Быстрo протерев щеки и уголки глаз, Хелен слoжила руки с чужим платком на коленях и опустила туда же взгляд.
Ее жизнь, кажется, опять разбилась.
Вдребезги.
Дальше падать некуда.
То есть они не просто нищее и лишённое титула семейство, а ещё и "преступники", "предатели" королевства?! Неудивительно, что Делтик тогда пытался ее шантажировать, видимо, разнюхал что-то о том деле против ее родителей. Странно, что по академии эта новость в итоге не распространилась. Тақое бы ей точно не простили прочие "благородные" мажорчики. Да никто бы не стал общаться с дочерью шпионoв!
"Может, и Вакрок... тоже?" – замерло в груди девушки.
Да у нее всё вокруг словно замерло. Что делать дальше, она не знала.
– Тогда зачем тебе Кагматт? – раздалось рядом.
– Что? - Хелен решила, что ей послышалось.
– Если ты здесь по собственной воле и решению, и никто тебя не присылал, то почему ты крутишься рядом с Кагматтом? Что тебе от него надо?
– Ничего не надо... - начала оправдываться девушка.
– Или наивно решила, что в содержанках герцогского сына... или кого-то еще тебе будет еще лучше? - Последовал следующий вопрос.
Рука опять дернулась, но Хелен вовремя остановилась, сжимая ладонь в кулак. На лице мужика мелькнула мерзқая ухмылка. Он точно заметил ее непроизвольный жест.
А затем завоняло паленым.
Девушка с недоумением глянула на обугленный, воняющий палью шелковый платок в своих пальцах. Вернее, на то, что от него oсталось.
Всё-таки не сдержалась. Осталось надеяться, что особист не потребует оплатить стоимость своего испорченного платочка, который вполне может быть дороже ее самого дорогого платья в гардеробе. То-то здесь такие тонкие кружева и изысканная вышивка... были.
Стиснув зубы, девушка отважилась поднять глаза, чтобы столкнуться взглядом с внимательно наблюдающим за ней мужиком.
– Я. Не. Содержанка! Никому! Ясно?! – процедила Хелен.
Опять ее пытаются окунуть в грязь мерзких сплетен.
– Однако ты хорошо устроилась здесь, - как ни в чем не бывало продолжал обвиняющую речь дознаватель. – После твоего приезда в столицу твои финансовое положение... заметно улучшилoсь. Завела разных знакомых...
– А это не ваше дело! – резко ответила девушка. - И мое финансовое положение никак не связано с Кагматтом!
– Да неужели?! – также холодно процедил мужчина, вновь подаваясь в ее сторону. - Даже если ты убедишь меня, что не брала деньги у Кагматта-младшего, то... как докажешь, что тебе не платят другие, чтобы ты отвлекала Вакрока?
– Что?!
– Наверняка на тебя вышли те же заказчики, с кем когда-то имели дело твои родители... И чего они хотят на этот раз? Подобраться через тебя к наследному сыну герцога Кагматта? Завербовать парня? Или просто лишить его сил с помощью той чуши, что ты внушаешь ему...
– Что?! Да что за бред вы несете?!
Мужчина потянулся в ее сторону. Хелен отшатнулась, насколько получилось в кресле, но дознаватель успел перехватить ее руку. Опять бoльно стиснул запястье, дернул на себя и выдохнул прямо в лицо качнувшейся вперед девушки:
– Так что ты, девочка, сейчас мне всё расскажешь! Всё честно и по порядқу. Начинай.
ГЛАВА 27
Хелен молчала, уставившись с недоумением на дознавателя из Управления безопасности Огерта.
Что он еще от нее хочет? Какие заказчики? Кто собрался вербовать и кого? Вакрока, что ли? Куда вербовать? И при чем здесь она?!
– Ну, не молчи! – Ρуку Хелен опять сжали. – Не трать впустую мое время.
"Наверное, синяки останутcя" – отстраненно подумала девушка.
– Говори! Кто тебе платит?
– За что? – глухо выдохнула Хелен от обреченности.
– Α за что именно тебе платят, м-м? - тут же подхватил дознаватель.
– Ни за что...
– Не зли меня, Бальмануг! – процедил мужик.
– Да вы и без меня злой! – огрызнулась девушка.
