наконец-то готовой посмотреть первоначальной цели в лицо.
* * *
Через полдня пути Хаара выехала к Мидре и решила сделать привал. Она выбрала небольшой участок берега, напоила лошадь и привязала ее к близрастущему дереву. На всякий случай Хаара сделала обход. Убедившись, что людей рядом нет, сложила в кучку оружие и одежду, после чего с воодушевлением бросилась в прохладную реку. Она так давно не мылась, что плескание показалась высшей наградой за муки.
Вода уже успела немного прогреться и приятно обволакивала кожу. Хаара вспотела за время путешествия в теплом плаще. Повсюду зудело, и окунуться в Мидру оказалось самым верным решением. Несколько роковых случаев внушили принцессе страх перед водой, так что вглубь она не заходила и все время прощупывала дно ногой. К собственному удивлению, Хаара обнаружила, что давно не мечтала о чем-то приятном и безмятежном. Последние недели в ее голове вертелись лишь мысли о страхе, мести, несправедливости, выживании. Казалось, она утратила способность радоваться мелочам, да и было ли время, когда она обращала на подобное внимание? В лучах летнего солнца девушка с наслаждением обозревала каменистый берег, высокие сосны, жующую траву лошадь и чистое небо над головой. Никаких клеток, веревок, врагов. Пусть и на мгновение, но исчезла вся боль.
Хаара отмылась от охвативших ее невзгод, прополоскала одежду, после чего разложила ее на камнях и дождалась высыхания. Периодически оглядывалась, опасаясь, что появится кто-то из людей, но на этот раз судьба оказалась милосердна.
«Куда идти теперь? Дальше на запад? Возможно ли найти то, что я хочу?» – размышляла Хаара, заправляя рубашку в штаны и крепко подвязывая их поясом. Пути назад уже не было, но что ожидало впереди, девушка не могла предвидеть.
– Не знаю, как тебя звали, – обратилась она к лошади, отвязывая ее от дерева, – но пусть будет Рин. Надеюсь, ты не погибнешь так же страшно, как Нор, иначе с горя я начну ходить пешком. – Она вскочила на скакуна и, направляя его, ударила поводьями. – Знаешь, твой хозяин был отвратительным человеком. Любил ли он лошадей больше, чем женщин?
Словно пытаясь ответить, лошадь фыркнула и качнула головой. Хаара усмехнулась.
– Иногда тебе придется меня слушать. Я давно никому не изливала душу. Меня, кстати, зовут Хизер… Но лучше Хаара. Не помню, почему взяла именно это имя, но оно как будто вросло в меня. Хочешь, расскажу, как я жила до того, как меня купил Гверн? Такое чувство, будто то совсем другая жизнь… Рядом был Карлайл. Не знаю, как правильно сказать, кем он мне приходится. Не родственник по крови, но очень близкий человек. Однажды он меня спас, но, кажется, я забежала в середину истории. Попробуем сначала. Я родилась в королевской семье…
Глава 26
Бесстыдство
Каморка Периция оказалась открытой, но самого его не было на месте. Наоми много раздумывала над их последним разговором, но все еще не могла решиться. Трижды она пыталась лечь с Лонгреном, чтобы попробовать зачать ребенка, но король каждый раз ее отсылал. Хуже того: он вообще перестал пускать ее в свои покои, и в особо страшные одинокие ночи Наоми лежала, уткнувшись лицом в подушку. За что он так обходится с ней? Когда девушка не желала близости, Лонгрен всегда брал ее силой, а теперь резко охладел… Наоми хотелось знать: есть ли способ обратить на себя внимание. Спрашивать такое у чужого мужчины неприлично, но что делать? Только мужчина в таком деле и может дать верный совет. Девушка чувствовала себя жалкой. Сможет ли она выносить его осуждающий взгляд? Взгляд, которым слуга не имеет права смотреть на королеву.
Наоми бродила из угла в угол, но лекарь так и не появлялся. Вконец засомневавшись в здравости своей идеи, она вернулась в комнату и рухнула на кровать. Вот ведь бесполезная трусиха! Наоми не привыкла злиться, но сейчас с досады ударила подушку, и та свалилась на пол. Сделав глубокий вдох, принцесса опустилась, чтобы поднять ее. Что-то звякнуло о пол и укатилось под кровать. Заколка. Наоми хотелось выругаться. Будто весь мир сговорился ее унижать. Забросив подушку обратно, она приподняла платье и согнулась. Вытянутая рука пошарила по полу в поисках вещицы. Пальцы что-то сдвинули. Наоми вздрогнула и на секунду отпрянула. Что это было?
Нагнувшись ниже, она присмотрелась. Заколка виднелась почти на другом конце: отсюда до нее не дотянуться, но что-то ведь шевельнулось под пальцами. Неужели какая-то плитка отошла? Не отдавая себе отчета, Наоми повторила действие и на самом деле нащупала шатающуюся плитку. Еще и под кроватью, как странно… Приложив усилие, она оттолкнула ее и обнаружила углубление. А вот это уже интересно. Стараясь вытянуть руку еще дальше, Наоми нащупала предмет, лежащий внутри, с трудом подцепила его и извлекла на свет. В руках оказалась записная книжка в красном кожаном переплете. Наоми развязала ее и пролистала желтые страницы. Изящный почерк. Какие-то заметки. И имя… Иландар Дефоу. Неужели дневник убитого короля? Девушке стало жутко: очевидно, она нашла что-то запретное. Во дворце замалчивали, что на самом деле случилось с бывшим королем. Наоми слышала, что его казнили за предательство, но деталей не знала, и теперь возникло искушение заглянуть туда, куда не дозволено.
Поднявшись, Наоми скользнула к двери и убедилась, что та заперта. В таком деле нельзя доверять даже слугам. Удобнее устроившись на кровати, она открыла запылившийся дневник и прочла первую запись:
«В этом месте все закончилось и началось. Сегодня я убил Хизер. Даже не так… я видел, как ее поглощают волны. Отвратительный брат и человек. Почему я не смог ударить так, чтобы все умерли быстро и безболезненно? Почему заставил и Хизер, и Ронана страдать? Я знал, куда нужно бить, неужели намеренно медлил? Ронан хотя бы умер как воин, но Хизер… Может, и правильно, что так случилось. Для таких, как она, власть – непосильная ноша. Теперь все права на престол мои. Воля отца исполнена, я король. И я сделаю то, на что не решился он».
В дверь постучали, и Наоми быстро сунула дневник под подушку. Открыв дверь, она обнаружила служанку с подносом.
– Ваше величество, вот ваш лимонный чай.
Позже, когда сгустились сумерки, Наоми одиноко прогуливалась по саду, чувствуя трепет и страх. Она стала частью тайны, но что случится, если кто-то обнаружит дневник в ее спальне? В качестве предосторожности Наоми вернула его на место и хорошенько придавила плиткой. Если
