я твёрдо. — Если после боя пленницы выживут, тащите их ко мне. Вылечу. Всем готовиться.
Спрятать сотню человек непросто. Тем более непросто спрятать сотню вооруженных человек, обвешенных энергетическими печатями. Единственное что давало нам надежду остаться незамеченными хоть какое-то время, это ширина скального балкона и его глубина. С открытого пространства нас не будет видно, пока мы сами не подойдём к краю обрыва. Именно поэтому когда Ёкай вышли на прогалину, я не стал долго медлить.
— Уничтожьте столько ублюдков сколько сможете, — прорычал я команду для офицеров, держа в руках свой лук.
Первый удар нанесли стихийники земли. Они одновременно активировали почти тридцать печатей. Позади большой группы Ёкай выросла стена, а со стороны горы на них понеслись земляные валы, способные перемолоть кости почти любому. Под грохот земли и вой Ёкай, следующий удар нанесли стихийники огня. Главной их ударной силой выступал Парис. Огненных печатей было в два раза больше чем земляных, но это было не особо заметно, ведь внизу и так уже плескалось море огня. Выжидать пока пламя стихнет никто не собирался. Третий удар нанесла водная стихия. С неба прямо в огненное море полился дождь из водяных стрел. Вода разила врага и испарялась. Внизу творился настоящий хаос.
— Стойте, — поднял я руку, останавливая малочисленных стихийников древа и металла. — Пожирателей там уже нет. Приготовиться к ближнему бою!
Зазвучали отрывистые команды офицеров и шелест вынимаемых клинков. Никто не понимал, почему я решил что враг вдруг оказался ближе чем раньше, ведь внизу творился самый настоящий хаос. Мои парни просто не представляли, как оттуда можно выбраться. Для инкубов так оно и было, но не для пожирателей. Я почувствовал это, ведь моё чувство энергии куда как острее чем у других. Те три зверя в цепях, были далеко не зверьми. Просто ещё один вид Ёкай пожирателей. Возможно менее разумный, но не менее опасный. Они буквально втягивали в себя окружающее их буйство энергии, снижая наносимый им и их погонщикам урон. Трудно ли догадаться, кто в группе за погонщиков?
— Внимание на обрыв! — выкрикнул я, ощущая как окружающая меня энергия начинает медленно стекаться к краю балкона.
Стрела сорвалась с моего лука ещё за долю секунды до того как морда пожирателя показалась над краем. Каково было его удивление, когда вместо желаемой добычи он увидел наполненную стихией молнии стрелу. Бесполезная башка пожирателя просто лопнула, а тело его сорвалось вниз. Минус один.
Следом за смертью первого пожирателя, остальные твари начали подниматься на балкон. Мои парни били их ещё на подступах, желая отрубить руки и скинуть со скалы, но плотная, почти непробиваемая шкура попросту игнорировала удары оружия и техник.
— ЭГРА! — с боевым выкриком, воин-бык вонзил в ладонь, на которую опирался пожиратель, свою двуручную секиру.
Пробил. Ого, действительно пробил шкуру и отсёк два пальца. Правда на этом его успех закончился, демон не упал. Под рёв и трудноразличимый мат завязалась драка.
Окинув взглядом балкон, я подметил, что большинство воинов справляются со своими противниками. Десяток на одного, примерно такой расклад по воинам и пожирателям. Только вот есть нюанс, десять пожирателей раскинули ауру, ускоренно поглощая энергию моего отряда. Пока всё идёт сносно, где-то даже воины теснят врага, но долго ли так будет продолжаться? А я пока даже не увидел своего главного противника.
Ощутимый удар в грудь развернул меня на месте и заставил выронить лук. Лёгок на помине. Гвардеец в красивой, броской рубашке на выпуск и брюках, словно взятых с обложки американского журнала восьмидесятых. Даже пятнышка на его одежде нет.
— Какое веселье! — выкрикнул он, расставив руки в стороны.
Веселье. Сейчас я тебе покажу веселье!
В следующее мгновение я сбил пижона с ног и в одно движение располосовал его горло когтями. Чувствуя как по звериному телу растекается сила, я несколько раз подряд пробил грудь гвардейца кистнем. Его пёстрая рубашка вдруг резко перестала быть чистенькой.
То что бить гвардейца не имеет смысла я знал, он ведь всё равно залечит раны. Только вот бил я его не затем чтобы ранить, а чтобы ненадолго вывести из боя. Пожиратели давят моих парней аурой, поглощая их силы, нельзя дать им переломить ход боя. Мне нужно убить ещё хотя бы парочку подопечных гвардейца.
Оторвавшись от растерзанного на части тела гвардейца, я выбрал ближайшего к себе пожирателя и создал печать. Тысяча ударов. Поспешно складывая печать, которую совсем недавно выучил на тренировке, я допустил маленькую, но не критичную ошибку. Мощность печати снизилась, но даже так этого достало чтобы пожирателя испепелило. Воины, что бились с ним отсалютовали мне и быстро переключились на других противников.
— А если я начну помогать своим подопечным? — раздался злой голос позади меня. — Мою любимую рубашку испортил….
Удар пожирателя оторвал мне хвост. Это было невероятно больно. Он схватил меня за кистень и что есть силы ударил о скалу. Моё тело с легкостью оторвалось от земли и впечаталось в камень. И если боль от удара была терпима, то вот ощущать как часть твоего тела вырывают было просто невыносимо. Пришлось вновь стать человеком.
— Весело, это так весело! — хохоча как безумный, гвардеец смотрел на свою пустую руку, в которой ещё совсем недавно лежал мой оторванный хвост. — И почему отец не сказал что здесь будет не только Амбринит, но и такой весёлый враг.
Амбринит? Вот значит как называется тот минерал.
— Эй, весельчак, — встряхнувшись и скинув фантомные боли в несуществующем уже хвосте, я обратился к своему врагу. — Хочешь поспорить?
— Поспорить? На что? — сверкнул глазами азартный демон.
— Скажем, на твою смерть, — с улыбкой произнёс я. — Предпочитаешь умереть быстро или медленно?
— Предпочитаю медленно, со вкусом, через тысячу, может две тысячи лет, — внимательно посмотрел на меня мой собеседник.
— А умрёшь быстро, — произнёс я.
Этот диалог был затеян лишь с одной целью, чтобы выждать время, пока один из пожирателей оказался как раз за своим боссом. Дёрнув за нить энергии, связывающую лук и пространственное кольцо, я сначала вернул лук в тайник, а затем вновь вытащил его, только теперь он оказался прямо у меня в руках, а не на земле. Направив лук в сторону гвардейца, я оттянул тетиву и выстрелил. Этот идиот увернулся, как я и планировал. Он не попытался помешать выстрелить, считая что я буду стрелять в него, а вместо этого, моя стрела,
