светящаяся точка, которая быстро приближалась, и вскоре приняла форму человека в скафандре.
– Отец! – выкрикнула Лиза.
– Маркус! Маркус! Ты меня слышишь? – голос Николая звучал с надрывом.
В наушниках раздалось шипение. А следом: «Николай. Лиза. Я вас слышу».
– Как мы его будем ловить? – спросила Лиза.
– Ты садись на мое место. Будешь подруливать. А я пошел на выход.
Опустив на шлеме защитное стекло, он покинул рубку. Вскоре Лиза увидела на дисплее, как Николай открыл внешний люк и выпрыгнул в космос. Оранжевый трос червяком болтался между ним и судном. Чуть в отдалении вращался белый скафандр с отцом.
– Маркус, держись! – прозвучал голос Николая.
– За что? Тут ничего нет, за что можно держаться, – ответил хрипловатый голос.
Николай приближался к отцу. Инерция от толчка несла Николая в заданном направлении. Вот до отца оставалось совсем чуть-чуть. Трос выпрямлялся, и Лиза увидела, что его может не хватить.
– Лиза, подведи челнок ближе, – скомандовал Николай.
– Как?
– Чуть левее наклони ручку.
Отец на дисплее начал приближаться. Николай тоже. Он уже подлетал к ее отцу, вытянув обе руки. Вот пальцы их перчаток оказались совсем рядом. Еще чуть-чуть, и их ладони встретились, сжались. Николай потянул на себя отца, и они заключили друг друга в объятия.
– Лиза, ставь судно в дрейф, иди в шлюзовой и вытягивай трос, – прозвучал голос Николая.
– Есть, господин капитан, – ответила она.
22. Земля
Она не могла дождаться, пока Николай и отец доберутся до люка. Но вот они показались в проеме, протиснулись внутрь. Лиза бросилась к отцу, позабыв об осторожности, и чуть не влетела головой в стену. Шлем хоть и прочный, но он вряд ли защитил бы ее от сотрясения мозга. Отец сумел поймать Лизу и не дал ей удариться.
За последние сутки она вновь обрела отца, и теперь крепко сжала его в объятиях, боясь вновь потерять.
– Все в порядке, доченька, – прохрипел его голос в наушнике. – Как видишь, я цел и невредим. Но хватит нежностей. Нам с Николаем надо переправить тела из шлюзового отсека в грузовой.
Отец отделился от нее, и они с Николаем занялись нехитрой процедурой, а Лиза отправилась в рубку.
Ждала она не долго. Мужчины вскоре вернулись. Николай занял свое кресло, а Маркус, еще раз поблагодарив своих спасителей, попросил разрешения отдохнуть: видимо, последние события его в конец вымотали. Лиза, проводив взглядом отца, подплыла ко второму креслу, забралась в него и пристегнула себя ремнями.
Николай направил челнок в сторону Земли. Теперь он решил отказаться от дальнейшего ее облета, поскольку вылазка на станцию и случай с Маркусом отняли много времени, за которое челнок успел сделать почти полный оборот. По расчетам Николая, если они начнут снижаться из текущей точки, как раз выйдут на Йельбург, куда хотят попасть Лиза и Маркус, решившие сразу после прилета заняться поисками пропавшей матери.
Пиликнули приборы. На дисплее высветилось красными буквами сообщение.
– Топливо кончается, – произнес Николай.
– Разве может быть такое? – удивилась Лиза.
– Мы слишком много делали лишних маневров. Чего стоило одно удержание челнока рядом со станцией. Один заряд топлива рассчитан только на штатный полет, возможны лишь небольшие отклонения. Причем, расход контролирует компьютер, а пилот даже не видит, что там и как. Мы лишь знаем, что заряженного брикета должно хватить на один полет туда и обратно. Главное, не отклонятся от установленных маршрутов, а компьютер сам рассчитает оптимальную траекторию, работу двигателей и расход топлива.
– Ты наговорил столько много умных слов, – Лиза бросила короткий взгляд на Николая. – Скажи, нам хватит топлива, чтобы долететь?
– Я не знаю этого, – вынужден был признать Николай. – Компьютер не выдает мне информацию о том, какое расстояние мы сможем пролететь. Он лишь предупредил, что топлива осталось мало. Надеюсь, мы успеем войти в плотные слои атмосферы и снизить скорость до такой степени, чтобы перейти на свободное планирование, не используя двигатели.
Николай замолчал. Он напряженно всматривался в лобовое окно, где перед челноком вырастал огромный диск Земли, а далеко над самым горизонтом слепило глаза яркое солнце.
Лиза не наблюдала пейзажи за стеклом. Её взгляд был прикован к Николаю. Она пыталась понять, что он думает. Действительно ли уверен, что им хватит топлива, чтобы успешно приземлиться? Но лицо Николая оставалось невозмутимым. Лишь глаза время от времени перебегали от обзорного окна к дисплеям на приборной панели. Но ни один мускул не показывал какого-либо волнения.
Лиза поймала себя на мысли, что давно не вспоминала об Артуре. Зато все последние часы у нее не выходил из головы Николай. Она должна была всем сердцем его ненавидеть за то, что он сделал с ее женихом. Но сейчас она ничего такого не испытывала. Раньше – да, она была очень зла, и всей душой проклинала Николая. А теперь все поменялось. Он дважды вернул ей отца. Да и ее саму спас сначала от Диггинса, а потом от падения в лунный кратер. Но даже не это было главным. Хотя, конечно, его действия давно искупили его вину. Как-то совсем незаметно, но Лиза начала понимать, что рядом с Николаем ей нечего бояться, он вселял в нее уверенность, что все будет хорошо. Вот и сейчас он сидел в кресле совершенно спокойный, ничуть не сомневаясь в том, что они благополучно доберутся до земли. Его пальцы в толстых белых перчатках скафандра держали ручку джойстика, двигая ее едва заметными движениями.
Ей вдруг захотелось притронуться к нему, оказаться в его крепких объятиях. Но что он сам думает о ней?
Жизнь очень странным образом свела ее с Николаем. Если бы не он, то Артур был бы жив. И не было бы всех этих приключений, и отца Лиза уж точно никогда бы больше не увидела. Но Николаю надо было посадить свой челнок ни где-нибудь, а именно рядом с Йельбургом. И это, казалось бы, совершенно случайное событие перевернуло всю ее жизнь, отняло у нее Артура и вернуло отца, а кроме того ввергло ее саму в пучину невероятных испытаний.
Но скоро все закончится. Они сядут. И неужели им придется
