в заранее сделанные клетки, набьют все освободившееся пространство своими ядами и редкими растениями (после посещения местных знахарок я понял, что о растениях знал даже не половину) и отпустят в вольное плавание со мной двести местных лучников, чья слава как отравителей и прекрасных стрелков, не сильно уступавших жителям Волчьего леса, была известна по всему Северу и Речным землям.
Так что через неделю мы покинули этот странный и по своему волшебный край.
14.06.275
Королевская гавань
Мой первый визит в столицу Вестероса запомнился лишь двумя событиями — случайным падением от удара слетевшей с настроек мачты и последовавшим за этим купанием в воде порта Королевской гавани, на пятьдесят процентов состоящей из говна и нечистот. Так что все два дня пока мы были здесь, я провел в своей каюте отмываясь от приставшего запаха свежесдохшей кошки и отказываясь выйти на улицу. Этот город я уже заочно ненавидел.
Вторым событием стал Оберин. Он видать решил повторить свой Волантийский подвиг и прокравшись в септу Бейлора переспал с одной из септ. Слава всем Богам, его не застали за процессом строгания потомков и поймали лишь когда он покидал женское крыло храма. Естественно он сумел сдриснуть и пока его не поймала злющая толпа септонов, нам пришлось очень быстро отплывать.
p.s. Кое как, через Жоена, который однажды был в здесь со свои мастером и более менее знал главные места столицы, мне удалось передать той септе мешочек медяшек, со спрятанным снизу золотом и серебром. Если не дура, то сразу поймет намек и быстро покинет город.
28.06.275
Волантис
Как бы мне не хотелось заглядывать в это место, но есть такая вещь как надо — на кораблях уже кончались запасы, а наши планы пополнить их в Лисе пошли коту под хвост. Там разгорелась эпидемия Серой хвори, неожиданно вспыхнув в припортовой части города. Некоторые встреченные по пути купцы говорили, что это была диверсия Мира или Тироша, а некоторые считали, что это был способ, с помощью которого местный совет магистров избавился от трущоб, за последние годы резко разросшихся в районах порта.
Так или иначе нам пришлось заходить в Волантис, чтобы продать часть товаров в виде растений и ядов (хоть Лис и знаменит своими гильдиями отравителей, Волантис от него не сильно отстаёт, имея свои рынки сбыта веществ от избыточной концентрации которых умирают люди).
И там нас ждал сюрприз.
Дочь Торагоса, которую почти десять месяцев назад попортил Оберин, родила девочку, которую назвали Нимерией.
Нужно было видеть лицо Оберина. Такая смесь шока, неверия и радости наверно была у него на лице впервые. Хотя сам его понимаю — такие же эмоции были и у меня, когда моя любимая жена сообщала мне о своей беременности или же мои дети говорили что я в очередной раз стану дедушкой… Прекрасные воспоминания, которые, к сожалению, потихоньку сереют, но слава Богам не забываться. Они одно из моих самых главных сокровищ и потерять я их просто не могу.
Из-за этого маленького комочка смеха и радости, который в будущем вырастет красивой и умной девушкой, а сейчас просто обожает лежать у меня на руках (Тут только кормилицы нормально с детьми обращаться умеют, а у меня опыта было больше чем большинства местных «професионалов») моим кораблям даже пришлось задержаться на три дня, пока Оберин и Беличио решали вопрос, как быть с ребенком. Я же в это время навестил Атракеса Белроя, через которого смог сбыть большую часть ядов и редких растений по очень выгодной цене.
Последовавший за этим отдых еще сильнее повысил мое настроение. Не знаю, где Атраксес в Волантисе нашел девственницу с валирийской внешностью, но в постели она оказалась очень даже не плоха.
В итоге Оберин и Торагос сошлись на том, что до трех лет Нимерию будут воспитывать здесь, под присмотром сиделок и редко приходящей матери, а после ее насовсем заберет Оберин.
12.07.275
Миэрин
Город Золотых пирамид встретил нас очень радушно.
Хозяева Бойцовых ям, едва увидев, сидящих в клетках и рвущих кинутые им шматы мяса на британский флаг, львоящеров, были готовы меня расцеловать. А уж когда я показал им целую партию стимуляторов и ядов схожего действия, которыми можно было на некоторое время превратить любого человека в беснующегося берсеркера (еле уговорил Рида мне их продать), то… мне на мгновение стало страшно. С таким предвкушением смотреть сначала на яды, а потом на тренирующихся недалеко гладиаторов… Боюсь представить какие суммы благодаря моим гостинцам будут получать хозяева арен.
В итоге, пробыв в городе почти неделю и продав все привезенные товары, я уже планировал отплывать, как услышал интересную новость — у ближайшего к Миэрину разлива реки Скахазадхан, остановился лагерем, ради торговли, один из самых больших кхаласаров Дотракийского моря, во главе с кхалом Бхарбо.
Глава 18
Записки капитана Короля зверей, Часть 4 — Особые встречи
15.07.275
Разлив рекиСкахазадхан, стоянкакхаласаракхалаБхарбо
Дотракийцы.
Народ степей, возвысившийся после падения древней Валирии и уже много лет терроризировавший все население Западного Эссоса. Этот кочевой народ, не имеющий постоянных поселений, кроме знаменитого Вейес Дотрак, и кочующий по бескрайним плодородным степям так называемого Дотракийского Моря, принес не мало горя другим людям. Разрушение Сарнорского царства, постоянные набеги на своих далеких родственников — лхазарян, опустошение всех сухопутных колоний Кварта и постоянные набеги на земли Вольных городов… Это агрессивная нация, не привыкшая самостоятельно возделывать свой хлеб и предпочитающая грабить соседей в ходе бесконечных конных набегов. Лишь две силы получают хоть какую-нибудь помощь и выгоду от существования этих варваров.
Города Залива Работорговцев и остатки Вотчины Гиркуна.
И если первые получают от них рабов из всех земель, граничащих с Дотракийским морем, то помощь последним имеет гораздо более старую и запутанную историю. Еще четыреста лет назад, когда дотракийцы только появились как нация и объединились под началом кхала Менго, его мать Доша, Королева Ведьм, сделала ему наказ ввести для воинов степей железное правило, нарушившие
