Читаем без скачивания Правила большой игры - Алекс Орлов

К одиноко скучавшему охраннику присоединился еще один, широкоплечий, с длинными, связанными в «конский хвост» волосами. Под пиджаком у «конского хвоста» болтался пистолет-пулемет «Т-40» с удлиненным магазином. Это не радовало.

С одной стороны, требовалось отвлечь от Гастона как можно больше охранников, а с другой – с сорока метров тренированный человек сделает из их «патсона» решето, особенно учитывая то, что удлиненный магазин «Т-40» вмещал восемьдесят патронов.

– Я достану щиты, – сказал Рон.

– Давай.

Щиты из восьмимиллиметровой легированной стали валялись в багажнике. До последнего момента было неясно, стоит ли их использовать, ведь при необходимости требовалось быстро покинуть машину. А как ее покинешь, если двери забаррикадированы?

– Твою мать! – выругался Рон. – Они неподъемные!

– Железо, Рон, ничего не поделаешь.

Кое– как разместив два листа брони у колен, Барнаби с трудом закрыл дверь, затем начал пристраивать их к дверям. Как и обещал майор, листы были обрезаны так, чтобы не мешать при стрельбе из окна.

– Готовность «один»! – прохрипела рация голо сом Гастона.

– Есть готовность «один», – ответил Джек. Это означало, что им следовало выскочить из засады через одну минуту – Гастон на пожарной машине был уже в пути.

– Запомните, когда вы отстреляетесь и начнете смываться, – инструктировал Гастон, – делайте это быстро, поскольку вам на хвост сядут двое специально отряженных людей на «сьерре». Через три-четыре по ворота они подойдут на дистанцию выстрела. Тут вам придется туго: второй человек в «сьерре» стрелок.

– Нам полагаться только на себя?

– Да. В случае, если они вдруг потеряют к вам интерес и вернутся, это будет означать нашу победу.

Джек смотрел на электронные часы, а Рон все пристраивал броневые пластины так, чтобы они не мешали.

– Осталось тридцать секунд!

– Вот ведь зараза, никак не умещается!

Рон все дергал и дергал зеркальный лист металла, а тот за что-то зацеплялся.

– Двадцать секунд! – Джек придавил педаль газа. – Хватай автомат, вылетаем!

– Да здесь он, со мной, вот только железку эту пристрою…

Джек стартовал на счет «ноль секунд». «Патсон-турбо» взвыл, как штурмующий препятствие танк, и, стряхнув с елочек пыль, выскочил на асфальт. Джек с сожалением отметил, что охранники сразу обратили на них внимание и достали оружие. Пока он разгонялся, они уже брали машину на прицел – так, на всякий случай. Поэтому, как только «патсон» притормозил и из его окна показался ствол «бика», скорострельные пистолеты-пулеметы обрушили на машину огненный смерч. Разрывные и бронебойные пули с активной боевой частью шутя рвали обшивку старого автомобиля, однако два слоя легированной стали делали свое дело – ловили бронебойные сердечники, не пропуская их внутрь кабины.

Рон открыл огонь, и сразу удачно. Один из охранников упал навзничь, его оружие отлетело в сторону. Ответный огонь был страшен. Крыша «патсона» начала вставать горбом от жесткого «начеса», создаваемого разрывными пулями.

Гастон предупреждал: пару секунд контакта – и бежать. Джек честно отсчитал полторы секунды и вдавил педаль газа в пол. Старый мотор «патсона» не подвел и рванул так, что охрана не сразу заметила исчезновение мишени. Пули прошлись по посадке елочек, прежде чем стало ясно: злоумышленник сбежал.

А далее все происходило именно так, как предупреждал майор: одна из секций металлического забора опустилась, и на улицу выскочила бежевая «сьерра». Сидевший рядом с водителем стрелок на ходу дослал патрон, машина, пробуксовывая всеми четырьмя колесами, юзом выкатилась на проезжую часть. Водитель прибавил оборотов, и «сьерра» с ревом понеслась догонять обидчиков.

Едва она растаяла в пыльном облаке, как из ближайшего проулка, снося мусорные баки, выскочила трехосная пожарная машина. Поблескивая никелированными деталями, она подпрыгнула на невысоком бордюре и продолжила движение по стриженому газону. Ее лестница была выдвинута метров на двадцать и поднята на небольшой угол, чтобы ударить в окно, где в уютном кабинете сидел предатель. Готовый к высадке Гастон балансировал на двух последних ступеньках лестницы.

Со стороны главного входа угрозу с фланга заметили слишком поздно – охранники возились со своим раненым товарищем.

Раздался удар, полетели обломки бетона, красная машина застряла в огромной пробоине забора, однако успела дотянуться лестницей до окна. Вместе с осколками стекла и кусками рамы майор Гастон влетел в кабинет полковника Чейни.

