— Вот и вколешь потом, — подкалываю его.
— Я?! — он аж на месте подскакивает.
— А кто? Я, что ли? Тебя вон, пометили уже, — угораю над ним.
— Да пошёл ты на хер, Ворон, с такими подгонами! — Фил копается в предоставленной ему аптечке.
— Эй! — толкаю его в плечо.
— Извини, — без грамма сожаления, естественно. — Ирине твоей компания будет.
— Согласен. Выдыхай уже, — хлопаю его по плечу и помогаю обработать следы от когтей Ольги. Самому ему неудобно.
Неожиданно на самом деле. По тем крупицам, что я знаю об этой женщине, она спокойная. Испугалась, возможно. Ещё и ответственность за Егора на ней. Но эту загадку я оставлю Филиппу. Свою раненую шею он ей явно не простит.
А сейчас у него будет возможность сбросить пар. У нас есть одно практически личное дело. Рустам и Мир подтянутся позже. Они ещё поколесят по мелким задачам.
Собираемся с Филом. Едем в гости к нашему общему знакомому, по дороге цепляя с собой Медведя.
Интересная вокруг меня собирается команда. Я бы их обоих двинул повыше потом. Филиппа, несмотря на молодой возраст, всё же вместо себя, а Медведя рядом как правую руку, щит и ещё одну голову.
ТТ в гараже сегодня. У него выходной с моей подачи. Музыка орёт. Он в тачке ковыряется. У меня к нему никаких вопросов нет. Мы приехали сюда с одной целью — казнить ещё одного предателя. Не совсем тихо, зато быстро.
Заметив нашу тачку, ТТ подбирается, сжав в ладони отвёртку. Всё правильно понял. Глаза наливаются тьмой. Грудная клетка тяжело поднимается и опускается.
Выходим из машины. Улыбаюсь ему.
— Знаешь, что меня удивляет? — один вопрос я ему всё же задаю. Но он риторический.
У меня в ладони уже зажат ствол. Фил и Медведь страхуют по бокам, если ТТ надумает бежать. Оттесняем его прямо в гараж.
— Вы все так уверены, что именно вас не спалят. Ты знал, что я делаю с такими, как ты, и всё равно по уши залез в это дерьмо. Каждый в этой жизни делает свой выбор. Ты свой сделал, — подняв руку, прицеливаюсь и выпускаю две пули ему в грудь.
ТТ дёргается всем телом. Моргает и мешком падает на пол своего гаража.
— Это был неправильный выбор, — пинаю его ботинком по ноге.
— Готов, — подтверждает Фил, проверив на всякий пожарный пульс на шее ТТ.
Это очевидно, но парень перестраховывается. Пусть, я не против.
Медведь заталкивает машину в гараж. Обливает всё топливом. Выходим, поджигаем.
В гаражах так случается. Много горюче-смазочных кругом. Неосторожное обращение с огнём, и всё, пожар обеспечен. А разбираться с пулевыми в обгоревшем трупе никто не станет. Об этом позаботится моя команда.
Я не прощаю предателей. Не отпускаю живыми своих врагов. Однажды им придётся это запомнить.
Выезжаем по проспекту, курим. Мне приходит сообщение от Мирного.
«Всё. Везу нашего гениального бизнесмена в бункер. Заебал он меня!» — следом приходит от Рустама.
«Мирный вернулся. Едем к тебе» — отвечаю ему.
Молись своему Богу, Асад. Твоё время пришло.
Глава 56
Ирина
Каждый шаг даётся с большим трудом. У машины Мирона не выдерживаю напряжения и поднимаю голову. Ворон стоит у окна, смотрит на нас и нервно курит. Встречаемся взглядами, и меня пробирает до мурашек, а дыхание срывается на судорожный всхлип. Не могу, не хочу от него уходить. Почему опять нам приходится расставаться?! Это жестоко и несправедливо!
Сердце замирает на каждом вдохе от страха, что мы больше не увидимся, сжимается и кровоточит. Та тонкая нить, что связала нас за эти несколько дней натягивается. И я панически боюсь, что она лопнет.
— Ира, всё нормально? — заботливый голос Мирона раздаётся надо головой.
— Что? — вздрагиваю и на мгновение отвлекаюсь, теряя контакт с Павлом, и больше не нахожу его в окне. Всё, он ушёл. Специально, чтобы не задерживать.
— В машину садись, — Мир открывает мне дверь и помогает устроиться в салоне.
