Читаем без скачивания Джонни Д. Враги общества - Брайан Барроу

В понедельник утром фотографии отправили в Вашингтон на экспертизу. Гувер потребовал немедленно узнать, почему эти важнейшие материалы провалялись в ящике семь месяцев. Из офиса в Канзас-Сити пришел ответ: «Похоже, всему виной суматоха, царившая в нашем отделении сразу после того, как произошло преступление. В это время папке с фотографиями отпечатков пальцев не придали должного значения».

Работа Андерсона в архивах дала расследованию десятки новых ключей к разгадке тайны. Он продолжал заниматься этим делом, а лаборатория ФБР, уже загруженная экспертизами по делу Бремера, принялась изучать отпечатки, оставленные в доме Миллера.

В тот же понедельник Луис Пикетт вернулся в Кроун-Пойнт. Пресса продолжала раздувать слухи: Джон Гамильтон готовит налет на местную тюрьму, чтобы освободить своего партнера. Тогда шериф Лилиан Холли потребовала перевести Диллинджера в тюрьму Мичиган-Сити. Диллинджер просил Пикетта воспрепятствовать этому. «Да ладно, не волнуйся, — успокоил его Пикетт. — Никуда ты не поедешь». Он отправился к судье Мюррею и выслушал аргументы шерифа. Лилиан Холли уверяла судью: только Мичиган-Сити может дать гарантию, что Диллинджер не сбежит. Пикетт заставил ее отказаться от своего требования при помощи самого коварного средства — лести.

— Я полагал, — сказал он миссис Холли, — что у вас тут прекрасно оборудованная тюрьма. Вы считаете, что она не очень надежная?

— Она абсолютно надежна, — ответила Холли. — Во всей Индиане нет более укрепленной тюрьмы.

— Ну да, так я и думал, — подхватил Пикетт. — Но при этом я не хотел бы ставить миссис Холли в неудобное положение. Она дама, а если дама боится, что Диллинджер сбежит…

— Ничего я не боюсь, — заявила женщина-шериф. — Никто у меня не сбежит, ни Диллинджер, ни кто бы то ни было другой.

Дело было уже сделано, но тем не менее Пикетт, рассчитывая окончательно закрепить успех, заявил, что в случае, если Диллинджера отправят в Мичиган-Сити, он будет ходатайствовать о переводе слушаний в другой судебный округ. Мюррею, разумеется, льстило то внимание, которым пресса окружала его в связи с делом Диллинджера. Он постановил, что заключенный должен остаться в Кроун-Пойнте.

Пикетт явился в тюрьму через три дня, в четверг 15 февраля, и в первый раз привел туда своего помощника Арта О'Лири. Пикетт собирался отправить О'Лири во Флориду для обеспечения своему подзащитному алиби: Диллинджер утверждал, что находился в Дейтона-Бич в то время, когда свидетели якобы видели его грабящим банк в Ист-Чикаго. Когда посетители уже собирались уходить, Диллинджер остановил их: «Погодите-ка! Я напишу записку для Билли».

Пикетт и О'Лири заглянули в эту записку на обратном пути в Чикаго. Диллинджер нарисовал план тюрьмы и изложил Гамильтону план своего освобождения. Гамильтону предлагалось взорвать угол тюрьмы динамитом, потом с помощью паяльной лампы разрезать стальную стену, которая прикрывала ту камеру, где сидел Диллинджер.[173] О'Лири только присвистнул. Оба юриста тут впервые поняли, что Диллинджер ни за что не хочет предстать перед судом. Записка их перепугала: план был совершенно безумным, не было никаких сомнений, что всех, кто попробовал бы его исполнить, ждала смерть. Однако, поколебавшись, Пикетт все-таки передал записку Билли Фрешетт, а та отдала ее Гамильтону.

Но Гамильтон в тот момент был не в состоянии кого-либо спасать. Он все еще не оправился от раны в живот, полученной месяц назад в Ист-Чикаго. С тех самых пор он прятался в чикагской квартире, и его выхаживала Пэт Черрингтон. В отчаянии, что не может помочь Другу, Гамильтон связался с единственным бандитом, которому доверял, — Гомером Ван Митером. Этот последний находился в Сент-Поле, где судьба связала его с самым неуравновешенным из всех преступников эпохи Великой депрессии — Малышом Нельсоном.

После налета в Истхэме вокруг Клайда Бэрроу впервые за поздние семь месяцев собралась банда, и, судя по всему, он желал воспользоваться этим, чтобы стать настоящим бандитом: теперь он мог грабить банки. Возможно, грабежи пугали Клайда. По крайней мере в те времена, когда у него были напарники, он предпочитал грабить ювелирные магазины и бензозаправки. Но теперь, вообразив себя новым Диллинджером — главарем опытных налетчиков, — Клайд обманывал сам себя, и вскоре это стало очевидно. Проблема была в его новом партнере — Раймонде Гамильтоне. Этот наглый и неуживчивый парень стремился быть первым и никому не собирался уступать.

