Материальный ущерб, понесенный приютом, не слишком волновал Сару. Ее пугало то, что злоумышленник начал покушаться на жизнь и здоровье обитателей Квилли-Фарма. Сломанная рука Куинс была только началом. Что еще замышлял неизвестный преступник?
Что теперь делать? Над этим вопросом Сара долго ломала голову. Она советовалась со Скеггзоми миссис Данюшоф, но, как и сама Сара, они считали, что бесполезно обращаться за помощью к констеблю в Уотчете. Вряд ли он всерьез отнесется к мелкому хулиганству и примет какие-нибудь меры.
Вернувшись домой, Сара села за секретер и глубоко задумалась, постукивая карандашом по стопке бумаги. Какой еще удар нанесет ей неведомый противник?
Звук размеренных шагов дворецкого вывел Сару из задумчивости. Когда Крисп появился в дверном проеме, Сара бросила тревожный взгляд на его серебряный поднос. Но на этот раз на нем лежала не записка, а визитная карточка, и у нее отлегло от сердца.
Поклонившись, Крисп протянул ей поднос с визиткой.
– Вас хочет видеть, поверенный из Тонтона, мэм, – доложил он.
Взяв карточку, Сара прочитала: «Мистер Арнольд Суидертон, адвокатская контора «Суидертон и Бэбкок», Ист-стрит, Тонтон».
Ока нахмурилась. Чарли, конечно же, заметил, что она чем-то встревожена и слишком часто наведывается в приют. В последнее время он стал сообщать ей о том, куда едет. Сегодня Чарли отправился с визитом к Синклеру. Сара понятия не имела, зачем мистер Суидертон явился к ней.
– Вы ничего не перепутали? – спросила она дворецкого. – Поверенный хочет видеть именно меня, а не графа?
– Да, мэм, он выразил желание встретиться именно с вами.
На лице Сары отразилось удивление.
– Ну хорошо, проведите его сюда.
Крисп, поклонившись, удалился.
Может быть, ей снова хотят сделать предложение продать Квидли-Фарм? Но явившийся к ней поверенный представлял совсем другую контору.
Мистер Арнольд Суидертон оказался высоким худым человеком с неприятной внешностью. На его лице как будто застыло выражение отвращения и брезгливости. Поверенный с первого взгляда не понравился Саре.
– Графиня, – поклонившись, промолвил поверенный, – я уполномочен сделать вам предложение от имени моего клиента. Мой клиент желает приобрести собственность, права на которую все еще принадлежат вам. Должен заметить, это довольно необычно, если учесть, что вы замужем. Честно говоря, я предпочел бы вести деловые переговоры с вашим мужем, но мне даны четкие инструкции обратиться предложением именно к вам.
Сара не пригласила поверенного сесть. Прижав кожаный портфель к груди, он достал из него документы и протянул ей.
– Взгляните, пожалуйста, на эти бумаги. Здесь все изложено. Речь идет о продаже Квилли-Фарма – построек и земельного участка. В документах указана цена, которую мой клиент готов заплатить за них.
Сара взглянула на сумму, проставленную в конце документа. Она значительно превосходила ту, которую предлагал ей Хейнз.
– Как зовут вашего клиента? – спросила она.
– О, моя дорогая графиня это должно остаться тайной для вас.
– В самом деле? – ледяным надменным тоном, в котором чувствовалась еле сдерживаемая ярость, промолвила Сара, и Суидертон растерянно заморгал. – Я не «ваша дорогая», мистер Суидертон, зарубите себе это на носу!
Поверенный нервно сглотнул и хотел извиниться, но передумал, вспомнив, должно быть, наставления своего клиента.
– Мой клиент настаивает на полной анонимности. Я понимаю, что у вас нет опыта в такого рода сделках. Но поверьте мне на слово, при покупке земли анонимность обычное дело.
– Пусть так, но дело в том, что я не собираюсь продавать Квилли-Фарм. Передайте это своему анонимному клиенту.
Сара протянула ему бумаги, но Суидертон отступил назад, отказываясь их брать.
– Это очень выгодное предложение, леди Мередит. Я настоятельно рекомендую вам не отклонять его сразу. Посоветуйтесь прежде со своим мужем, чтобы не жалеть потом об упущенной возможности. Я уверен, что граф сумеет разумно распорядиться той огромной суммой, которую мой клиент по своей прихоти предлагает за ничтожный участок земли. Дамы плохо разбираются в финансовых вопросах. Убедительно прошу вас сообщить о полученном вами предложении вашему мужу. Думаю, он примет правильное решение.
Сара сделала паузу, прежде чем ответить наглому поверенному, который уже изрядно надоел ей.
– Меня удивляет, мистер Суидертон, что вы никак не можете вникнуть в суть деда, – спокойным тоном промолвила она. – Я сохранила права на Квилли-Фарм по веской причине. И эта причина, в частности, заставляет меня отклонять любые предложения продать эту собственность. – И она швырнула документы в лицо поверенному. Ахнув, он поймал их и прижал к груди. – Моему мужу незачем знать о подобных предложениях, потому что от него в этом вопросе ничего не зависит. Мое решение не спонтанное, а глубоко продуманное. Я остаюсь владелицей Квилли-Фарма по причинам, которые вас не касаются. И никто не сможет убедить меня расстаться с этой землей. Я жалею только о том, что моего мужа нет сейчас дома и он не может обойтись с вами так, как вы этого заслуживаете. К сожалению, правила приличий ограничивают дам в проявлении отрицательных эмоций. – Глядя в глаза поверенного, Сара ледяным тоном обратилась к застывшему у двери дворецкому: – Крисп, выпроводите отсюда мистера Суидертона.
– Слушаюсь, мэм. Проку вас, сэр, следуйте за мной.
Когда дворецкий и поверенный удалились, Сара подошла к окну. «Может быть, пойти прогуляться по саду?» – подумала она. Однако вскоре Крисп снова явился в гостиную и предложил принести ей обед на подносе.
– Благодарю, Крисп, это было бы здорово, – сказала Сара. Пообедав, Сара пошла в розарий, чтобы прогуляться по его дорожкам. Прохаживаясь мимо голых кустов роз, на которых уже набухли почки, Сара полной грудью вдыхала свежий, бодрящий воздух. Ей сейчас не хотелось думать ни о странных происшествиях в приюте, ни о неприятном визите Суидертона. Но тут внезапно ей в голову пришла сумасшедшая мысль. А что, если эти события связаны между собой?
– О Боже… – прошептала она побелевшими губами. Неприятности в приюте начались после того, как сначала она, а потом Чарли отклонили предложение продать Квилли-Фарм. А что, если анонимный покупатель решил выжить Сару из приюта? Создать такую невыносимую обстановку, чтобы она сама захотела избавиться от Квилли-Фарма?
Сара тряхнула головой, отгоняя подобные мысли. «Нет, этого не может быть, – убеждала она себя. – Беды, свалившиеся на головы персонала и воспитанников приюта, и предложения продать Квилли-Фарм по выгодной цене просто случайно совпали по времени». Но подозрения уже закрались в ее душу. Кто-то, плохо знакомый с ее настойчивым, упрямым характером, наверное, решил, что она, выйдя замуж, утратит интерес к своему «хобби» и легко расстанется с приютом. Но этот человек просчитался.