Потряхивает. И успокоиться пока не получается. Я словно в прострации какой-то. Вроде всё понимаю, но не могу принять. Мне физически больно уезжать. А страхи, что притихли на несколько дней, испугавшись Пашу, возвращаются и с новой силой накидываются на меня.
Машина плавно трогается с места, а я с силой стискиваю кулаки. Ногти болезненно впиваются в кожу ладоней, немного отрезвляя. Делаю глубокий вдох и обхватываю себя ладонями. Нельзя раскисать и поддаваться эмоциям.
— Злишься на меня? — тихо спрашивает Мирон, выдёргивая из гнетущих мыслей.
— А не должна? — вопросительно изгибаю бровь и выдавливаю из себя улыбку.
Тяжело. Внутренности стягиваются тугим узлом.
— Ир, я же как лучше хотел, — возмущается по-доброму.
— У тебя получилось, — усмехнувшись, вздыхаю и отворачиваюсь к окну. — Как твоя шея? — решаю спросить, чтобы хоть как-то отвлечься.
— Терпимо, — проходится по ней ладонью. — Благодаря тебе.
Поворачиваюсь к нему, чуть прищурившись. Немного отпускает. Нервный мандраж всё ещё остаётся, но давление внутри ослабевает.
— Куда мы едем?
— А чёрт его знает, — смеётся Мир и кивает на телефон. — По навигатору.
Попетляв по городу, выезжаем на загородную трассу. Мирон прибавляет скорость, постоянно посмотривая в зеркало заднего вида и сверяясь с навигатором. Добираемся до закрытого посёлка, он снова смотрит в зеркало, проверяя нет ли там кого. Но кругом лишь белоснежный снег и ни единой души. У поста на въезде Мир выходит, о чём-то разговаривает с охраной, и нас пропускают.
— Приехали почти, — оповещает Мирон.
Машина останавливается напротив высокого забора, из-за которого торчит только крыша дома. Следы колёс отчётливо видны на нетронутом снегу. Дальше дороги нет, этот дом последний в ряду.
— Мы не первые, — спокойно комментирует Мирон и что-то набирает в телефоне.
— Что это значит? — взволнованно осматриваюсь.
— Значит, все уже в сборе, — подмигивает, загадочно улыбаясь, нажимает кнопку, и стекло ползёт вниз.
Словно в подтверждение его слов из калитки выходит мужчина. Куртка распахнута и виднеется кобура.
— Всё хорошо? — заглядывает в салон, чтобы убедиться.
— Хвоста не было, — отчитывается Мир.
— Отлично, — отвечает ему, а сам смотрит на меня и улыбается. — Ирина, добрый день. Я Григорий.
— Здравствуйте, очень приятно, — улыбаюсь в ответ, немного растерявшись.
Он открывает дверь, подаёт мне руку и помогает выбраться на улицу. Морозный воздух мгновенно пробирается под куртку.
— Я поехал, — докладывает Мирон.
— Мирон, — оборачиваюсь, голос предательски дрожит. — Подожди.
Подхожу к окну, впиваюсь пальцами в дверку, где опущено стекло, и не знаю, что сказать. Сердце начинает судорожно разгоняться.
— Ира, всё будет хорошо, — Мир тут же считывает моё состояние и ободряюще сжимает предплечье. — Всё получится. Верь в него! Для него это очень важно.
— Я верю… — бормочу себе под нос. Расцепляю онемевшие пальцы, смахивая покатившуюся по щеке слезу, и пячусь назад.
Провожаю взглядом его машину и рефлекторно прикладываю ладонь к груди, где сердце уже бьётся в истерике. Что я буду делать, если всё закончится плохо? Я не хочу снова потерять Павла. Отгоняю тяжёлые мысли, разворачиваюсь, захожу во двор и плетусь к крыльцу. Григорий грохает засовом на калитке и догоняет меня. Открывает дверь, пропуская в дом.
— Ира, ну слава богу, — ко мне неожиданно выходит Ольга и порывисто обнимает.
— О-оля? — округляю глаза и застываю на мгновение от неожиданности. — А ты здесь откуда?
— Я откуда… — нервно хмыкает подруга. — Вломился ко мне в квартиру высокий и очень борзый парень с кобурой под курткой и требованием отдать ему Егора, — возмущённо рассказывает она. — Я, естественно, не поняла, что значит «отдать»?! На каком таком основании?! Послала его, конечно, — продолжает, зло усмехнувшись. — Но он решил, что имеет право меня трогать. Ну, пришлось вцепиться в него.
