люди, которые нам помогут! — радостно заявил я. — Правда, выглядят эти люди весьма подозрительно. Слышьте, вы, люди, я оставил здесь свой мешок с рудой. Ходил, бродил по подземелью, и когда, наконец, вернулся обратно, меня охватило разочарование: представьте, мешка я на месте не нашёл! Моя серебряная руда исчезла, словно её кто-то украл. Давно здесь бродите?
Люди в плащах замерли на месте и уставились на меня, но я не собирался давать им прийти в себя. Я считал неправильным церемониться с теми, кто хочет тебя кинуть.
— Чего молчим, смурфы? Где мой мешок?! А ну-ка быстро сняли свои рюкзаки, открыли и показали содержимое дяде Вилатосу!
— Пацан, ты… — попытался было вернуть себе инициативу командир троицы, но я ему этого сделать не дал.
— Братан! Меня не слушают!
И напарник среагировал ровно так, как и следовало. Сосредоточившись, Глебос перехватил правой рукой здоровенную секиру, пару раз крутанул её одной кистью. С каждым следующим вращением лезвие секиры багровело. Троица зашевелилась, обнажила клинки. Нападать они не стали — наоборот, нервно ругаясь, попятились прочь.
Вот только сбежать не успели.
— Багровое пламя! — громыхнул Глебос и рубанул по воздуху перед собой секирой. От лезвия протянулась огненная нить: она хлестнула по потолку, унеслась до поворота, прошла в шаге от взвизгнувшего человека, там под жуткий треск раскаленного камня двинулась по стене и исчезла. Края широкой трещины, что осталась после огненной нити, были раскалены и потрескивали. С потолка сыпался мелкий мусор и крошечные каменные осколки.
— Стоять! — рявкнул я. И троица замерла. — Оружие на землю! Вот так, а теперь на колени, на колени, я сказал! Иначе вами займется братан!
Троица, скрипя зубами, подчинилась — ощущать на себе навык Глебоса, который маячил за моей спиной, они не хотели. Я подошел поближе, и пинками отправил клинки незадачливых грабителей подальше.
— Молодцы, люблю, когда всё проходит без сопротивления, убийств и криков покалеченных приключенцев, которым багровой нитью отсекает ноги. Карманы, рюкзаки выворачивайте!
— У нас нет руды… — вякнул командир.
— Ничего страшного, я возьму, что есть. Как вы, говнюки, забирали чужое добро, так я заберу ваше. И капюшоны снимите, чтобы в случае проблем со стражей я знал, с кого спрашивать.
Вот теперь их проняло. Один потянулся было под плащ, но я был быстрее.
Навык активировался мгновенно. Я медленно протянул две руки к незадачливому грабителю: одной ладонью я обхватил его запястье, другой взялся за палец и выгнул его в сторону тыльной стороны кисти до щелчка. А потом — скользнул обратно.
Едва я отключил действие навыка, коридор затопил визг такой громкости, что я едва не подскочил — показалось, в тоннеле появились летучие мыши с седьмого этажа, со способностью оглушающего визга. Но нет — это грабитель таращился на выгнутый палец. Согласен — смотреть на такое страшно. Особенно, если конечность принадлежит тебе, и прежде тебе никто ничего не ломал. После первого раза, правда, к переломам относишься спокойнее.
После того, как воздух в легких визгуна закончился, он набрал новую порцию и завопил:
— Да ты знаешь, кто мой отец?!
— Тот, кто замнет деньгами проблемы, если стража доставит тебя к нему в кандалах? — попытался угадать я. — Капюшоны, господа. Иначе я буду вынужден попросить братана использовать что-нибудь для вашей сговорчивости.
Неудачливые преступники подчинились — потянули капюшоны вверх. Лица всех троих были мне знакомы — с ними я столкнулся у подземелья, когда впервые в этой жизни захотел спуститься сюда.
— Какая удачная встреча, — осклабился я. — Теперь мешки и карманы, господа.
— У меня ничего нет! — выплюнул пацан, баюкающий свою ладонь. — Иди к черту! Я пуст!
Пространственную сумку я опознал сразу — именно такая лежала в моем рюкзаке.
— Действительно? А ну-ка сними!
Пацан зашипел, но подчинился — снял сумку и пару раз встряхнул передо мной. Сумка действительно выглядела пустой, в ней ничего не громыхало, но я даже без использования «оценки» знал, насколько это впечатление обманчиво.
— Доволен?! — рыкнул он.
Я ускорился, выхватил у него из рук артефакт и кинул у своих ног.
— Теперь доволен. За неимением лучшего пойдёт и пространственная сумка. Теперь вы, господа.
«Господ» не пришлось уговаривать — Глебос встал рядом со мной, и раскаленная докрасна секира, от которой веяло жаром, сэкономила нам и время, и слова. Из троицы удалось вытрясти тридцать серебряных монет, кучку меди и ещё одну серебряную чашу. Теперь понятно, почему они в прошлую встречу выглядели избитыми — нарвались на кого-то вроде нас.
— Напомню, что если дело дойдет до стражи, или твой отец попытается устроить нам проблемы, мы будем ловить вас по всему подземелью. И обязательно поймаем, уж будьте уверены. А чтобы потоптанная гордость не подбивала вас на подвиги, подумайте вот о чем: мой друг сегодня использовал далеко не самый свой мощный навык. Просто пересчитайте, сколько раз вы видели такой, или подобный по мощи, а потом задумайтесь — кто его покровители, если у него есть такие возможности. И не сидят ли эти покровители выше каждого из ваших отцов.
— Мы поняли, — процедил пацан. — Не жаловаться, не таить зло.
— Да кто тебе запрещал злиться? — удивился я. — Ради бога. Можем даже встретиться на арене через месяц, если у вас будет такое желание. Но только подкачайся, прежде чем выходить против меня, или против моего друга. А теперь — всего хорошего, приятно было иметь с вами дело, — откланялся я.
— Зачем ты рассказал про мою родню? — мрачно спросил Глебос.
— Да ладно тебе, — отмахнулся я. — Мне нужно было сказать им хоть что-то, чтобы они сейчас не ринулись к страже. Завтра мы идём продавать артефакт, а потом валим из Вяжска. Можно себе позволить быть менее осторожными. К тому же, вряд ли отец этого пацана, даже если примется копать, узнает что-либо о тебе или обо мне, и тем более вряд ли он за эти сутки выйдет на твоего отца. Вокруг ведь время гонцов и почтовых птиц, информация плетется со скоростью хромой кобылы.
Глебос неодобрительно покачал головой, но продолжать спор не стал.
Как только мы отошли подальше от троицы, я спросил:
— А почему ты не использовал плеть во время битвы с ледяным великаном?
— Как — почему? — удивленно уставился на меня Глебос. — Потому что для этого нужна секира, Вилатос.
Ну, разумеется. Как я сразу не догадался, что навык багровой плети не работает с двуручными мечами.
Мы спустились на второй этаж и двинулись уже по нему, но медленнее и осторожнее
Пока мы шли, я рассказывал мечнику, где какие комнаты находятся в подземельях. Рассказал, что на первых этажах
