не спугнуть. С другой стороны, если Лерочка дома, пусть пугается сколько ей угодно, от него все равно не сбежит, уж Олег постарается, грудью встанет, костьми ляжет.
Но Лерочка и не слышала, сидела на кухне, включив радио, слушала какую-то тоскливую хрень, которая якобы песня, качала тапочкой на кончиках пальцев, смотрела в окно, обнимая чашку с чаем. Ушастый щенок примостился у ее ног и спал, скрутившись клубком, как кот.
Олег не знал, как дать о себе знать, чтобы не напугать Лерочку. Вся его злость и ярость сразу ушла вниз, к ногам, что почему-то тоже противно дрожали, будто он отмахал марафонскую дистанцию на своих двоих.
— Лер, — позвал он тихо, но она все же дрогнула, вскрикнула. Горячий чай плеснул ей на ноги.
— Что ж ты творишь? — заругался он и кинулся стягивать с Лерочки домашние штаны. Руки у него тоже дрожали. А вдруг она ошпарилась?!
— Не трогай меня! Не прикасайся! — взвизгнула она и выплеснула остаток чая ему на грудь. К счастью, чай не такой уж и горячий был. Олегу стало немного легче.
— Хорошо! — сделал он шаг назад и поднял вверх руки, давая понять, что не трогает ее. А получилось, будто сдается в плен. По-дурацки как-то получилось. — Давай поговорим! Просто поговорим, Лер. Что случилось? Ты почему от меня убежала? Я тебя чем-то обидел, да? Ведь просто так ты бы не ушла. Без предупреждения, за моей спиной. Это какое-то позорное бегство, Лер. Если я это заслужил, скажи мне.
Она поставила злосчастную чашку на стол, посмотрела на него, нахмурила брови.
— Я тебя облила. Сними рубашку, пожалуйста. Сейчас найду что-то. Здесь есть твои вещи.
— Да черт с ней, с рубашкой! Не уходи от разговора, Лер!
Она посмотрела ему в глаза, сцепила руки в замок вначале впереди, затем за спиной.
— Ты меня ничем не обидел. Просто я решила уйти сама. Чтобы ты не мучился больше. Ни чувством вины, ни чувством ответственности. У нас ведь и так ничего не было, кроме устного договора. Так что все хорошо. За собаку спасибо. Ты подарил мне друга, который скрасит мое одиночество. Это все же живая душа, а я… так нуждаюсь в том, чтобы кто-то был рядом.
— Собака? — растерялся Олег. — А как же я?! Я что, хуже собаки?
— Сейчас, подожди, — пробормотала она и умчалась куда-то.
Змеев так и стоял, пытаясь переварить все, что Лерочка сказала. Ее поведение не укладывалось в голове. Никак. Он не видел и не понимал логики ее рассуждений.
— Вот, держи, — протянула она ему футболку.
А сама так и стояла в мокрых штанах.
— Да пропади оно все пропадом! — швырнул Олег в сердцах футболку на пол. — Ты мне, пожалуйста, по нотам, ладно? А то я тупой, мне не понятно, что случилось, почему ты сбежала. Я тебе надоел, да, Лер?
— Нет, — качнула она головой, разглядывая что-то за его плечом, — это я у тебя как ярмо на шее. Я все понимаю. У нас ничего не получилось. Я не могу родить тебе детей. Хватит уже идти с закрытыми глазами и оттягивать неизбежное.
— Какое ярмо, Лер? — выдохнул Олег и провел рукой по лицу. — Ну что ты придумала?
— Я не смогла выполнить единственную миссию, которую должна была, — долдонила она, все так же пялясь за его плечо. — Ты еще встретишь ту, что сделает тебя счастливым.
— Да зачем мне другая?! — не удержавшись, он схватил Лерочку за плечи и тряхнул, как следует. Голова ее дернулась, как у шарнирной куклы. — Ты мне нужна и никто больше! Ты!
— Зачем? — наконец-то посмотрела она ему в глаза. — Чтобы пройти семь кругов ада и возненавидеть меня, как свою бывшую? За то, что повязала тебя по рукам и ногам, но так и не смогла ничего дать, кроме своего разбитого сердца, которое тебе и не нужно было? Уж лучше расстаться сейчас, чтобы сохранить хорошие воспоминания. По крайней мере, я этого хочу. Чтобы не мучился и не ненавидел меня, не ходил по врачам, психиатрам, психологам, не пытался разорваться.
И тут его осенило. Это как молния. А он действительно тупой дурак.
— Так, — сказал он командным голосом, которому позавидовал бы подполковник Анишкин, — переодевайся и собирайся!
И властно указал на дверь.
— Зачем? — снова спросила Лерочка и не шелохнулась.
— Затем, — схватил он ее за руку и поволок за собой. — Мы сейчас же отправляемся в ЗАГС!
Глава 63
Лерочка уперлась, как ослица. Тормозила пятками и вырывалась, но силы были не равны. В конце концов, Олег забросил ее на плечо и потянул в спальню, одним движением содрал мокрые штаны и удержал брыкающиеся ноги.
— Отпусти! — шипела как дикая кошка Лерочка. — Ты совсем рехнулся? Зачем нам ЗАГС?
— Чтобы заключить брак, — терпеливо объяснил он ей как маленькой.
— Зачем? Зачем? Зачем? — колотила она его кулаками в грудь.
— Не зачем, а потому что. Я люблю тебя, Лер. Люблю. И ты меня любишь. Именно поэтому люди и женятся. Не по договорам и не за деньги, хоть и так случается, но это все не то и не так. Это обман. Жениться нужно по любви. И мне плевать, родишь ты мне детей или нет. То есть не плевать, — запутался Олег в своих бешеных мыслях, что рвались, но никак не хотели лечь в нужном направлении, чтобы выразить все, что он чувствует. — Но если вдруг не суждено, хоть я абсолютно уверен в обратном, то я хочу прожить свою жизнь с тобой. Встречать рассветы, провожать закаты. Любить тебя всю с головы до ног, делать счастливой и никак иначе. Я не хочу, чтобы ты во мне сомневалась, пряталась, сбегала и выдумывала черт знает что.
— А собака? — пыталась она донести до него какую-то мысль, но Олег никак не мог взять в толк, чего она добивается.
Слезы градом текли по ее щекам. Лерочка шмыгала носом и выглядела такой ранимо-несчастной, что он тут же принялся ее целовать.
— А что собака, Лер?
— Ты подарил ее мне, чтобы смягчить расставание?
Более дурацкого вопроса вообще нельзя было придумать, но Лерочка умудрилась. Его умненькая, рассудительная, очень логичная Лерочка несла полную чушь!
— Я подарил тебе щенка, потому что в последнее время ты нервничала, переживала, что не можешь забеременеть. Замуж ты за меня выходить отказалась. А я хотел сделать для тебя что-то очень важное и приятное. Помнишь, ты рассказывала, что в детстве у тебя была собака и ты хотела бы когда-нибудь снова заполучить питомца. Я думал, что Кайзер сможет тебя отвлечь.
