Библиотекаршей оказалась неопределенного возраста женщина в больших круглых очках, темном платье и кардигане до пола. Выслушав пожелание Василисы поработать на компьютере, она стребовала документы, внимательно изучила их и дала дозволение занять место у крайнего компьютера.
– По поводу низкой скорости интернета, «зависания» видео и прочих сбоев в работе техники жалобы не принимаются! – сурово заявила библиотекарша, смотря на Василису так, словно та уже мчится в конец центральной улицы в прокуратуру с претензией.
Все-таки странная манера поведения принята в провинции. Что секретарь районо, что бухгалтера там же, что библиотекарь – все сразу встречают посетителей в штыки и подозревают их в неблаговидных намерениях!
Василиса молча прошла на указанное ей место, не ответив на бурчание по поводу не сданной в гардероб верхней одежды, смело повесила ветровку на спинку стула и уселась у монитора. Так-с, приступим!
Первым делом Василиса еще раз просмотрела в Гугле информацию по деревне Лысая Гора и у нее ёкнуло сердце: теперь указывалось, что коренное население составляет тринадцать человек. Это её посчитали: дата последнего обновления данных совпадала с датой ее первого выхода в школу на работу – двадцать девятое августа! А те люди в национальных нарядах – и впрямь не люди, получается. И даже не высшая нечисть. Домовые? Скорее всего…
С собой был принесен прошлый список учителей, что она составила еще до начала учебного года. Отчертив третью графу, Василиса напротив физика уверенно написала «человек», справедливо полагая, что таким рассеянным, болтливым (говорил же ей про ангелов) и простодушным сказочное существо быть никак не может – его бы мигом разоблачили. С Яном Вольфовичем была ясность полная, с Ягой Лешевной и Афанасием Кощеичем, в принципе, тоже. Сведения из интернета, что Афанасий означает «бессмертный» ее версию только подтвердили.
Покачав головой и напомнив себе, что версию шизофрении она давно отринула как не оправдавшую себя, Василиса перешла к Ворону Владовичу Цепешу. Интернет бурно отреагировал на отчество с фамилией – оказывается, Владом Цепешем звали небезызвестного вампира Дракулу! Вот когда довелось Василисе пожалеть, что она не зачитывалась фэнтези подобно многим своим сокурсницам!
– Продолжаем расследование, – пробормотала Василиса, переходя к странному «отчеству» Всемилы.
Да уж… когда Ян Вольфович называл учительницу русского языка ведьмой, он, похоже, не шутил. Мельком глянув на жуткие картинки всевозможных ламий, Василиса утерла холодный пот со лба и поинтересовалась именем Лесьяр:
– «лес Ярилы» (Хм, что-то не то)
– «охраняющий лес» (Леший, что ли?!)
Дальше легче не стало. Кто знал, что простое имя Петр означает «камень»?! (Вспомним жизнеописание василиска!) А уж про имя-отчество Рода Вааловича и говорить нечего. С другой стороны, если в некой супер-школе у супер-одаренных детей преподает физику гениальный доктор наук, то почему бы географию не вести демиургу? Право слово, чем божества хуже ученых, а? В самом деле, кто лучше всех знает, где какие горы, моря, океаны расположены и как все на Земле устроено? Тот, кто все это и устроил, логично? Кому и знать еще географию, как не ему! И где она раньше встречала имя Святовита, Василиса с помощью интернета тоже вспомнила – в музее Энска был четырёхликий идол с почти таким же именем!
Василиса застонала, опустив голову на скрещенные руки. Может, лучше шизофрения? У нее просто бредовые слуховые галлюцинации, а на самом деле химика зовут Афанасием Константиновичем, географа – Родионом Валентиновичем, отчество Всемилы – Леонтьевна, как написано на их кабинетах, если не всматриваться пристально! Спросите, почему ее глюки такие логичные и связные? Она как-никак математик, не зря в институте хорошо училась!
– Вам плохо? Вы больны? – подошла библиотекарь.
