Тогда ради какого же сокровища ты рискнул своей единственной жизнью и сунулся в Карташену? – съязвил киммериец. – В этом городе нет ничего достойного внимания, кроме уймы всяческой рыбы, двух паршивых трактиров и задаваки-градоправителя.
– Для меня – есть, – многозначительно отозвался Фарес. – Обитает тут один неразумный юноша, который сегодня с нашей помощью несколько поумнеет. Некий Эван из Бальи, не доводилось слышать?
– Угу, – Конана не удивило, что Прибрежный Союз Карташены, вот уже год находившийся под рукой Плоскомордого, что-то не поделил с Фаресом и его людьми. Шемиты всегда стремились откусить от чужого пирога больше, чем могли проглотить, а потому не пользовались особой приязнью соседей. Удивительнее другое. Неужели Эван умудрился всерьез досадить Асгалуну, раз за ним явился такой серьезный противник, как Фарес? – Знакомое имечко. Что он натворил, если не секрет?
– Самоуверенность молодости, – с притворным сожалением вздохнул шемит – Мальчику явно не дает покоя слава былых времен. Он возомнил, что сможет безнаказанно хозяйничать на Побережье.
– Да? – недоверчиво протянул Конан. – И как же он это сделал?
– Для начала пустил на дно несколько наших кораблей, – с кривоватой улыбкой, больше похожей на оскал, признал Фарес. – Надо отдать юноше должное – голова у него соображает, как надо… Может, у него есть какие-нибудь дальние родственники в Шеме? Но вот пытаться сваливать вину за все происходящее на огромного морского змея с крыльями – это уже было серьезной ошибкой. Кто же поверит в подобную чепуху?
– Это не чепуха, – не выдержал терпеливо помалкивавший Маэль. – Дракон существует! Я… То есть мы его видели своими глазами!
– С чего ты взял, что во всех твоих бедах виноват именно Эван? – перебил аквилонца Конан, почувствовавший близкий запашок готовящегося подвоха. Кроме того, у капитана «Вестрела» было давнее и стойкое убеждение, что не стоит верить ни единому выходцу из Шема. Пусть даже он будет утверждать, будто небо синее, а вода мокрая.
Фарес пропустил слова Монброна мимо ушей, и жестом полководца, указывающего направление победной атаки, ткнул в скромно покачивавшуюся на волнах «Иньесту»:
– Видишь вон ту лоханку? Под флагом Береговой стражи Зингары? Веришь или нет, но они такая же Береговая стража, как я митрианский проповедник. Так сказать, волки в овечьей шкурке. Подходят к маленькой безобидной «Ривекке» и требуют остановиться на предмет таможенного досмотра. Мы, как известно, люди смирные и законопослушные, спускаем паруса и останавливаемся. А дальше эти якобы стражники перебираются к нам на борт и без лишних слов пытаются выкинуть моих людей с корабля. К сожалению, они не учли, что «Ривекка» не одинока и что я никому не позволю откалывать подобные трюки. Дальнейшее, я думаю, тебе объяснять не надо. Мы взяли этих, с позволения сказать, стражников под нашу ненавязчивую опеку, а я побеседовал с их так называемым капитаном с глазу на глаз…
– Интересно, сколько он прожил после этой беседы? – как бы невзначай пробормотал Маэль, догадывавшийся, чем мог закончиться подобный «разговор».
– Он проживет ровно столько, сколько будет необходимо мне, – холодно бросил шемит и продолжил: – Я узнал от него много прелюбопытных вещей. Например, что он находится в подчинении у этого чрезмерно предприимчивого молодого человека, Эвана, и что именно они повинны в таинственных исчезновениях последних месяцев…
– Что-то мне с трудом верится в эти сказки, – непререкаемым тоном высказал свое мнение Конан. – И еще я полагаю, что тебе не стоит надолго задерживаться в Карташене.
– Мне казалось, мы договорились, – шемит состроил обиженную физиономию. – Мои мальчики сейчас подпалят еще парочку складов этого… как его? Плоскомордого?.. и я уверен, что он явится в гавань. Мы немного поговорим о делах наших скорбных и мирно разойдемся. Я даже готов допустить мысль, что произошло какое-то недоразумение, которое мы сможем разрешить ко всеобщей выгоде. Горожанам просто придется немного посидеть за закрытыми дверями. Если все будут вести себя разумно, то никто не пострадает, а через несколько дней все позабудут о том, что мы сюда наведывались. Если хочешь – оставайся, подождешь вместе с нами.
– Нет, – киммериец мотнул головой. – Я загляну попозже. Если то, что ты сейчас наплел – правда, то у меня тоже найдется, о чем потолковать с Эваном.
– Да разве я когда-нибудь тебя обманывал? – почти искренне возмутился Фарес.
– Нет, – признал Конан. – Видимо, случая подходящего пока не было.
Шемит понимающе хмыкнул, сочтя разговор законченным. Маэль подумал, что для двух грабителей с большой дороги (точнее, с большого океана) краткая беседа была уж больно спокойной и… Да, пожалуй можно сказать и так – вежливой. Не прозвучало ни одной угрозы. Встретились двое старых знакомых, обменялись парой слов и пошли дальше по своим делам.
По своему небогатому жизненному опыту Монброн знал, что подобные краткие разговоры завершаются отнюдь не миром. Значит, вскоре город ожидают изрядные потрясения… Точно кто-то задумал высыпать над Карташеной целый мешок разнообразных неприятностей и посмотреть, что из этого выйдет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
