Над океаном Туюан разделил свою флотилию на два отряда. Боевые корабли новейшего типа, оснащенные аппаратами для обезвешивания, он оставил под своим командованием, а вспомогательную эскадрилью передал в распоряжение своего брата Теорга, приказав ему лететь к острову Тета и захватить «Сириус».
Когда отряд Теорга исчез из виду, Туюан направил свои корабли к морской твердыне ямуров, крепости Не.
Ямуры считали ее неприступной. Крепость опоясывали магнитные поля большой интенсивности и кольцевая водная зона с искусственно пониженным поверхностным натяжением — непреодолимая преграда для подводных и надводных кораблей.
Горизонт крепости мог выдержать многомесячную осаду. Туюан решил поразить эту крепость, прикрывающую морские подступы в Абагде, неожиданным ударом с воздуха.
Корабли, перестраиваясь на ходу, летели на большой высоте.
Момент, которому суждено стать поворотным в истории ямуров, приближался.
Туюан впился глазами в ночную тьму, стремясь уловить смутные очертания скалистого острова и огни его военной гавани.
Сейчас он повернет полированную рукоятку, послав вниз первые пучки смертоносных лучей.
Ямуры и не подозревают, какой приготовлен для них сюрприз. От его аппаратов никто не укроется. Лучи их проникнут через самые толстые стены. Остров будет напоминать пылающий костер. Его окутают клубы смрадного дыма. Ямуры, охваченные страхом, не посмеют тушить пожар. А когда дым рассеется, пламя погаснет и пепел осядет, неприступная твердыня Силициуса превратится в груду обугленных развалин.
Он оставит их в назидание потомкам. Рядом с руинами он построит новый город и назовет его Нгаоном — городом властелина. В центре его будет возвышаться дворец — исполинский куб с разноцветными гранями и срезанными углами. На плоской крыше его, словно памятник, будет стоять «Сириус».
Туюан злорадно ухмыльнулся. Он предвкушал миг своего торжества.
Внезапно внизу вспыхнул яркий свет. Голубой луч, словно шпага, пронизал иллюминатор корабля. В кабине стало так светло, что Туюан невольно зажмурился.
«Нас обнаружили, — мелькнула тревожная мысль. — Ямуры проведали о моем плане. Придется принять бой. У них слепящие синие лучи, у меня — аппараты для обезвешивания. Сейчас мы померяемся силами».
Левой рукой Туюан нажал кнопку боевой тревоги, а правую протянул к рычажку антигравитационного аппарата. Однако пальцы не дотянулись до него. Рука повисла в воздухе. Какая-то непреодолимая, исходящая извне сила, сковала мышцы. Одновременно с этим затих гул моторов.
Туюан метнул отчаянный взгляд на приборы. Скорость корабля уменьшилась, стрелка высотомера качнулась влево.
Тогда он перевел взор на членов экипажа и ужаснулся. Позы их были неестественные, напряженные, глаза вышли из орбит, жилы на лбу вздулись.
Оцепенение, охватившее Туюана, нарастало, мысли путались, отяжелевшие веки смыкались. Потом перед глазами поплыл белый туман… «Повелитель гравитационных полей» навсегда лишился способности видеть, двигаться, рассуждать…
Боевые корабли его эскадрильи, выведенные из строя противовоздушной обороной ямуров, падали в море.
Глава XX.
НАД ПЫЛАЮЩИМ ЛЕСОМ
Море огня. — Паника в джунглях. — Погоня. — Рискованный маневр. — «Наддайте, Борис Федорович!» — Оазисы зелени. — «Прощай, оранжевая планета!»
Буря часа на два задержала астронавтов К намеченной цели синго приблизился уже на рассвете.
Путешественники видели, как снова и снова возникали изогнутые столбы могучих смерчей и, втягивая в себя воду, бежали к скалистым берегам, как над островом исполинским грибом расползается облако пара, смешанного с вулканическим пеплом, и по склону горы, устремляясь в долину и сжигая все на своем пути, течет огненная река жидкой лавы.
Сталкиваясь с водой, вступая в единоборство с этим извечным своим врагом, лавовые потоки окутывались плотными белыми клубами. Казалось, они пытаются замаскировать этой плотной белесой завесой свои обходные коварные маневры.
На глазах потрясенных астронавтов, никогда не наблюдавших ничего подобного, из кратера двугорбой горы вытекла темная масса и с ужасающей быстротой, расплываясь в ширину, захватывая все большую поверхность, устремилась к берегу Голубой реки.
Густая тьма окутала центральную часть острова. Эту зловещую завесу озаряли электрические разряды и пронизывали струи огня, бьющие вертикально вверх.
Происходило что-то невообразимое. То шел грязевой дождь, то, словно серый снег, падал пепел, то на тропические заросли, гнущиеся от порывов ураганного ветра, обрушивался каменный град.
Когда потоки лавы и грязи достигли джунглей, все живое, объятое ужасом, ринулось к берегу океана, будто приморские заросли, терзаемые штормом, в состоянии были защитить их от огня и горячих потоков.
Бежали какие-то четвероногие животные с длинными изогнутыми шеями, ползли рептилии, семенили шипоносные венерозавры, летели огромные жуки, стрекозы и бабочки.
А грязевая лавина продолжала свой путь. Она двигалась к морю со скоростью 130-150 километров в час, легко настигая пресмыкающихся, превращая цветущую местность в мертвую, дымящуюся пустыню.
Сергей с трудом узнавал джунгли, в которых он недавно подвергся нападению шершней. Под ним бушевало огненное море. Дымились плосковерхие холмы, факелами пылали огромные деревья, стены разрушенных зданий были усеяны живыми существами, попавшими в кольцо огня.
До «Сириуса» оставалось минут тридцать-сорок полета, когда на севере показались черные точки. Вскоре они превратились в сигарообразные тела. Исчезновение астронавтов было обнаружено, их преследовали.
Сергей повел машину вниз, стремясь скрыться от венерян за клубами черного дыма.
Рискованно было лететь над пылающим лесом, но он был вынужден прибегнуть к этому отчаянному маневру. Надо было во что бы то ни стало выиграть десять-пятнадцать минут и достичь «Сириуса» прежде, чем над ним окажутся венерянские корабли.
Расчет оказался правильным. Венеряне не рискнули лететь напрямик. Одни корабли, достигнув горящего леса, взмыли к облакам, другие стали огибать пожарище слева и справа.
Дымная мгла ухудшила видимость. «Сириус» удалось заметить не сразу. Он возвышался среди пунцовых зарослей, словно монумент, воздвигнутый в честь человеческого гения и отваги.
Поток лавы еще не проник в этот район, а южный ветер относил в сторону клубы сернистого дыма и запаха гари.
Дотянуть до «Сириуса» не удалось — кончилось горючее и двигатели заглохли. Несколько минут авиэль, распластав крылья, планировал, потом плавно опустился на траву.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
