меня бросилось сразу двое рыцарей, и я поспешно отступил, уворачиваясь от полыхающих клинков.
— Открылся, — осклабился я и, превратив пистолет в меч, выстрелил. Руку с мечом и плечо рыцаря разорвало на ошметки. Их щиты имеют очень высокую прочность и стойкие к магическим ударам, а вот доспехи гораздо слабее.
Второй клинок я отбил, покрыв свободную руку доспехом духа. Отбил, заставил рыцаря пошатнуться и всадил Меч, который уже успел по мысленной команде опять стать мечом, в бок, аккурат в сочленение доспехов.
Мы с демонов встретились взглядами, и он всё понял ещё до того, как Меч сделал “кусь”. Даже не хочу представлять, как это выглядело, но мое живое оружие отгрызло приличный кусок внутренностей рыцаря…
Понятия не имею, как, откусывая приличное количество мяса, меч ухитряется возвращать себе исходную форму и размеры, но с высвобождением оружия не возникло никаких проблем. Взмах клинка, и я готов продолжать схватку.
Страх, злость, бессилие — эмоций становилось все больше и больше. Демоны дрогнули, столкнувшись с превосходящей силой, да и я больше не сдерживался, вдохнул чистую бурю и обрушился на них со всей имеющейся силой.
В один миг тройной удар превратился в десятикратный, усиленный бурей. Им я даже не пытаюсь поразить кого-то конкретно, просто бью себе под ноги, в клочья разнося эту часть стены, а заодно и всех, кто находится поблизости. Я долгое время копил энергию, и даже в последних схватках её сильно экономил.
— ХАГГОТТ! — крикнул я, усилив свой голос. — Я ПРИШЕЛ ЗА ТОБОЙ! ПОКАЖИСЬ!
И один из Князей Инферно не заставил себя долго ждать.
Выглядел он чуть иначе, чем во время нашей прошлой непосредственной встречи. Хагготт выглядел очень похожим на обычных демонов, завладевших человеческим телом, но разница кроется в деталях. Я ощущал, какая сила от него исходит, и с ней приходилось считаться. Облачен он был в доспех, очень напоминающий тот, что носят его рыцари, разве что сам он не стал использовать щит.
— Гнев, вот мы и снова встретились. По правде сказать, ты шел гораздо дольше, чем я думал. Чем занимался все эти дни? Планировал проникновение? Мог бы просто постучаться в ворота, и тебя бы встретили, — улыбался он.
— Ну да, ну да. С хлебом и солью.
— Вижу, ты сохранил мою вещицу, — его взгляд скользнул по Мечу в моей руке.
— Ага. Хорошая и удобная штука, понимаю, чем тебе понравился, — я демонстративно взмахнул своим оружием.
— Да, обидно было потерять. Подобное оружие отправлять в эту часть вселенной весьма… затратно, знаешь ли. Хотя не буду отрицать, что удивлен, что ты его сохранил. Считал, что ты уничтожишь его, или оно будет лежать в одном из тайников вашего правителя.
— Ты же не думаешь, что я тебе его верну?
— Разумеется нет, да и не нужно. У меня есть другое.
В его руке возник похожий меч, разве что клинок был гораздо больше. Двуручный меч, но размер не показатель. Я свой тоже мог в двуручник превратить, но в нынешней форме он мне нравится больше.
— Мое предложение все ещё в силе, Гнев. Император этой страны слаб, ты и сам это знаешь, осталось ему не долго. Ещё не поздно присоединиться к победителям.
— Знаешь, сложно относиться к такому предложению серьезно, зная, что ты уже один раз меня прикончил. В тот раз я не знал, что знаменитый Одноглазый, которому поклоняются в Тысяче Фьордов, это я, а ты не удосужился сказать.
— Посчитал, что это многое усложнит.
— Ему ты тоже предлагал сделку?
— Разумеется, но мы встретились с ним слишком поздно, так сказать. Тогда он уже оброс бременем, как и твой нынешний “хозяин”. Он не мог просто взять и согласиться на мое предложение. А вот ты другое дело. Молодой, слабый, буйный. Мы вполне могли бы сработаться.
— Как ты его убил? Одноглазого. Никто не знает, как ты это сделал.
Я не спрашивал у Хладнокровия, лишь у Хильды, но как я понял, никто на севере об этом не знает. Одноглазый просто погиб, а вырвавшаяся сила разворотила те земли.
— Ты правда думаешь, что я отвечу? Некоторые козыри стоит держать при себе.
— Понимаю, — кивнул я, взвешивая оружие и прикидывая, как будет лучше вести сражение. Он не уступает мне по силам, даже возможно превосходит, но я уже убил его один раз, так что возможно получится и во второй.
— Размышляешь над тем, что уже побеждал меня однажды?
— Ты и мысли читаешь?
— Нет, лишь людей,— криво усмехнулся он. — Жаль, что мы не договоримся. Но имей в виду, в тот раз я дал аватару слишком мало сил. Но ведь ты понимаешь, что в этот раз я подобной ошибки не совершу? Может мне повезет, и сегодня я прикончу сразу двух Стремлений.
— Двух? — не понял я, но время разговоров прошло. Хагготт атаковал.
***
Уже практически наступила ночь, но магия в небе и осветительные вспышки, которые то и дело запускала в небо артиллерия, рассеивали мрак.
Хладнокровие парил над полем боя, и раз уж пришел сюда, то решил оказать поддержку своим войскам, обрушив на демонов целый поток магии, превращая в пыль сотни и сотни демонов одним лишь взмахом руки.
А затем перед Императором возник и Хагготт. Демон скалился, тоже паря в воздухе, облаченный в источающую едва заметный огонь броню.
— Вот мы и снова встретились, Хладнокровие. Давненько этого не случалось вот так, лицом к лицу. Последний раз это было, вроде, когда погиб Гнев?
— Я пришел не за тем, чтобы любезничать с тобой.
— Ну да, ты пришел меня убить, — кивнул аватар Князя. — В таком случае не будем тянуть, да?
Они ударили одновременно, отчего в небе произошла мощная вспышка, от которой содрогнулись небеса, от которой битва на земле сама собой остановилась. И демоны, и люди испуганно втягивали головы в плечи, наблюдая за двумя богоподобными существами, что сошлись в схватке.
И за этой схваткой издалека наблюдала третья сторона, неторопливо подтягивающаяся к полю боя.
— Ишь, разошлись, — буркнул Кощей, наблюдая, как от силы Князя и Стремления гремят небеса. Старик словно помолодел на несколько десятков лет
