Читаем без скачивания Нф-100: Небесное Сердце-1. Игры с Черной Матерью - Александра

"Входящее видеосообщение по личному зашифрованному каналу".

Ах ты гадёныш!

Иных слов у Лаккомо при виде оповещения не нашлось. То, что какой-то нахал затратил столько сил на взлом, чтобы достучаться до вице-короля с целью поболтать -- тоже в голове плохо укладывалось. А ведь его заверяли, что защиту такого уровня пробить и обмануть невозможно! Зря что ли заверяли и пора кого-нибудь уволить?

Назойливый значок продолжал мигать в углу монитора, как ни в чем не бывало.

Лаккомо всё же собрал мысли в кучу, разбудил задремавшую бдительность и пришел к выводу, что затраченные усилия человека на том конце явно стоят разговора и заслуживают внимания.

Но гад!

Коснувшись пальцем экрана, вице-король ограничился пока голосовой связью.

...И в каюте зазвучал синтезированный речевым модулем голос, приятный, но сухой.

- Прошу прощения за наглое вторжение, Ваше Величество, но другого способа выйти на связь у меня не было.

Полиморф?! О, Исток, почему это живое железо повсюду преследует его! Ещё немного -- и в душе проснется тихая ненависть. Лаккомо быстро запустил программу обратного сканирования.

- Это закрытый канал, - не менее сухо сказал он. - С кем я говорю?

- Системный администратор ковчега "Искатель", лейтенант внутренних войск Энвилы, Полиса Тейлаан Джаспер Соррэ Крэт к вашим услугам.

Лаккомо не поверил. Вгляделся в показания сканера, запустил ещё несколько уровней проверки. Собеседник терпеливо ждал. Дыхания на том конце не слышалось вообще. Программа ясно показывала, что взлом был произведен не с терминала, и не с планшета, что инициировал его высокорганизованный ИИ второго типа, почти такой же, как Эохан.

- "Искатель" сгинул около сотни лет назад, - попытался возразить вице-король.

- Ложь. Связь была потеряна, с грубым округлением, десять лет назад. Неделю назад мы вернулись в пространство Цинтерры. Если вы желаете убедиться в подлинности моей личности -- извольте. Я могу перечислить вам все основные характеристики прототипа, переданного мной Эхайону, особенности кода, детали завещания, его дату, имя нотариуса, заверившего документ...

- Довольно, - вздохнул Лаккомо. - Допустим, я вам верю. Но вы понимаете, что я обязан доложить о вашем взломе, куда следует?

- Прекрасно понимаю. Но повторюсь, другого выхода у меня не было. По прибытии мы были взяты под арест под угрозой болевого шока от стазис-излучения.

Услышав такое заявление, Сан-Вэйв только скрипнул зубами. Его опасения, что с полиморфами изначально не всё чисто, подтверждались самым мерзким образом. Подумав, он всё-таки  включил видеосвязь. Хуже уже не будет.

...Так вот, как должен выглядеть настоящий, полностью живой полиморф.

Картинка на экране отобразила относительно небольшое замкнутое помещение с белыми стенами, по которому расхаживала туда-сюда машина среднего роста -- всего метров пять. Четкие, плавные и в то же время человеческие движения, обтекаемые формы, очень светлый, кое-где отливающий синевой металл. Привлекало внимание множество мелких деталей брони -- гораздо больше, чем у набивших оскомину военных громил. Шаги были тихими  для пяти-семитонной туши, видимо, ступни оснащены амортизаторами.

Полиморф остановился и повернулся лицом к камере.

- Здравствуйте, Ваше Величество, - сказал он, сложив губы в учтивую улыбку, хотя светокристаллы выдавали его истинный настрой, постоянно меняя оттенки между фиолетовым и красным. - Чтобы избежать лишних вопросов, поясню сразу: я воспользовался камерой наблюдения, которая висит в моих... скажем так, апартаментах в цинтеррианском Центре "Полиморф". Их служба безопасности видит сгенерированную мной картинку, пока сигнал перенаправлен вам.

Сканер в это время мигнул зеленым, подтверждая подлинность изображения.

"Умелец дъерков", - подумал Лаккомо. Впрочем, кто бы сомневался в том, что "отец" полиморфов -- страшный в своей области человек. Такого бы завербовать... Но у него, естественно, имеются собственные интересы, и ещё неизвестно, стоит ли с ним связываться. Голова полиморфа почему-то наводила на мысли о котах формой маски и постоянно шевелящимися плоскими антеннами по бокам головы. И этот "котик", судя по всему, нервничает, зол и напуган одновременно.

"Исток, ну почему окружающие стараются всучить решение своих проблем мне?!"

Но полиморфу не стоило видеть этот крик души, эту усталость. Если он, конечно, видит картинку со своей стороны.

