— Так что? — Бьерн перевел взгляд на своего гостя, — Показывай немедленно.
Я судорожно сглотнула, и быстро извлекла из под лифа красную ленту с кольцом. Бьерн взял его в руку и пропустил через пальцы. Его лицо окаменело. Я видела, каких усилий ему стоило подавить в себе желание сорвать ленту с моей шеи, но он пересилил его и просто снял кольцо через голову. Подбросив его и снова поймав, он, наконец, позволил мне слезть с его колен.
— Что это? — произнес он, протягивая мне кольцо на раскрытой ладони.
Все за столом неотрывно смотрели на нас. Я увидела испуг на лице своей матери, но через силу улыбнулась ей, словно все было в полном порядке.
— Я спрашиваю, что это? — в голосе Бьерна прозвучали зловещие нотки.
— Подарок, — ответила я и выхватила ленту с нанизанным на нее кольцом из его руки.
Бьерн встал и повернулся к Хаки. Я не знаю, как он узнал про кольцо, но я еще никогда не видела его в такой ярости. Казалось, это был совсем иной человек. От него прямо веяло опасностью и темной силой. Я понимала, что он с трудом сдерживается, чтобы не набросится на Хаки. Альрик потянулся к брату и осторожно положил ему руку на плечо, а сам посмотрел на меня выразительным взглядом. Я упрямо подняла вверх подбородок и взгляд не отвела, а потом медленно вышла из зала. Едва за мной закрылась дверь, я побежала, и лишь оказавшись в своей комнате, дала волю слезам, прежде заперев дверь на засов. Спустя некоторое время ко мне постучали.
— Дара, — я узнала голос Бьерна, в нем звучала сталь, — Открой.
— Нет, — всхлипнув, произнесла я, — Уходи.
— Открой, — настойчиво произнес он и с силой ударил в дверь. Я удивилась, что она сразу же не слетела с петель, а как-то продолжала стоять на прежнем месте, — Открой, иначе я сейчас снесу эту проклятую дверь, — зло добавил он.
Я вскочила на ноги и бросилась к окну. Широко распахнув его, вылезла на подоконник и спрыгнула во двор. За моей спиной раздался сильный удар и дверь, ведущая в мою спальню, буквально вылетела в комнату и с гулким стуком упала на пол около кровати. Я вскрикнула и, рванулась было в темноту, как чьи-то руки обхватили меня и отодвинули в сторону. Я услышала, как Бьерн вошел в комнату и, когда понял, что меня там нет, тот час выглянул в распахнутое окно. Увидев меня, стоявшую в нескольких шагах от дома и моего защитника, он криво усмехнулся и легким плавным прыжком перемахнул через подоконник и в считанные доли секунды оказался прямо напротив Хаки.
— Я так и знал, что между вами двоими что-то есть, — сказал он.
— Между нами ничего нет, но, надеюсь, будет в скором времени, — ответил Хаки. Я вцепилась в его руку, но он спокойно разжал мои пальцы и заслонил меня собой.
— Ты опасен, когда ревнуешь, — произнес Хаки.
— Я люблю ее и никогда тебе не отдам, — Бьерн сбросил с плеч вышитую безрукавку. Следом за ней полетела дорогая, богатая туника. Он остался обнаженным по пояс, и я с ужасом поняла, почему он это сделал, но не успела даже слова произнести, когда они бросились друг на друга, как тогда в охотничьем доме. Только теперь все было намного серьезнее.
— Нет, — закричала я, — Не надо!
В доме раздался шум. Лицо Альрика выглянуло из окна моей спальни. Увидев дерущихся мужчин, он выпрыгнул во двор, но разнимать их не торопился, с интересом следя за тем, как Бьерн и Хаки кружат друг против друга. Они оба были не вооружены и в их распоряжении были только их собственные резервы. Я умоляюще взглянула на Альрика, но он только покачал головой, а мужчины между тем снова сцепились. Я видела, что силы были равны. И тогда произошло т, чего я там боялась. Оттолкнув Хаки в сторону, Бьерн перевоплотился, причем это произошло так быстро, вот только что тут стоял мужчина, а через секунду это уже был огромный черный волк. Хаки замер в удивлении и тогда Бьерн прыгнул на него и, навалившись, придавил всем телом к земле. Хаки едва успел перехватить у своего горла чудовищную пасть и с силой отвел ее от своего горла. Я вскрикнула и, забыв про осторожность, бросилась на волка, с силой молотя по нему своими кулаками.