О том, чем занимались Клайд и его бандиты в первые недели после побега из Истхэма, мы знаем немного. Сведения об этом восходят к путаному и обрывочному рассказу Джо Палмера. Это был тощий лопоухий малый, страдавший от прободения язвы и прочих хронических болезней желудка. Его осудили за убийство, потом он бежал вместе с Гамильтоном, был пойман в августе 1934 года в Падьюке (Кентукки) и умер на электрическом стуле. Согласно версии Палмера, он и еще трое беглецов после побега решили составить банду вместе с Бонни и Клайдом: Раймонд Гамильтон, Хилтон Байби, осужденный за убийство двух человек, а также прыщавый паренек из Луизианы 21-летний Генри Мэтвин.

Они собрались в Далласе, а затем отправились в Луизиану к родителям Мэтвина, жившим в отдаленном округе Бьенвилл, к востоку от города Шривпорта. В Шривпорте они купили одежду и оружие. Затем поехали на север с намерением ограбить банк в Айове (вскоре этот штат станет излюбленным местом Клайда). 25 января, через восемь дней после побега, они взяли банк в Рембрандте, городке на северо-западе Айовы, и сразу после этого в банде начались разборки. Ограбление прошло гладко, но добыча составила всего 3800 долларов. Палмер утверждал, что сам он в это время был болен и в грабеже не участвовал, а сидел вместе с Бонни в машине, подготовленной для отхода. Однако, несмотря на это, Клайд решил, что Палмер получит равную со всеми долю. Гамильтон запротестовал, но Клайд настоял на своем. Эта ссора была не последней: между Гамильтоном и остальными явно наметился разлад. Хилтон Байби, чуя неладное, покинул банду сразу после ограбления в Рембрандте. Его арестовали через пять дней в Амарилло.[174] Ссоры продолжились спустя несколько дней, после того как банда отправилась на юг через Миссури. Они почти доехали до Джоплина, когда Палмер и Гамильтон, сидевшие на заднем сиденье, вступили в перепалку. Палмер, по его словам, обозвал Гамильтона «грязным жирным хвастуном». Затем Палмер накинул себе на голову одеяло и заснул на полу между передним и задним сиденьями. Клайд, который вел машину, увидел, что Гамильтон достает пистолет, собираясь пристрелить Палмера. Тогда Клайд перегнулся назад и ударил Гамильтона в лицо. При этом он потерял управление, и машина съехала в канаву, левое переднее колесо было повреждено.[175] Палмер поблагодарил Клайда за то, что тот спас ему жизнь. С Гамильтоном он больше ничего общего иметь не хотел и попросил высадить его у отеля «Коннер» в Джоплине. Клайд пообещал вернуться за Палмером через несколько недель.[176]

Если банда и уехала из Миссури, то вскоре она туда возвратилась: 12 февраля Бонни и Клайд устроили там перестрелку. Газета «Спрингфилд пресс» на следующий день поместила об этом репортаж. Все началось с того, что одна женщина из Спрингфилда увидела утром, как какой-то мужчина угоняет ее машину, стоявшую на Уолнат-стрит. Полиция объявила тревогу, и вскоре после полудня эту машину засекли: она проезжала через городок Гэлина, расположенный к югу от Спрингфилда. Потом ее видели в Ридс-Спринге, к востоку от Брэнсона.

Клайд попал в ловушку. Выехав из Ридс-Спринга, он посадил в машину человека, голосовавшего на обочине, пригрозил ему револьвером и велел показывать дорогу в Берривилл — городок, находящийся уже в Арканзасе. Мужчина, попавшийся Клайду, — 40-летний фермер Джо Ганн, — сидел на заднем сиденье, рядом с Гамильтоном и Генри Мэтвином (а этот последний расположился на груде винтовок и патронов). Ганн проехал вместе с бандитами минут пять, как вдруг Клайд увидел, что впереди дорога перекрыта полицейской машиной. Это был шеф полиции Ридс-Спринга. Клайд свернул на грунтовую дорогу, но вскоре увидел, что она ведет в тупик, и вернулся к заставе. «Придется их замочить», — сказал он, останавливая машину.[177]

Клайд выхватил автоматическую винтовку и выпрыгнул на дорогу. За ним вышли Гамильтон и Мэтвин. Все трое открыли огонь по полиции. В это время сзади подъехала еще одна полицейская машина, в которой сидели двое помощников шерифа из Спрингфилда. Гамильтон повернулся и стал стрелять по ним. Клайд сменил два магазина. При этом Ганн заметил, что, когда заряды заканчивались, Клайд отдавал винтовку Бонни и та ее перезаряжала. Огневое преимущество бандитов было подавляющим, и через несколько минут обе полицейские машины отъехали за подмогой. По словам Ганна, Бонни пришла в восторг. Гамильтон тоже был доволен: когда он вернулся на заднее сиденье, на его лице сияла улыбка. «Надо было все-таки пристрелить этого ублюдка из второй машины», — сказал он.