всё устраивало, — Впрочем, у нас с собой есть целая толпа магов. Может быть, они смогут что-нибудь сделать. Не сейчас, так потом. Порой… — я на мгновение замолчал, пытаясь подобрать нужные слова. Тема всё-таки достаточно деликатная, а цеплять больные места друзей мне не хотелось, — Порой закрывая одни двери, жизнь приоткрывает новые, чуть дальше по коридору. Просто до них ещё надо добраться. Время расставит всё на свои места. И, если у нас появится возможность помочь — мы это сделаем.
— Спасибо, — кивнул здоровяк и всё-таки сгрёб со стола кошелёк, — Рад иметь таких друзей, как вы, мужики.
Странно было это осознавать, но почему-то именно в этот момент я испытал невероятное облегчение. Словно то, чего мы с Айлин. Впрочем, похоже, и не только мы, так долго ждали, и к чему так долго готовила нас судьба, наконец-то свершилось. Это было… Словно барьер. Барьер, который ты хотел и в то же время боялся преодолеть. И долго к этому готовился, шаг за шагом подбираясь всё ближе к своей цели. А теперь он остался позади. И это было хорошо. Голову заполняло приятное ощущение некоей… правильности случившегося. Будто так всё и задумывалось некоей сущностью, крутившей нашими судьбами. Некий план, долго и любовно вынашивавшийся ей, прежде чем получить свое воплощение на холсте…
Мой поток мыслей был прерван скрипом открывающейся двери. На пороге корчмы появилась девушка. Она немного помедлила, окидывая её пространство слегка осоловелым от недосыпания взглядом, а затем зевнула и с наслаждением потянулась.
Собственно поток мыслей прервала даже не она. А проблема, которая весьма настойчиво напомнила о себе, когда дверь открылась. Я встал, ещё раз улыбнулся Туру с Верноном и ретировался в уборную. Если что-то и могло быть лучше произошедшего ночью, то это только возможность позволить себе расслабиться после того, как долгое время сдерживался. Расслабиться и пустить всё на самотёк в прямом и переносном смысле этого слова.
Закончив свои дела, я умылся и ополоснул руки в бочке, куда с крыши собиралась дождевая вода. Попытался смыть с себя тяжёлую сонливость, смыкавшую веки и туманившую мысли. Получилось так себе. Поспать удалось всего пару часов и то, уже совсем под утро, так что воды тут было явно недостаточно. Жаль только, кофе сюда никто не добавил. Оно бы мне ой как пригодилось.
Когда я завалился обратно в корчму, Тур и Вернон уже куда-то пропали. Должно быть, пошли по своим делам. За стойкой стоял сухощавый хозяин двора. Он скучающим взглядом гулял по пустой зале и машинально протирал и без того чистые кружки серой, замызганной тряпочкой. Сложно сказать, имело ли это хоть какой-то практический смысл. За одним из столиков сидела Айлин. Напротив неё дымились две миски с каким-то аппетитным варевом, но девушка, казалось, не обращала на них никакого внимания. Клевала носом, пытаясь не уснуть.
Впрочем, стоило мне подсесть к ней, как девушка тут же встрепенулась. Пододвинула ко мне одну из плошек и взглядом указала на поднос с кувшином и нарезанным хлебом, стоявший в центре стола. Жрать и правда хотелось ужасно. Мало того что мы вчера так и не поужинали, так ещё эти ягоды…
— Ты опять что-то натворила? — улыбнулся я, пододвигая к себе миску с горячей похлёбкой. Чем-то она напоминала айнтопф, с той лишь разницей, что трактирщик не пожалел для нас мяса. Его крупно нарезанные куски плавали на дымящейся поверхности похлёбки, соблазнительно истекая соком, — Или в честь чего это такие щедроты?
— Знаешь, — девушка тоже улыбнулась, лениво ковыряя свою порцию деревянной ложкой, — Иногда на женщину находит такой стих, когда ей очень хочется позаботиться о своём мужчине. Готовить я, конечно, не умею, но вот заказать сразу на двоих — почему бы и да. Мне — не трудно, тебе — приятно. Но… — она на мгновение замолчала, — Если тебе так нужен повод, то считай это моей маленькой благодарностью за прекрасную ночь.
— Ну, думается мне… — я не удержался и всё-таки зевнул, — Она была не последней.
— Конечно, — Айлин стрельнула в меня глазками, — Есть ещё и сегодняшняя. И завтрашняя. И послезавтрашняя. Да потом можно наловчиться в одной из повозок…
— Ты ведь в курсе, что человек без сна прожить может не более недели? — поинтересовался я, приступая к завтраку. Блюдо оказалось на удивление вкусным. Специй повар тоже не пожалел, — Смерти моей захотела али как?
— И трахались они счастливо, и умерли в один день. От недосыпа и истощения, — хохотнула девушка, — Ничего, придумаем что-нибудь, — немного помолчала, задумчиво наматывая локон каштаново-рыжих волос на палец, и добавила, — Что-то ты какой-то хмурый сидишь. Случилось чего?
— Да вот думаю, что ты меня порадовала, а мне порадовать в ответ тебя нечем, — уклончиво ответил я, собираясь с мыслями. Нет, мне определённо не помешала бы ещё пара-тройка часов сна. А лучше вовсе — завалиться до завтрашнего рассвета. Вот только всё ещё оставались дела, которые нельзя было откладывать в долгий ящик, — Я уже говорил ранее: для тебя будет работа. И не скажу, что она будет приятной.
— Считай, что уже заинтриговал, — хмыкнула Айлин, тоже приступая к завтраку. Я ещё раз окинул взглядом девушку. Растрёпанный и слегка помятый внешний вид ей шёл ещё лучше, чем вчерашняя несколько вычурная причёска и искусно подобранный макияж. Придавал некоторой… естественности и немного интриговал. Что-то мои мысли снова начало уносить куда-то не туда.
— Мы будем формировать женское подразделение на базе отряда, — торопливо бросил я, пока поток сознания вновь не вернул меня к притягательным округлостям её тела и расстёгнутому воротничку дублета. Расстёгнутому заметно больше, чем требовалось, — Тебе предстоит его возглавить.
— Погоди, — девушка на мгновение отложила ложку и скользнула по мне удивлённым взглядом, — Ты хочешь женщин отправить в бой?
— Нет, — покачал головой я, — По-крайней мере пока — нет. Но им придётся научиться защищаться, если они и дальше хотят путешествовать с нами. Враги становятся всё опаснее, а наш отряд не сказать чтобы сильно растёт в размере. У меня просто нет свободных людей, которых я мог бы выделить им в охранение. Так что придётся бабонькам брать судьбу в свои руки. Такую возможность мы можем им дать.
— А при чём тут я? — в голосе Айлин отчётливо угадывались нотки сомнения, — Я честно говоря, не шибко то
