на тропе войны, и теперь, когда родители Киана тоже знают, неудивительно, почему.
Холодный ветерок пронизывает дом, и я чувствую свое дыхание с каждым выдохом. Все будет хорошо. Я захвачу все одеяла, какие только смогу. Моя одежда все еще должна висеть на вешалках, если только Дон уже не избавился от нее. Но когда я добираюсь до своей спальни, все остается так, как я оставил. За исключением нескольких разбитых пивных бутылок, которые разбились о стену, а осколки стекла усеяли пол.
Я набиваю руки всем, чем только можно. Если понадобится, я сделаю несколько заходов. Одеяла, одежда, туалетные принадлежности. У нас есть все, что может понадобиться. Я набиваю старую сумку, полную тех немногих банок, что остались в кладовке, когда слышу, как по дороге проезжает машина. Я не знаю, мои ли это мама и Дон, но не хочу рисковать.
Это не они, машина, которую я слышал, пролетает мимо дома-трейлера, оставляя за собой небольшой пыльный след, ведущий к домам на заднем дворе.
Я бросаю последний пакет на заднее сиденье, слыша громкий стук банок друг о друга. Киан смотрит на меня, пока я роюсь в вещах, чтобы передать ему многоразовую бутылку для воды, которую я наполнил водой и несколькими таблетками адвила. Придется подождать, пока мы доберемся до безопасного места, чтобы переночевать, прежде чем я смогу перевязать его раны, но обезболивающее должно его поддержать.
— Спасибо, что спас меня, Трент.
Я протягиваю ему руку и позволяю положить на нее голову, пока ищу место, где можно припарковать машину на ночь.
Решив, что самым безопасным местом будет парк, я припарковал машину на достаточно большом расстоянии, чтобы не привлекать внимания. Склонившись над консолью, я по мере сил латаю раны Киана. Туман начинает рассеиваться из его глаз, но когда он вздрагивает от боли, я чувствую, как боль отзывается в нем самом.
— Почти все готово, а потом мы сможем поспать. Мы можем разделить заднее сиденье, и я захватил много дополнительных одеял, так что там будет тепло - Надеюсь, тепло наших тел тоже поможет.
— Если только ты будешь крепко держать меня и не позволишь мне упасть с сиденья
— Никогда - клянусь я ему. Клянусь крепко держать его и никогда не отпускать, во всех отношениях. Он мой, а я его. Он тот человек, ради которого я загадывал желания на падающих звездах, и вот он передо мной, и я никогда его не отпущу.
ГЛАВА 60
КИАН
— Ты не слушаешь меня, Уиллоу, - простонал я в трубку, но ее звонкий смех говорит мне, что ей все равно. Она получает удовольствие от того, что мне больно.
Прошлая ночь с Трентом была сном, а проснуться в окружении его тепла было как пощечина. Мы должны были не торопиться. Я сказал своему члену "никакого секса". Это явно нарушало правила, потому что я не считаю сексом то, чем мы занимались прошлой ночью. Это было просто... даже не знаю, как это назвать. Лучший римминг в моей жизни? Учитывая, что это был единственный раз, когда мне его делали, мне не с чем сравнивать. Должно быть, Трент больше внимания уделял тому, что я делал с ним, и применил эти навыки на практике.
Нет, нет. Не думайте о том, что он делает это с другими людьми. Это не имеет значения. Это не имеет значения. У меня нет причин ревновать, когда мы уже взрослые люди. Я уже не тот юнец, каким был, когда мы только начали встречаться.
Может, мне нужна терапия? Подумать об этом, мне определенно нужно. Я включу это в свой пятилетний список дел. Я думаю, это разумно.
— Мне кажется, ты был большим ребенком и сбежал, - говорит Уиллоу.
Я дуюсь в трубку, потому что я не убегал сегодня утром, когда проснулся в панике.
— Я не убегал. Он проводил меня до двери и даже поцеловал в лоб.
И еще несколько раз по щекам, а когда я спросил, что он делает, он ответил:
— Целую каждую из твоих веснушек. Я никогда не думал, что мне представится такой шанс, и не хочу упускать его сейчас.
Так что подавайте на меня в суд. Я утаил эту информацию от Уиллоу, потому что, если бы она хоть намекнула, что я поддался на нежные поцелуи, она бы назвала меня одержимым. А мне сейчас это не нужно. Мне нужен кто-то, кто отговорит меня от этой мысли. Думаю, именно этого я и хотел. Я хотел вернуть Трента. Но что, если я не знаю, как удержать его на этот раз? Он такой другой, и что, если он изменился и просто бросит меня, потому что я не изменился?
— Ты писал ему?
— Пока нет. Я пытаюсь быть загадочным. Если я напишу ему так скоро, то буду казаться отчаявшимся - Ложь, ложь, ложь. Но это Тренту я обещал честность и правду, а не Уиллоу. Она переживет.
— Милый... Я хочу сказать, что это самое приятное, что только возможно, но ты не можешь быть с ним загадочным. Ты сам сказал, что он знает тебя даже лучше, чем ты сам.
— Я уже не тот ребенок, каким был, когда уезжал, - защищаюсь я, не зная, что еще сказать.
— Ты изменился, но то, из чего ты состоишь, не изменилось ничуть. И до глубины души ты это знаешь. Я знаю, что ты боишься после всего. Но ты обязан рискнуть ради себя. В последнее время ты не такой, как раньше...- Она осекается, в ее голосе звучит грусть.
Я глубоко вдыхаю и щиплю себя за переносицу, расхаживая по маленькому гостиничному номеру, который я занимал. Моя чистая одежда разбросана по всем свободным местам, грязная - в куче у ванной. Это организованный хаос. Такой же хаос был в наших квартирах. Неужели Трент все еще делает то же самое? Конечно, нет. Если по тем небольшим участкам его дома, которые я видел, можно судить, что он теперь помешан на чистоте. Я не заметил ни единого лишнего пятнышка.
— Я знаю... Прости, Уилл. Просто у меня было много дел.
Она издает жалобные звуки по телефону.
— Ты можешь поговорить со мной, знаешь ли. Ты мой лучший друг, Киан. Я хочу быть рядом с тобой, но мне кажется, что ты отгораживаешься от меня. Мне это не нравится. Но когда я ответила на твой звонок сегодня, даже в середине паники, ты звучал