Пролетев от окна до шкафа с архивными папками, Гастон ударился о них ногами и рухнул на пол, однако о боли забыл напрочь, его рука твердо держала направленный на полковника пистолет.

– Ты же мог расшибиться, Петер, – покачал головой Чейни. – Что, если бы здесь не оказалось шкафа? И потом – почему ты никогда не стучишься?

– Ошибаешься, я постучал, – возразил Гастон и, решив, что время разговоров вышло, выстрелил. Рука чуть дрогнула, и раненый успел выхватить оружие, однако большего ему не удалось – выстрелив еще дважды, майор пригвоздил его к стене.

В приемной послышался топот.

– Входить по одному! Иначе я взорву здание! крикнул Гастон, чувствуя, что силы покидают его, уж слишком сильно он ударился о шкаф.

Дверь приоткрылась, чьи-то глаза стали изучать Гастона через образовавшуюся щель, видимо проверяя, есть ли у него взрывное устройство.

– Эй вы, кто там? Немедленно представьтесь! собрав всю волю, прикрикнул Гастон начальственным голосом.

А вы кто?

– Я агент «полста-второй» из программы «Лебеди».

Дверь приоткрылась шире.

– Этого не может быть, «полста-второй» из «лебедей» погиб.

– Это тебе полковник сказал, сынок? Он предатель и работал на врага, вот только прикончить меня ему не удалось. Немедленно свяжись с управлением…

– Слышал? Свяжись с управлением! – передал собеседник Гастона кому-то за своей спиной, затем вошел в кабинет.

– Я без оружия.

– Я вижу. Полковник убит, поэтому я временно беру на себя руководство бюро…

– Как только ваши полномочия подтвердят из управления, сэр.

– Хорошо, но «сьерру» с охотниками отзовите пря мо сейчас, они гонятся за моими людьми.

– Хорошо, сэр. Это мы сделаем.

113

Спустя час Джек и Рон уже сидели в одном из помещений бюро, подъезд которого обстреливали совсем недавно. Их стараниями один из охранников получил тяжелое ранение, однако шансы выжить у него были.

Труп Чейни, накрытый простыней, лежал в коридоре. Его должны были забрать в лабораторию. Мимо с озабоченными лицами пробегали сотрудники бюро – им предстояло определить весь перечень дел, к которым прикладывал руку Чейни.

Гастон сидел за столом и хмурился все сильнее. За последние полгода полковник влез в добрую половину операций, и никто вовремя не обратил на это внимания.

Обед ему принесли прямо в рабочую комнату, Джеку и Рону – тоже. Считалось, что они сотрудники Гастона.

После обеда пришел врач. Он настоял, чтобы Га-стон принял пару таблеток, и сделал ему укол в икроножную мышцу – у майора помимо множества ушибов и порезов обнаружилось болезненное растяжение.

За обедом Гастон наскоро рассказал Джеку и Рону, как агитировал пожарный расчет помочь ему. Пришлось даже частично открыться.

– Я понимал, что должен сказать им хоть часть правды, как вам тогда на Шлезвиге, иначе бы они мне не поверили.

– А что с этим водителем?

– Перелом ноги и сотрясение, ничего страшного, а машину уже выдернули из забора аварийным тягачом.

Вскоре пришел один из сотрудников и сообщил, что «все готово».

– Идите с ним, здесь вам уже нечего делать.

Куда? – не понял Джек.

– Здесь на территории есть жилые помещения, там все удобства, ТВ-бокс, горячая ванна, холодное пиво… – Гастон вздохнул. – А мне здесь еще работы на полночи.

Джек и Рон спорить не стали. Встали и пошли.

Они опустились в лифте на пару этажей под землю и зашагали по бесконечно длинным коридорам. Всякий раз, когда казалось, что за очередным поворотом будет тупик, напарники ошибались – коридоры все тянулись и тянулись.

– Вот сюда, – сказал сотрудник и, проведя электронным ключом по датчику, отпер покрашенную темной краской дверь.

Джек с Рон переглянулись. В них проснулись нехорошие сомнения, однако сотрудник терпеливо ждал, когда они войдут.

– Вы нас запрете? – спросил Джек.

– Конечно. – В его голосе звучало некоторое удивление.

– Ну, вперед, Рон, – сказал Джек и первым вошел в помещение.

Оказалось, что их опасения были напрасными, это действительно оказалась просторная двухкомнатная квартира, правда, окна в ней располагались, как в мансарде, наверху, из чего Джек сделал вывод, что снаружи эти апартаменты замаскированы под какие-нибудь промышленные корпуса. Вместе с тем, видеть небо и облака было приятнее, чем какую-нибудь грязную кирпичную стену.