Поэтому Лаккомо старательно нацепил отстраненно-деловую маску и спросил:

- Что вам от меня нужно?

Джаспер, воспринимая изображение собеседника напрямую оболочкой, отчаянно сдерживал бешенство. Огромных усилий стоило не дать эмоциям переставить мимические пластины в соответствующее выражение лица.

"Червя тебе в терминал, морда коронованная, ты ж нихрена делать не станешь..."

Это выражение бесчувственной надменности программист знал очень хорошо. С таким лицом всякие высокопоставленные сволочи обычно в очень вежливой форме заявляли, что они сожалеют и сочувствуют, но ничем помочь не могут и ничего предпринимать даже не намерены.

"Ну так я тебя заставлю нам помочь, сгори мой проц!"

Чтобы взломать персональный канал второго монарха Тории, мощности железа едва хватило, не говоря уже о том, что пришлось почти с нуля разбираться в основательно изменившемся программном обеспечении. Будь его воля -- Джас бы вообще не полез к Сан-Вэйву. Но иного выхода действительно не оставалось.

Стоило "Искателю" выйти из цинтеррианских ворот и запросить у командира ближайшего сторожевого поста разрешение на проход в планетарное пространство, как поднялась суматоха.

И очень быстро стало ясно, что их давно ждали, но отнюдь не с распростертыми объятиями. Блудных астронавтов рады были видеть только на словах. Не разглядеть в толпе встречающих сотрудников всех возможных спецслужб умудрился бы только слепой. Или наивный дурачок. Конечно, на виду маячили исключительно ученые, но среди них то и дело промелькивали совсем иные люди, слишком старавшиеся быть понезаметнее. Конечно, как же иначе, ведь среди делегатов изволил присутствовать сам генеральный директор. Он всеми силами демонстрировал радушие и гостеприимство, но Джаспер видел и слышал фальшь. Рэтхэм тоже -- он рассылал на закрытой частоте предупреждающие сигналы.

Явно склеенная на скорую руку приветственная речь звучала нелепо и пафосно, директор сбивался, а глаза суетливо бегали. Полиморфов учтиво попросили пройти процедуры дезинфекции и очистки от радиации и только после разрешили ступить на борт орбитального транспорта. Градус учтивости становился все выше. В стенах до отвращения стерильного центра это нарочитое почтение превысило все мыслимые пределы. Пректон, тоже понимавший, что люди лгут, сканировал всех и вся.

Первым опасность почуял полковник, но было поздно -- команду разделили, предложив "пройти реконструкцию оболочки", вмешалась охрана. Полиморфы со скрытым оружием куда мощнее того, которое носили Марин и его ребята, живо оттеснили молчаливого Пректона. Сам засланный вояка куда-то пропал ещё раньше, и дозваться его было невозможно. Белые стены и яркий свет сбивали с толку, мешали нормально видеть, будили ярость. Джаспер старательно держал под контролем оптическую систему, чтобы она ни в коем случае не выдала красный спектр. Программист прекрасно понимал, что любой агрессивный бунт в этих стенах бессмыслен. Вместо протестов он терпеливо позволил проделать с собой всё, что люди считали нужным, дождался, пока его оставили одного, а потом принялся за дело.  Нужно было быстро понять, во что именно они вляпались, а для этого требовалась хоть какая-то информация.

- Ваша помощь, разве не очевидно? - ответил Джаспер, подбавив в электронный голос нотку раздражения.

- Я не занимаюсь выяснением причин задержания кого бы то ни было, - холодно и монотонно, как автоответчик, сказал Лаккомо.

- О нет, выяснять ничего не потребуется, - Джаспер позволил себе отмахнуться. Надменный тон собеседника начинал все больше раздражать. - Я уже выполнил это за вас, - голос полиморфа при этих словах стал отчетливо ядовитым.

Лаккомо проигнорировал тон нахала. Подобным образом с ним нередко пытались разговаривать высшие чины из Адмиралтейства и члены Сената, так что давно выработалась привычка. Да и не хотелось ввязываться во всякие сомнительные авантюры.

- Мне пришлось носом стены рыть, чтобы выяснить, что с нами собираются сделать, - полиморф посторонился, давая увидеть выломанную стенную панель, бетонное крошево и пучки оголенных кабелей. - В первую очередь отключил все камеры и датчики, благо, они не слишком изменились за время нашего отсутствия. С беспроводной локальной сетью пришлось повозиться, но всё-таки они не учли, что у меня имеются профессиональные секреты. Полностью обезопасив себя, я вышел в глобальную Сеть и связался с вами, но когда они придут, то поймут все. Так что, Ваше Величество, я в очень глубокой заднице, и вариантов у меня нет.