— Оставь его, — закричала я, — Оставь!
Волк замер, словно поняв мои слова и отпустил Хаки, отскочив от нас на небольшое расстояние.
— Что это за…? — поднимаясь, произнес Хаки вставая.
— Не смей его трогать, — закричала я на волка.
Бьерн угрожающе зарычал, и резко развернувшись, в несколько огромных прыжков исчез в темноте. Я развернулась к Хаки и, следуя какому-то порыву, обняла его, прижавшись щекой к твердой груди. В моей руке все еще лежало его кольцо. Я отстранилась и разжала пальцы, потом вытащила ленту и надела кольцо на палец. Альрик увидев это нахмурился, а Хаки с удивлением посмотрел на меня и нерешительно произнес:
— Это означает — Да?
Я почувствовала, как сзади ко мне подошел Альрик. Я спиной ощущала исходящее от него напряжение.
— Одумайся, Дара, — произнес он, — Ты не можешь так поступить с Бьерном. Только не ты!
Со стороны дома послышались торопливые шаги множества ног. И вои уже несколько человек из дружин Бьерна и Хаки, а с ними Атли и моя мать, приближаются к нам. Судя по их встревоженным лицам, они слышали мои крики. Я стояла, глядя в глаза Хаки и казалось, не замечала никого вокруг, а он просто смотрел на меня, напряженно и в ожидании моего ответа. А я внезапно поняла, что так оно и должно быть, что то, что произошло сегодня — это и есть моя судьба. И хотя мне было жаль Бьерна и стыдно за то, что все произошло именно так, я ни на секунду не пожалела о своем выборе. И после того, как я его сделала, мне стало значительно легче. Я не могла сделать так, чтобы они оба были счастливы. Предпочтя одного из них, я бы все равно обидела другого, но это должно было произойти рано или поздно. И я больше не могла обманывать себя. Встреча с Хаки полностью перевернула мою жизнь. Только теперь я поняла, что тогда на свадьбе мои чувства к Бьерну дали трещину, и она разрасталась с каждым днем, разделяя нас. Нет, я любила его, или искренне верила в то, что любила. Он и сейчас был дорог мне, но мои чувства уже были совсем иными. Возможно, когда-нибудь, он поймет и простит меня.
Оглянувшись, увидела напряженный взгляд Альрика и спокойный — Атли. Я почувствовала, как сильные руки Хаки прижимают меня к себе. Я расслабилась и произнесла:
— Это — Да, Хаки. Это — Да.
Часть 3. ВОЗВРАЩЕНИЕ
Если кто и испытывал ко мне открытую, слепую и не скрываемую ярость и ненависть, так это Сольвейг. Каждый день, сталкиваясь с ней за столом, я чувствовала на себе ее жгучий, пронизывающий взгляд. А в голосе, обращенном ко мне, звучало столько яда, что я удивлялась, как она еще сама себя не отравила им. Я жила в доме Хаки всего неделю, а уже даже не знала, куда спрятаться от назойливой, вечно следящей за мной сестры Хаки. Конечно, я понимала, почему она так не любит меня и старалась избегать всяческих контактов с ней и по мере возможности с ее матерью, хотя Астрид была со мной крайне любезна, но она помнила, как я уплыла тогда с Бьерном, и это оставило неизгладимый отпечаток в ее любящем материнском сердце. Но сейчас, ради сына, она снова пыталась расположить меня к себе и заново подружится, но я не особо доверяла ей и старалась держаться на расстоянии, хотя понимала, что в будущем этого не избежать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
