Это заседание транслировалось по тысячам городов и селений Соединенных Штатов Америки, Европы, Великобританских островов, Японии, Филиппин, Южной Америки, Австралии и т. д. Как свидетельствуют полученные сообщения и поздравления, это историческое заседание было одновременно слышно во всем мире. Как участник Энергетической конференции, я слышал эту речь Эдисона, который сказал:
«Я радуюсь чудесным успехам, которые имеют место в области электросвязи. Вы и я в настоящее время разделены огромным пространством в тысячи миль; однако мы победили время и пространство, и наш обмен мыслей, наша речь слышится одновременно всеми. Я пользуюсь поэтому приятной возможностью приветствовать вас и каждому из вас послать дружеский и сердечный привет. Собрания, в которых вы сейчас находитесь, имеют огромное значение для мира, который все больше стремится к дальнейшему облегчению условий жизни и большим удобствам для человека, который может дать улучшение методов получения и распределения электричества для света, тепла и силы. Ваши проблемы многочисленны, однако я не сомневаюсь, что все они успешно будут разрешены».
А через два-три дня советская делегация на Второй энергетической конференции демонстрировала кинофильм о нашей электрификации. Фильм показал, как в сложнейшей и труднейшей обстановке борьбы за ликвидацию последствий войн – мировой и гражданской – пролетариат под руководством своей партии создал и успешно осуществляет грандиозный проект плановой электрификации. Фильм по просьбе ряда иностранных делегаций демонстрировался нами на конференции еще раз и имел огромный успех.
СОТРУДНИКИ ЭДИСОНА
Начиная с периода Менло-Парка, Эдисон перешел к систематической организованной исследовательской работе. Своими успехами он в значительной мере обязан своим сотрудникам и ученикам. Из их рядов выросли «пионеры Эдисона», знаменитый «легион Эдисона». Тут были и Джон Либ, о котором мы только что говорили в предыдущей главе, рабочий, а затем «знаменитый чертежник» в Менло-Парке, ставший вице-президентом Эдисоновской компании в Нью-Йорке, и Чарльз Бэчлор, главный механик, по справедливости получивший название «рук Эдисона»; и «честный Джон» Крузи, один из лучших в мире моделистов, и Фрэнсис Элтон, один из лучших математиков, учившийся в Принстоне и бывший учеником Гельмгольца, и Эдуард Джонсон, наиболее близкий друг и консультант Эдисона, и Фрэнсис Джель, «один из наиспособнейших и вернейших людей в организации», ставший хранителем Эдисоновского музея в Мичигане; Уильям Эндрюс, занимавший крупные должности в компаниях Эдисона, впоследствии видный инженер-консультант «Дженерал Электрик Компани»; Уильям Каммер, исполнявший важные и конфиденциальные поручения Эдисона в Америке и за границей; Эдуард Ачесон, именем которого назван «ачесоновский» графит. В свое время он производил эксперименты для получения искусственных алмазов и изобрел превосходный искусственный шлифовальный материал – карборунд и карборундовую печь; Чарльз Кларк, главный инженер, ставший впоследствии одним из главных руководителей «Дженерал Электрик Компани» и участвовавший в создании сильноточной электропромышленности на Ниагаре.
Из сотрудников Эдисона можно еще назвать следующих: Чарльз Юз работал на первом электровозе Эдисона; Мартин Форс помогал усовершенствовать громкоговорящий телефон; Вэйль работал некоторое время по динамо-машинам; Людвиг Бем был стеклодувом, изготовлявшим баллоны для лампочек; Франк Спреги отказался от морской службы ради работы с Эдисоном и впоследствии стал изобретателем электрической системы Спреги; Август Бебер изобрел новый сорт фарфора; Уорд Леонард изобрел электрическую систему для орудийных башен на броненосцах; Филипп Зойбель первый оборудовал электрическими машинами броненосцы. Работал с Эдисоном также известный Артур Кеннеди, избранный впоследствии президентом американского Института инженеров-электриков, выдающийся математик.
Эдисона, как правило, не увлекала «чистая наука» – знание только ради знания. Однако он отдавал должное людям так называемой «чистой науки». Совершенно неверно имеющееся у некоторых биографов указание о презрительном отношении Эдисона к теории и о недооценке роли математики. Не обладая достаточно широким математическим образованием, Эдисон в необходимых случаях прибегал к услугам Элтона, Артура Кеннеди и других. Он всегда имел математиков в своем штабе.
В 1922 году, в связи с посещением Эдисоном заводов «Дженерал Электрик Компани» в Скенектади, где ему был оказан восторженный прием, нью-йоркская газета «Таймс» писала: «Эдисон – великий изобретатель. Его усилия были всегда направлены на создание того, что необходимо, на предметы, дающие хорошую прибыль. Это было его природным складом ума, которому он следовал к собственному великому удовлетворению и к пользе всего мира».
Эдисон часто называл себя «чистым практиком» в отличие от Штейнмеца, которого он называл «чистым теоретиком».
На банкете американского Института инженеров-электриков, посвященном семидесятилетию Эдисона, где юбиляр был почетным председателем, Штейнмец в своей речи заявил, что Эдисон «более чем кто-либо другой содействовал процветанию науки и искусства электроинженера».
Эдисон как-то шутливо говорил: «Я сжился со Штейнмецем потому, что он никогда не говорил о математике в беседах со мною. Он знал, что я ее совершенно не знаю, и он совершенно забывал ее, когда бывал со мною».
Незадолго перед своей смертью Эдисон говорил как-то: «Я интересуюсь Эйнштейном, но не могу понять того, что он говорит. Я – нуль в математике…»
Отсутствие фундаментальных знаний в области теоретической физики и математики не позволило Эдисону понять теорию относительности и теорию квант. Экспериментатор и практик, он подчас склонен был преувеличить роль эмпирического знания, но никогда он не отвергал роли теории. При свойственной ему широкой любознательности ему вообще было чуждо отрицание какой бы то ни было области знаний. Однажды Эдисон и Форд посетили в Калифорнии знаменитого американского селекционера Лютера Бербанка. Бербанк попросил их расписаться в имевшейся у него книге для почетных гостей. Книга была разграфлена на колонки для подписи, адреса, рода занятий и пр. Последняя колонка была озаглавлена: «Чем интересуетесь?» Эдисон без колебаний записал: «Всем». Это разнообразие интересов он ценил и в других.
Как известно, у Эдисона в последний период его жизни существовал также специальный вопросник, на который он предлагал ответить кандидатам на получение места в одном из его учреждений. Особый перечень вопросов существовал также для тех избранных, которых он готовил себе в преемники.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