– Не знаю, но очень надеюсь, что да! – ответила Василиса, шокировав участливую женщину. – К сожалению, вероятность того, что я здорова, слишком велика. Я закончила, сколько я вам должна?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Расплатившись за аренду ПК, Василиса попросила выдать ей толстый сборник русских сказок (это принесли быстро) и все книги про вампиров, магов, оборотней и прочих фэнтезийных персонажей, что только есть в библиотеке.
– Не густо, – осмотрела Василиса скромную кучку.
– Литературу подобного рода на государственные деньги нам закупать запрещено, – поучительно, но обижено ответила библиотекарь. – Имеем только то, что подарено читателями или по обмену за испорченные, утерянные книги сдано!
– Ясно, ясно, жаловаться не побегу, – закатила глаза Василиса, забрала книжки и пошла к двери под негодующее бурчание:
– Понаехали тут из больших городов! В Москве своей по библиотекам ходите!
Бредя вдоль улицы под мелкой моросью, сменившей утреннее солнце, Василиса думала:
«Что я так зациклилась на этих именах? С чего взяла, что в них обязательно заключен какой-то сакраментальный смысл? Лишь с того, что они старательно скрываются от «чужаков»? Так это может быть та же секретность: старинные имена сейчас редкость, если весь коллектив будет с необычными именами, это поневоле заставит задуматься. А что до остального – чувство юмора у моих коллег довольно специфическое, оттого и псевдонимы такие оригинальные. Зачем им псевдонимы, спрашивается? Скажем, жил-был себе обычный Вася Пупкин, который вдруг обнаружил в себе магические способности и примкнул к сказочному братству таких же уникумов. Неужели он оставит себе прежнее имя? Сомневаюсь. Он скорее наречет себя Одином или Ваалом! И ребенку своему одаренному волшебное имя выберет, вот и получится Ярила Перунович или Тор Ваалович. Вывод: древние божки тут ни при чем, это просто маги так «развлекаются». Вот у директора имя вполне обычное, а фамилия досталась ему от отца, отцу от деда и так далее, и вовсе не стоит обращать внимания на древнеславянское значение слова «навь»[2]. И даже если мой многоуважаемый директор является вампиром – это никак не уменьшит моего восхищения его умом, трудолюбием, честностью, ответственностью, несомненным педагогическим талантом…»
Василиса запнулась, напомнив себе, что следует поумерить собственный пыл, пока не осталась с разбитым сердцем. То, что директор сказочной школы не может быть обычным человеком, и без подсказок Глюка с Огневушкой понятно, Василиса сама не раз испытала на себе его паранормальные способности. Свой поход на болото и чудесное спасение Елисеем Назаровичем она до сих пор вспомнить не может!
Судить о человеке (любом разумном существе) следует не по родословной, а по поступкам и результатам его труда! – таким был окончательный вердикт Веры по делу о том, кем являются ее коллеги и следует ли их остерегаться. А результат учительского труда в школе не скроешь: из кабинета химии ученики выходят с горящими глазами и долго потом обсуждают как и что они делали на уроке, а Афанасия Кощеича встречают в коридорах радостными приветствиями, и такую неподдельную детскую любовь никакой злодей никогда не заслужит! То же самое верно и для всех остальных педагогов школы. А уж с каким пиететом все школьники относятся к директору – и вовсе словами не описать! Если бы даже Василиса в первый учебный день не догадалась, что школа сверх-особенная, то легко поняла бы это по той удивительнейшей атмосфере сплоченности и дружелюбия, царившей в школе не только между учениками, но и между детьми и преподавателями. Поняла бы по полному отсутствию ленивых, капризных, распущенных детей! Ее коллеги были не только профессионалами высокого класса, но и просто хорошими людьми, это было видно по их ученикам.
«И не нужно вспоминать отцовские слова об излишней доверчивости! Надо всегда предполагать лучшее, пока нет веских оснований считать иначе», – сказала себе Василиса. Впереди ее ждала новая рабочая неделя.
-–
Те же хмурые мужчины обсуждали проблему исчезновения Василисы, на сей раз – в городском парке, кроша голубям белый хлеб и изображая мирно отдыхающих в воскресный вечер обывателей.