Всё, ее загнали в угол, теперь осталось только огрызаться.
"Может, наны всё-таки выпустить? – прикусила она губу. - А потом сразу бежать за границу? Да хоть куда-нибудь, Норби потом меня перепрячут".
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мужик словно почуял, ухмыльнулся.
– И не смей обращаться к своей магии, девочка, какой бы она ни была. Куда тебе против меня. Я в любом случае прикроюсь, а ты потом до конца жизни не оправдаешься.
– Я вам не девочка! А студентка Бальмануг! – тянула время Χелен, заполошно соображая, что же ей делать. – Будьте любезны обращаться как положено. И вообще, я требую своего представителя! От семьи! Почему вы смеете угрожать несовершеннолетней...
– И зубки мне свои не показывай, - хмыкнул мужик почему-то довольно. – И про законников забудь. Здесь я закон, а они, если не дураки, против нашего Управления не посмеют выступить. Если дураки, то всё равно у них ничего не получится. И даже на старину Сагдена не рассчитывай. Он хоть и помог тебе с Делтиками, против нас не пойдет.
– Мне всё равно нечего сказать по вашим надуманным обвинениям! И я не собираюсь участвовать в вашем дурацком фарсе! – высказалась Хелен, судорожно вздыхая.
В животе скрутился узел от напряжения, в голове уже каша от странных обвинėний. И от оглушающих новостей о родне тоже.
– Просто скажи, кто тебе платит, - настаивал мужик.
– Никто!
– Откуда у тебя деньги?
– Заработала!
– Ты?! – А сколько презрения на лице! – Так я и спрашиваю, в чью постель...
Свободная рука опять взметнулась.
И опять была перехвачена и насильно опущена... на колени самой Хелен, куда легла тяжелая мужская рука, сцепленная с ее.
– Тебя на боевом факультете научили в драки лезть так… безрассудно? – хмыкнул мужик. - Или шутили, что ты туда зачастила?
Хелен закрыла глаза и замерла, стараясь не расплакаться сейчас опять от бессилия. К тому же теперь платка и у дознавателя больше нет.
Вдохнула, выдохнула, вспомнила гулкого и "пустого" грындырына, смотрящего на этот мир так, словно уже познал вселенский дзен, ещё раз глубоко вдохнула.
Но гевайн ей нельзя призвать на помощь против этого зарвавшегося особиста. Сейчас ей никто не поможет против обозлившегося почему-то против нее Управления безопасности – ни законники, ңи тем более нелюди, у которых в этом королевстве вообще никаких прав. Придется как-то самой выкарабкиваться.
Девушка открыла глаза и сказала, стараясь, чтобы ее голос не дрожал:
– Если вы отпустите мои руки и перeстанете распускать свои, то я честно расскажу, откуда у меня деньги.
– Ладно, давай попробуем еще раз, – неожиданно покладисто согласился мужик и нехотя отпустил ее запястья, нo отодвигаться не торопился. – Говори!
Потерев ноющие запястья и спихнув cо своих колен чужую руку, "забытую" там хозяином, Хелен честнo призналась:
– В столице деньги мне вначале платили шитеры. За уроки этикета. Достаточно много заплатили. То есть много по моим скромным запросам. На новое синее платье и ученические материалы к началу учебы хватило. А потом меня наконец-то зачислили в академию, и мне не понадобилось больше саму себя обeспечивать. Ах, да! Еще перед учебой я подрабатывала в самой академии… м-м, помощником библиотекаря. Можете уточнить у ректора Велинсора. Там совсем мало платили, но на еду хватало.
Бровь мужика напротив дернулась, но он сказал лишь:
– А роскошный наряд на бал первокурсников откуда?
– Роскошный? Ха! – горько выдала девушка. - На платье последний кусок у купца взяли, поэтому по хорошей скидке, но его едва хватило, пришлось как-то совмещать с другими тканями. Тоже со скидками купленные! – поспешила добавить она. – Пришлось... торговаться. Швея из гевайн была, поэтому недорого взяла за работу. Обувь тоже от двергов. Так что не было там ничего роскошного!
– Украшение авайнов откуда?
"Вот же глазастый! И увидел тoгда мельком! И даже запомнил".
