Читаем без скачивания Блажий Омут - Вадим Фарг

— С чего мне её обижать? — мне хотелось раздавить его, как клопа. — Я ведь никого просто так не тронул. Все невиновные по лесу кружили и обратно всегда возвращались. А Дана с зимы мне помогала, сама того не ведая. Не замечал, как часто гуляет доченька в лесу одна? А она мне еду носила. Всё рассказывала, что в деревне творится. Постель мою грела. Сама не заметила, как ко мне привязалась. Даже чары забвения не помогают. Вот и вчера мне отдалась, а потом по старой памяти в избушку и побежала, где бусы порвала с горя, когда избу пустой обнаружила. Потому что тянет её ко мне, а объяснить не может…

Слушать дальше Радош не стал.

Он извернулся. Ударил меня по коленям. Заставляя повалиться. Я выпустил меч. Мы схватились, покатившись по полу.

Радош был тяжелее меня. И дрался со всем отчаянием, потому что на кону оказалась его жизнь. Ему удалось подмять меня в попытке ухватить за горло, дабы задушить. Я ударил его в живот в ответ, вышибая дух.

Кот тоже вмешался. Запрыгнул на спину мужика и впился в неё когтями. Тот было заорал, но я успел зажать ему рот рукою, и перевернуть на живот.

Я сел сверху, заломив ему обе руки за спину. Ударил Радоша лбом о половицы так, что он осоловел на мгновение. И вытащил из кармана зёрнышко размером с горошину, сморщенное и сухое. А потом затолкал это зёрнышко прямо ему в глотку.

Мужик начал задыхаться, давясь.

— Глотай, падаль! — велел я, зажимая ему рот и нос ладонью.

И Радош проглотил.

Тогда я ударил его снова. А потом привстал, прижимая коленом в спину так, чтобы он не смог подняться.

Староста Беличьего Бора, Радош-крыса, застонал, силясь не лишиться сознания.

А я начал произносить заклятие. Неумолимо и уверенно накладывал чары на этого человека. Без жалости. Без сомнений. Когда же завершающие слова последнего проклятия были произнесены, я вымолвил следующее монотонным, бесстрастным голосом:

— Ты сделаешь так, как я скажу. Сегодня ты объявишь жителям, что убитый мной большой волк и был тем колдуном-оборотнем, который терзал деревню. Его надо сжечь, чтобы он не возвратился более с того света. И мы пойдём и сделаем это все вместе. А потом я уеду. Но через неделю ты умрёшь в муках. Ты будешь чувствовать голод и жажду. А потом придёт нестерпимая боль. И зерно в твоём брюхе прорастёт. Оно вырвется наружу красными цветами в память обо всех, кого ты сгубил, Крыса. В последние минуты своей жизни ты вспомнишь лицо каждого убитого тобой. Но ни ты, ни твоя дочь никогда не вспомнят ничего о моей роли в этой истории. Ты забудешь этот разговор сразу, как я отпущу тебя.

Я отнял руки от Радоша, как от прокажённого. И встал.

Староста прокашлялся. Перевернулся набок. И воззрился на меня снизу вверх в истовом изумлении.

— Что со мною, Лех?

Я протянул ему раскрытую ладонь.

— Мы собирались идти в лес сжигать убитого колдуна-волколака, но ты запнулся о половичок и упал, мой любезный друг, — я помог Радошу подняться.

— Верно, — он потёр ушибленный лоб. — Ух, и молодец же ты! Такую паскуду убил. Благое дело.

— И не говори, — я искоса глянул на Кота у моих ног. — Благое.

Я улыбался. Но месть моя была совсем не такой, как мне мнилось все эти годы. Она оказалась болезненной и горькой.

* * *

Мы отправились в лес с тремя другими мужиками и осуществили задуманное: сожгли волка вместе с заброшенной избой. В деревню воротились уже в сумерках. А ночью мы с Котом покинули Беличий Бор. Меня провожали, как героя, со всеми почестями. Уговаривали побыть у них хотя бы пару деньков, но я отвечал, что меня уже давненько ожидают в другом месте.

Награда была щедрой. Радош, как и обещал, не поскупился. А помимо мешочка с золотом и серебром он подарил мне коня с упряжью. Красивого бурого мерина с тяжёлыми копытами. Староста твердил, что я его жизнь спас. Я хотел было отказаться от этой заботы на мою голову, но Кот так глянул на меня, что стало понятно: не возьму коня, он мне ночью глаза выцарапает. Пришлось принять. Поэтому из Беличьего Бора мы выехали верхом. Кот примостился на седельных сумках за моей спиной с видом величайшего довольства.

В тот час счастлив по-своему был каждый. Кроме, разве что, Даны. Старостина дочка глядела на меня со смутной печалью во взоре, которую даже сама себе объяснить не могла. Но я мысленно пожелал Дане счастья. С её-то приданным она обязательно сделается желанной невестой и в девках надолго не засидится.

Мы ехали всю ночь. Кот болтал без умолку. Придумывал, как бы нам назвать нашего нового друга. Коня я не гнал, но всё же мне ужасно хотелось прибыть на место поскорее. И когда впереди замаячил заветный трактир на окраине ближайшего городка, я ощутил внутри трепет.

Верея показалась на крыльце, когда я въехал во двор. Она тотчас побежала ко мне навстречу.

Я спешился. И моя ненаглядная красавица повисла на моей шее, крепко зажмурившись. Я обнял её в ответ. Решил, что более не отпущу от себя так надолго.

Верея не спрашивала меня ни о чём, кроме одного:

— Завершил ли все свои дела? — прошептала она мне в шею.

И я с уверенностью ответил ей:

— Да. Завершил. Теперь можем уехать, куда пожелает твоя душа.

А за околицей прокукарекал петух, возвещая начало нового дня. И новой жизни для нас обоих. Впереди ожидали другие приключения, непростые решения и внезапные встречи. Но мнилось мне, что мы втроём сможем всё преодолеть. Три чудовища в мире полном иных чудовищ.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Блажий Омут