что-то исправить.
Августа успокоилась, расслабившись. Девушки обернули её голову полотенцем, на манер тюрбана, под голову подстелили ещё одну простынь, чтобы не перепачкать подушки. Тут в комнате появилась всполошённая горничная герцогини, я сразу сунула ей в руки тазики велев наполнить водой, сама не заметив как, принялась нервно вышагивать по комнате.
— Госпожа Алиса дальше мы сами справимся. Только пусть через полчаса сюда принесут чайник с кипятком и завтрак для герцогини.
Я кивнула Бланке, мягко, но настойчиво выпроваживающей меня из спальни герцогини Августы. Выходя, я заметила, что Луизетта так и не успела доесть свою кашу. Странные у них отношения между герцогиней и её компаньонкой. Но в чужой монастырь со своим уставом, как говориться, не лезут. Может позже мне удастся узнать, в чём здесь дело.
Спустившись вниз, застала Аннушку в столовой. Она убирала со стола остатки завтрака. Гости уже разошлись по своим комнатам, готовится к загородной поездке. Их горничные метались между вторым и первым этажом, собирая своих господ в дорогу.
Я передала Анне просьбу Бланки, напомнив, что обеда сегодня не будет, но к нашему приезду нужно будет приготовить лёгкий перекус, чтобы наши гости смогли продержаться до ужина.
— Сейчас, как управлюсь, пройдёмся с Паулем по ближайшим лавкам, посмотрим, что можно к ужину купить. А уж завтра с утра на рынок схожу.
Анна понесла на кухню стопку грязных тарелок, а я снова нервно глянула в окно — время шло, а Арчибальда всё не было. Внезапно я заметила в углу какое-то шевеление. Софийка… девочка сидела в уголке и крутила в руках подобранные в мастерской лоскутки.
— Что это у тебя? — я подошла, присаживаясь рядом.
— Вот, правда, они красивые? — она протянула мне яркие тряпочки.
— Красивые, — я взяла в руки шёлковый лоскуток. Вспомнилось вдруг, как на уроках труда мы делали из лоскутков тряпичные куколки.
— Можно я возьму эти лоскутки, я верну, правда!
Девочка доверчиво протянула мне свои сокровища, я, свернув два самых больших куска ткани в трубочку, сложила их крестом. Это будет тело и руки куклы. Крепко перевязав их кусочками лент, сформировала голову, а вокруг тела привязала пышную юбку. Из чего сделать волосы я не придумала, повязав кукольную голову подобием косынки.
— Вот, держи подружку, — я протянула тряпичную куколку Софии.
Девочка с восторгом смотрела на слегка кривоватую поделку, забрав куклу, она прижала её к груди, а потом внезапно потянулась ко мне, обнимая ручками за шею и крепко прижимаясь.
— Спасибо, леди Алиса! Я пойду Паулю покажу! И курочкам!
— Беги, стрекоза! — я улыбнулась. Как же мало нужно детям для счастья! На душе стало легко, все тревоги сами собой улетучились. Я положила ладонь на стену комнаты, прошептав:
— Всё будет хорошо!
Ответом мне были проступившие на стене магические узоры.
— Госпожа Алиса, там это, господин земский комиссар прибыл! И с ним ещё шесть пролёток, — в столовую вбежал запыхавшийся Пауль.
— Вот и хорошо! Поднимись, пожалуйста, на второй этаж, сообщи гостям, чтобы спускались. Экипажи поданы.
— Я мигом! — мальчишка убежал, а я ещё раз провела ладонью по стене и, нацепив на лицо самую приветственную свою улыбку, поспешила навстречу Арчибальду.
Земский комиссар, как всегда, выглядел великолепно. Всё же он симпатичный парень — отметила я, разглядывая светлый летний сюртук. Сегодня, по случаю загородного пикника, Арчибальд был в штатском. Я заметила, как стреляют глазками в его сторону спускающиеся по лестнице барышни.
Он, как обычно, сначала подошёл ко мне, поцеловав ручку, и только после этого поприветствовал других дам. Не скрою — его внимание мне льстило, немного повышая мою самооценку. Было приятно, что такой симпатичный молодой человек обратил на меня внимание.
Гости друг за другом спускались в гостиную, вскоре здесь собрались почти все, включая даже старенького графа Авердина с его секретарём. Последней по лестнице, с царственным видом, спустилась герцогиня Августа. Я замерла, ругая себя за то, что не удосужилась попросить Нинель изготовить хотя бы одну вуаль для шляпок герцогини, за которой можно было бы спрятать её лицо.
По мере того, как герцогиня выходила из тени на свет, моё сердце стучало всё сильнее. Пока она величественно не ступила на нижнюю ступеньку. Августа была великолепна! Она выглядела ещё моложе, чем в тот день, когда я встретилась с ней впервые. Бланка совершила настоящее чудо! Кажется, в обычной булочной я нашла настоящее сокровище!
Все незамедлительно принялись делать герцогине комплименты, на что она отвечала, что это всё местный целебный воздух и личная лекарка хозяйки дома. Все взоры сразу же обратились на меня, гостиная превратилась в настоящий птичий базар. Что же они голосистые-то такие?!
— Дамы! Дамы! Обещаю, уже завтра вы познакомитесь с золотыми ручками моего личного лекаря! А сейчас прошу вас занять места в экипажах, наше путешествие начинается!
Глава 30
Рассадить леди и джентльменов по стоявшим за воротами повозкам оказалось делом нелёгким. В каждой пролётке было по два сиденья, и если потесниться, там могли уместиться по пять шесть человек. Но дамы тесниться конечно не желали, дабы не помять свои пышные платья, да и сидеть на одном сиденье с мужчинами, не имеющими к ним отношение, — на такое может решится только очень смелая леди. Эх, пустить бы их в наш переполненный автобус, враз бы о своём этикете позабыли!
Больше всех скандалила баронесса Аида Винсентин, я ещё в день нашего знакомства заметила за девицей стервозный истеричный характер. Она больше всех гоняла сою горничную — милую девушку Мари. Аида требовала к себе постоянного внимания, вот и сейчас, её то не устраивала компания двух леди-подружек, то сама пролётка, то её очерёдность в общем порядке. Она изначально нацеливалась занять место в самом первом экипаже, но терпеть возле себя эту вздорную дамочку я была не намерена. Спасибо Арчибальду, ему с честью удалось разрулить эту ситуацию. В результате Аида уселась в третий по счёту экипаж, разделив его с виконтом и двумя баронами и теперь прикрываясь веером, строила мужчинам глазки.
Остальные гости были не настолько требовательны и спокойно забирались в пролётки, рассаживаясь по местам. Бланку я усадила со стареньким графом и его секретарём. Преклонный возраст графа подразумевает у него наличие возрастных болячек, вот пусть лекарка к нему получше присмотрится, чувствую в нём нашего потенциального клиента.
В конце концов, все расселись. Мы с герцогиней устроились на сиденье первой пролётки, напротив нас расположился Арчибальд и компаньонка герцогини Луизетта.
Наконец-то земской комиссар скомандовал:
— Трогай!
И мы отправились в путь. Сначала мы двигались по улицам города, привлекая
