Бюро отделения общей физики и астрономии РАН (считаю это прямой обязанностью отделения) то это произвело бы достаточно сильное впечатление.
Вывод совершенно ясен: не проходите мимо! Все лженаучные публикации в газетах должны получать отпор, научные работники (и титулованные в особенности, для редакций титул важен) обязаны протестовать, писать в редакции, критиковать антинаучные публикации. Это не напрасная трата времени и сил, а действенный метод борьбы с лженаукой. Я призываю всех коллег активно бороться с лженаукой и всеми ее проявлениями, а не отмалчиваться.
Академик Д.М. Климов: В Институте проблем механики проходили экспертизу многие сомнительные проекты. Наибольшие трудности у экспертов возникают, когда они имеют дело с проектами по закрытой тематике, где финансирование раньше практически не контролировалось. В этом случае на них часто оказывается давление, какие-то организации и отдельные высокие лица требуют поддержать проект, содержащий якобы новые оригинальные идеи, и т. д. И здесь академические институты должны проявлять твердость и принципиальность.
Меня особенно беспокоит положение в высшей школе. В некоторых даже уважаемых вузах все чаще появляются курсы весьма сомнительного характера. А это может привести к еще более серьезным последствиям, чем выступления в печати адептов лженауки. Да и в планах исследований наших академических институтов иногда встречаются сомнительные темы. Мне лично пришлось из плана одного Института (не буду его называть) исключить исследовательскую работу, предварительно подвергнув ее экспертизе. Так что, прежде чем бороться с пропагандой лженауки в средствах массовой информации, нужно не допускать ее проявлений в стенах академических институтов.
Академик Ю.А. Осипьян: Надо сказать, что разгул невежества затронул весь мир и накануне XXI в. общество совершенно зашаталось в своих основах. В нашей стране это связано, несомненно, с экономическими обстоятельствами, с множественностью источников финансирования, с разгулом «свободы и демократии». Сейчас позволено всем высказываться, кто во что горазд. И лишь одно ключевое направление удерживает общество в рамках здравого смысла — образование. При всех недостатках нашего строя в прошлом у нас была классическая система образования, которую даже последние десять лет шатаний не могут поколебать. И до сих пор она остается нашим главным достижением.
Но и в систему образования проникают все эти лженаучные мотивы, и если мы этому не воспрепятствуем, то, когда пройдет нынешнее экономическое лихолетье и наша страна встанет на ноги, в обществе будет царить невежество. С этой ситуацией сталкиваются Соединенные Штаты Америки, где образовательный уровень молодежи и школьников ниже, чем в нашей стране.
Работа по упорядочению системы научной аттестации, которую сейчас Академия наук ведет вместе с Министерством образования, чрезвычайно важна. Мне кажется, нужно добиться государственного решения о том, что ученые степени в нашей стране присуждаются только организациями, уполномоченными на это государством. Это Высшая аттестационная комиссия Российской Федерации. Необходимо обратиться в Правительство, чтобы пресечь лавину лженаучной деятельности размножающихся академий, которые добиваются канонизации (внесения в государственный классификатор специальностей) своих исследовательских направлений. Если они этого добьются, лженаучная деятельность примет спонтанный характер, так как охватит образовательный процесс.
Борьба с лженаукой, на мой взгляд, имеет два аспекта — государственный и общественный. Что касается общественного аспекта, то, безусловно, прав Александр Сергеевич Спирин: люди ждут чего-то интересного, излечивающего, спасительного и эти их ожидания полностью оправдывают представители лженауки, предлагающие спасение от всех бед задаром. Надо сказать, что сейчас в государственных структурах, особенно в армии и службе безопасности полно невежественных злонамеренных людей, которые коррумпированы и делят миллионы бюджетных средств с лжеизобретателями. История с торсионными полями — типичный пример.
Учитывая все это, необходимо обратить серьезное внимание на систему образования и позицию государства по отношению к лженауке. Думаю, что со стороны государства было бы правильным шагом закрытие всех домоуправленческих академий и перевод их в разряд общественных организаций. Им следует запретить использование слов «академия» и «академик», дабы они не позорили Российскую академию наук и ее представителей.
