Глава 23
Джордан был отнюдь не дурак – не для того он принял решение уйти из армии, чтобы снова подвергать свою драгоценную жизнь опасности. Пока Жоли с наслаждением купалась в прохладных, освежающих водах расположенного неподалеку озерца, Джордан, подозвав Эймоса и Гриффина, вкратце, опустив поэтические красоты и лирические отступления, пересказал им услышанную от нее историю.
Эймос слушал молча, задумчиво поглядывая на котелок с кофе, кипевший на огне.
– Ну что же, – подытожил он рассказ Джордана, – я лично вижу дело так: замысливая поход, мы должны были осознавать, что нас могут поджидать разные неожиданности, так что удивляться теперь особо нечему. Правда, я не думал, что нам придется вступить на территорию, которую апачи, судя по всему, считают сакральной. Ровно год назад мне в составе моего девятого отряда пришлось воевать с апачами. И я хорошо изучил их обычную тактику – война на изматывание противника. Это когда избегают крупных сражений, а устраивают частые атаки небольшими группами. Вынужден признать, в этом деле им равных нет.
– Подтверждаю твои слова, братишка, – кивнул Джордан, – мне не раз пришлось испытать это на собственной шкуре.
Налив себе кофе в жестяную кружку, Эймос продолжил:
– Дело было, как сейчас помню, двадцать девятого июля. Лейтенант Гайлфойл с небольшим отрядом почти нагнали Нана у Белых Песков. Индейцы как раз перед этим убили трех мексиканцев. – Эймос поморщился. – Почти нагнали, но апачи все-таки ушли. Как нам удалось вычислить, индейцев было всего с дюжину; значит, основные силы Нана были где-то в другом месте.
Эймос отхлебнул кофе из кружки. Его глаза возбужденно блестели. Казалось, что перед его мысленным взором воскресали события тех далеких дней, когда ему вместе с товарищами пришлось гоняться за отрядом индейцев.
– Мы долго шли за ними по пустыне, пока не оказались здесь, в Сан-Андресе. И хотя мы чертовски устали, да еще к тому же истерли в кровь задницы этими чертовыми седлами, но мы задали им такой бой! В конце концов удача улыбнулась нам – мы отняли у апачей двух лошадей, с дюжину мулов, одеяла и прочее барахло. Двоих из них пристрелили, остальным же удалось перейти Рио-Гранде в шести милях ниже Сан-Хосе. По пути они, как мы узнали потом, убили троих мирных жителей.
Гриффин завороженно слушал негра – обычно Эймос, как и Джордан, не очень любил рассказывать о своих боевых подвигах.
– Они вернулись? – возбужденно спросил он. – Черт побери, не было меня тогда с вами!
Эймос устало посмотрел на Гриффина:
– Да, приятель, вернулись – чтобы отомстить. И весь июль и август не давали нам покоя. Гоняли так, что иной раз приходилось отмахать миль семьдесят в день, спасаясь от них. И всякий раз они появлялись словно из-под земли… Еще четыре мексиканца нашли свой конец у подножия Сан-Матеоса. Тридцать шесть фермеров, что объединились было и вышли на индейцев, решив положить конец их безобразиям, расположились вечером в Красном каньоне на ужин – тут-то эти гады и нашли их ружейным огнем, .. Одного убили, троих ранили, забрали всех лошадей…
– Ты хочешь сказать, что ни одной битвы с индейцами вы не выиграли? – недоуменно спросил Гриффин.
– Отчего же, было пару раз. Где-то в начале августа нам удалось ранить пару индейцев и захватить одиннадцать лошадей – это было, если мне не изменяет память, в Моника-Спрингс. А дней через десять нагнали их милях в двадцати пяти на запад от Сабинала. 'Одного человека мы тогда потеряли, трое наших были ранены, еще один пропал без вести. Сколько потеряли индейцы, не знаю – дальше мы их не преследовали. Наш капитан Паркер решил не рисковать людьми. А через неделю в Хиллсборо – это в пятнадцати милях от Макеверса, – лейтенант Смит с отрядом в двадцать человек снова атаковал индейцев. На этот раз мы победили, но это стоило нам пятерых, включая самого Смита, и отряда местных жителей, который возглавлял некий Джордж Дейли.
– Ничего себе! – вырвалось у Гриффина. – Как это случилось, черт возьми?
– Вообще-то Дейли был сам виноват, что погиб. Мы уже, можно сказать, наступали Нана на пятки, как неожиданно этот хитрый лис повел своих людей в каньон Гавилан. Лейтенант Смит приказал отступать, но эти фермеры уперлись – нет, будем, мол, преследовать… Что, скажи на милость, делать Смиту, не бросать же этих идиотов! В результате погибли и он, и Дейли. Вскоре все эти храбрецы растеряли свой пыл, и тем, кто был еще жив, пришлось бежать поджав хвост.
Гриффин помолчал с минуту, а затем снова спросил:
– Так удалось вам в конце концов поймать Нана или нет? Эймос выплеснул остатки кофе из кружки в костер и угрюмо ответил:
– Нет. В конце августа этот старый лис ушел в Мексику и, насколько мне известно, до сих пор находится там. Может быть, устал от войны, решил какое-то время передохнуть…
– У него, должно быть, целая армия отважных воинов? – предположил Гриффин.
– Ты не поверишь, старик, но начинал Нана с небольшого отряда в пятнадцать человек, а к тому времени, когда подался в Мексику, у него было от силы человек сорок. И этот старый пройдоха, скрюченный к тому же ревматизмом, всего с четырьмя десятками краснокожих держал в страхе всех белых и черных на тысячу верст вокруг! В общей сложности он раз семь-восемь побеждал в серьезных боях с колонистами, убил их с полсотни, а сколько ранил – одному Богу известно, взял в плен двух женщин, отобрал у белых не менее двух сотен лошадей и мулов. Тысяча солдат, не говоря уже о трех-четырех сотнях мирных жителей, не могли справиться с его бандой. Теперь-то ты понял, – горько усмехнулся Джордан, – почему в конце концов мне все это осточертело и я ушел из армии?
– Ты хочешь сказать, что нам предстоит стычка с ними? – встревожился Гриффин.
– Считаю своим долгом предупредить тебя об этом, приятель. То, что мы их заметили, еще полбеды. Беда в том, что они заметили нас.
– И что ты предлагаешь делать? – продолжал донимать вопросами Гриффин. – Вернуться во Франклин? Апачи наверняка пойдут за нами и, боюсь, настигнут нас, как бы мы ни пытались запутывать следы.
– Ты прав. – Джордан поставил ногу на камень, где сидел Гриффин. – Не знаю, кто это – Нана, Джеронимо или Найче, – но ясно одно: от этих ребят вряд ли можно ждать добра.
– Жоли говорит, что это Джеронимо со своими людьми, – добавил Гриффин.
– Джеронимо так Джеронимо, – равнодушно пробурчал Джордан.
– Что ты скажешь, Эймос? – не унимался паренек. – Ты за то, чтобы вернуться или идти вперед?
– Я за то, чтобы идти вперед, – решительно произнес негр. – Как я уже говорил, отправляясь в этот поход, мы должны были отдавать себе отчет, что он может быть рискованным.
