Собеседница прищурилась, плеснула себе еще вина из бутылки, которую некоторое время назад принес нам управляющий, и сказала:
– Появлению ребенка предшествует очень приятный процесс, сейлин. – Она лукаво прищурилась, пряча за бокалом хитрую улыбку.
– Не называй меня так, Ариша, – на моем лице отразилась кислая гримаса, – я, слава богам, не избранная.
– Но ты бы хотела с ним переспать?
От ее реплики я подавилась вином, и женщина, наклонившись, заботливо похлопала меня по спине, помогая прокашляться.
– Н-нет, – выдавила после пары глотков, сделанных с целью сгладить неприятное ощущение в горле.
– Да брось, – она не поверила, – интим с самим повелителем Неронга… м-м-м… это же так интересно. Ты хоть рассмотрела, как он выглядит?
– Как саркофаг с руками из металла, – сказала я, мысленно переваривая ее предыдущую реплику. – Ты серьезно считаешь подобное… интересным? – уточнила недоверчиво.
– Конечно! – Мне показалось, или ее улыбка действительно была мечтательной? – Только перепробовав разных партнеров, можно получить максимум удовольствия.
На слове «перепробовав» я нервно расхохоталась, так как представила себе гастрономический вариант сего действа. Очень уж кровожадно блеснули оранжевые огоньки в темных глазах женщины, когда она это произносила. Ариша тоже веселилась, глядя на меня. Или развлекалась за мой счет?
– Значит, ты не сейлин? – сквозь смех уточнила она… раз пятый за время нашего с ней доверительного разговора.
– Не-а, – все еще фыркая и утирая выступившие от нездорового хохота слезы, отозвалась я.
– Точно? – прищуренные глаза собеседницы, казалось, заглядывали в самую душу.
– Ага.
– И что делать теперь будешь? – Очень уместный вопрос, я даже хихикать перестала.
– Не знаю. Надо как-то в свой мир возвращаться. Попробую завтра Эвана найти, а потом…
– Принца, что ли? – Ариша оживилась. – Ну хоть с ним-то ты спала?
Невольно дернув рукой, я больно треснула себя по губам краем бокала, из которого мне в лицо выплеснулось почти все содержимое. Отлично! Мало того что придется теперь сидеть в грязном балахоне на роскошном кресле, так еще и с бордовыми разводами по всей физиономии. Не жизнь, а марафон неприятностей. Грустно вздохнув, вытерлась рукавом, здраво рассудив, что этому костюму уже ничто не повредит, а у меня благодаря доброй тетеньке из борделя есть запасное платье и новый комплект белья только что от портного.
– Да что же ты так на все реагируешь, детка? – сочувственно вздохнула Ариша, погладив меня по волосам. – То давишься, то дергаешься и постоянно краснеешь. Неужели, встретив столько мужиков, ты ни с одним не перепих… эм… не переспала?
– Когда, интересно? – Потерла свои пылающие скулы, отмечая правоту ее слов насчет покраснения. – Во-первых, они думали, что я сейлин, а она неприкосновенна. Во-вторых, меня то маануки пытались на части разорвать, то неизвестно кто стрелами закидывал, то женщина-оборотень зарезать хотела – при такой насыщенной программе о плотских утехах как-то некогда было думать. И, в-третьих, мы же с тобой решили, Ариша, все эти мужики – сволочи! – с чувством закончила я.
– Даже Эван? – промурлыкала собеседница, склонив к плечу черноволосую голову.
– У него другие недостатки.
Уверенность дезертировала из моего голоса, оставив вместо себя досаду от осознания того, что теперь у меня пылают не только щеки, но и уши. Брюнетка прищурилась, и оранжевый блеск в ее темных глазах стал каким-то недобрым.
– Ты совсем выпачкалась, Зоя, – задумчиво произнесла она, проведя рукой по моему мокрому рукаву. Другие пятна эта особа словно не замечала. Или просто не считала их за грязь? – Пойдем, я покажу тебе, как пользоваться ванной. Помоешься, переоденешься, и тогда поговорим. Давно пора нашу милую беседу перенести в более удобное место. В постель, например.
Теперь ее взгляд стал еще более странным. Она смотрела на меня так, будто искала, чем бы закусить. Эх, употреблять алкогольные напитки на голодный желудок чревато для здоровья… видимо, для моего.
– Да, ополоснуться не повредит, – рассеянно отозвалась я, мягко уклоняясь от ее протянутой руки, пальцы которой ласково огладили мой подбородок и скользнули ниже, к шее. Былое веселье растаяло, уступив место панике.
Женщина вернула свой полупустой бокал на стол, откинула назад длинные волосы и, поднявшись, посмотрела на меня.
– Кстати, крошка, – сахарным голосом проговорила она. – Если ты действительно хочешь вернуться домой, отправляйся к белолицым азорам. Они тебе помогут. – Тонкая улыбка на ее губах была ангельски невинной и дьявольски коварной. – Но сначала… ты ведь не откажешься отблагодарить меня за оказанное гостеприимство? – Ее черная бровь выгнулась в ожидании, а взгляд темным клещом впился в мое лицо.
– Конечно, – я слабо улыбнулась, чуя подвох, – что я могу для тебя сделать?
– Поработай у меня недельку, – предложила хозяйка публичного дома и двинулась к двери, жестом поманив за собой.
– Кем? – насторожилась я, стремительно трезвея от закравшихся подозрений.
– Главным блюдом, – засмеялась она, обнимая меня за плечи и уводя в смежное помещение, где стояла большая ванна с голубыми боками, на которых громоздилась слишком уж вычурная лепнина. – Сама посуди, сколько изголодавшихся по новизне мужчин в этом городе проживают? Я хорошо заработаю, а ты получишь массу удовольствия, меняя партнеров как перчатки. – Я открыла рот, чтобы возразить, но Ариша перебила, приложив указательный палец к моим губам. – И пусть тебя не волнует мнение окружающих, ты ведь скоро покинешь зачарованный город и вернешься домой… с кучей наиприятнейших впечатлений и опытом, за который не будет стыдно, потому что никто не узнает. Уверена, что азоры, узнав о непригодности сейлин для ритуала, с радостью помогут тебе покинуть этот мир.
– Нет! – воскликнула я, пытаясь вывернуться из ее хватки. – Придумай что-нибудь другое в качестве платы за приют! – Сейчас мне было совсем не смешно. Такие заявления отрезвляли лучше ушата ледяной воды.
– А что ты умеешь делать? – задумчиво проговорила она, продолжая обнимать меня за плечи. Все попытки отстраниться от этой ненормально сильной женщины терпели крах.
– Рисовать, – ответила я робко, мысленно проклиная выбранную профессию. Кому тут нужны мои художественные способности? Не стены же расписывать в борделе. Хотя… почему бы и нет?
– А еще?
– Стихи сочиняю, песни. Пою под гитару для знакомых… иногда. – Это признание прозвучало тише и неуверенней предыдущего. – А иногда не только для знакомых, но очень редко, – кисло улыбнулась я. Музыканты у Ариши имелись свои, и мне до их многовекового опыта было как до Китая пешком, причем из Неронга.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