Доктор физико-математических наук С.П. Капица: Мне приходится второй раз говорить в этой аудитории о средствах массовой информации и их роли в пропаганде лженауки. Эта проблема, с моей точки зрения, сегодня исключительно острая. Я согласен с основными положениями доклада Комиссии, но не согласен с акцентами. Конечно, нам надо привести в порядок Дом науки, и в этом деле Президиум РАН, безусловно, получит стопроцентную поддержку всего научного сообщества нашей страны. Уверен, что удастся оздоровить научное сообщество. Однако главная опасность кроется вне научного сообщества. Более того, его представителей часто эксплуатируют, как бы я сказал, в подрывных целях против науки.
Очень поддерживаю высказывания академика Ю.А. Осипьяна о системе образования. Если в ней разовьется антинаука (а такие симптомы определенно есть!), наступит крах науки.
Подробнее остановлюсь на роли средств массовой информации (СМИ) к которым я имею некоторое отношение. То, что сейчас делается на телевидении, нельзя назвать иначе, как преступление перед нашей страной и обществом. Это делается намеренно, расчетливо, очень изощренными методами и талантливыми людьми. Разговоры о свободе слова ведутся как бы для отвода глаз. Все эти люди, как чумы, боятся слова «ответственность». Я несколько раз говорил о ней на Президентской комиссии по искусству и культуре, в организациях, которые связаны со СМИ. Убежден, им надо помнить, что СМИ несут ответственность, они не свободны в том, что говорят, и прикрываться свободой слова не могут ни частные, ни государственные компании, когда речь идет об интересах общества.
Кстати, это хорошо понимают на Западе. Например, в Англии я встречался с контролером Би-Би-Си — неким лордом, которого общественность никогда не видела, он служит как бы выразителем долговременных целей развития страны и общества. Он выступает за консолидацию интересов общества при соблюдении основных принципов свободы слова.
Если мы будем обращаться в Правительство с просьбой о контроле в этом смысле над государственными средствами массовой информации, мы должны учитывать, что этому будут активно противостоять силы, которые угрожают существованию разума и демократическому развитию нашего общества. Эти силы прекрасно понимают, что наука может внести свой, пусть небольшой, вклад в ослабление их влияния на общество.
И последнее, о чем хочу сказать, — о международном аспекте антинауки. Летом 1998 г. я был приглашен на конференцию в Гейдельберг, которую проводили немецкое Общество развития науки «Макс Планк-гезельшафт» и Международная академия гуманизма. Ее участники отметили симптомы распространения антинаучных представлений во всем мире. Так, само Общество Макса Планка выделило 400 тыс. марок на исследование вопроса о лозоходстве. В результате был получен ответ: феномен этот существует и его надо пропагандировать. Потом Американское физическое общество разбирало тот же вопрос и показало, что лозоходство — чистая фальсификация. Вот, пожалуйста, казалось бы, просвещеннейшие страны мира — США и Германия — столкнулись на антинаучной почве.
Думаю, нам надо организовать конференцию, подобную гейдельбергской. На ней присутствовали 300 человек, было представлено 30 стран, но я был единственным русским. Кстати, из ее работы я вынес для себя много полезного, а главное, убедился, что существует мировой кризис сознания, захвативший и нашу страну. Опасно, если эти негативные тенденции получат развитие в обществе.
Академик Б.Н. Топорнин: Прежде всего отмечу, что Отделение философии, социологии, психологии и права собирается провести сессию, на которой намерено обсудить проявления лженауки в современных условиях. Наверное, было бы полезнее сделать такое обсуждение силами естественнонаучных отделений, а нам взять на себя организаторскую функцию.
Нашему отделению руководство Академии наук поручило рассмотреть с правовых позиций деятельность многочисленных общественных академий. Дело в том, что законодательство пошло по пути чрезмерно сильной либерализации всех правил организации науки. Я понимаю, что борьба с бюрократией должна вестись и вестись всегда. Но то, что сейчас нет границ в научно-организационной деятельности, — бесспорный факт. Некоторые общественные академии создали собственные аттестационные советы и вносят в Правительство предложения о повышении своего статуса. Российская академия наук должна выработать твердую позицию в отношении общественных академий. Уже недостаточно просто мнение высказывать, нужно исправлять систему организации науки. При этом следует исходить из того, что высшим экспертным органом в стране должна быть РАН.
