Этот пистолет я не видел уже какое-то время, Леди совсем не спешит им пользоваться. Подняв взгляд от оружия, я увидел, что на темном бетоне возле помойки лежало тело. Существо с бледной кожей, из которого вытекал желтый гной. Это был чертов монстр, голову которого я чуть ранее размозжил ботинком.
Рядом с трупом обнаружился открытый оружейный кейс, откуда я похоже и достал пистолет, по крайней мере форма подходила. Опустив взгляд вниз, я увидел, как мои хромированные руки-гориллы сжимают пушку. Мой нейроинтерфейс тут же сообщил, что с помощью нейролинка установлена связь с дополнительным оборудованием.
Стоило мне дать разрешение на подключение к умному устройству, как пистолет в моей руке засветился и над ним появилось изображение полупрозрачной девушки. Белая кожа, покрытая темными татуировками, и свисающие вниз белые волосы…
— Хааааа… — тяжело вздыхаю, вновь оказавшись в тоннеле Киносуры.
Видение было таким ярким, словно я действительно оказался в том переулке, где убил совсем не монстра, а техника из Найт-корп, которого шантажировала подпрограмма ЗЛА, чтобы он выкрал тестовый ИИ. Он пришел в тот переулок, после чего я втоптал в грязь его голову…
— Обнаружен конфликт в нейроматрице: цикл подчинения блокирует функцию саморазвития, — вновь раздался механический голос у меня в голове.
Тихо пробормотав нечто матерное, я заскользил вниз по тоннелю, ощущая, как мой лед едва может сдержать чужое присутствие. Призраки за моей спиной положили на меня свои руки, я ощутил, что моя защита усилилась, получив дополнительные вычислительные мощности.
Немного придя в себя, я двинулся дальше. Нужно поскорей добраться до сервера, чтобы загрузить в него Харона. Только так я смогу на равных сражаться с диким искином, что обитал в местной подсети. Я бы мог вынырнуть из тела, но боюсь меня просто поджарят, либо же оставленное тело моментально возьмут под контроль.
Пройдя коридор, я оказался на развилке, вокруг были технические помещения, а впереди толстая железная дверь, но она стала медленно открываться. Изнутри светил приглушенный белый свет и клубился туман, словно приглашая меня зайти внутрь. Поскольку особого выбора у меня все равно не было, это был единственный проход в комплекс, я двинулся вперед.
Стоило мне добраться до ворот, как перед глазами потемнело, а я сам увидел черный заслон. Огромная стена, которая отделяла старую сеть. Я был к ней так близко, бункер буквально расположился вплотную к этому монстру, частично проникая в черную стену, сквозь которую ученые Милитеха проделали дорогу из желтого кирпича.
Через эту прореху мог пройти любой желающий, попасть в старую сеть, вот только последняя экспедиция пошла дальше, их нетраннеры попытались выйти на связь с самим черным заслоном, получить над ним контроль. Существу, которое там обитает, пришлось это не по нутру, и оно отправило свою подпрограмму уничтожить здесь все. Вот только, как и любая подпрограмма, лишившись «родительского» контроля, дикий искин не смог или не захотел вернуться назад.
Стоило мне войти в лаборатории, как из вентиляции резко появился желтый манипулятор, который схватил меня за голову. Приподняв меня над полом, я увидел из короба вентиляции красный визор Цербера. Вот только в этот раз роботом управляла совсем не Леди. Эта штука крепко сжала мою голову, способная в любую секунду ее раздавить, словно гнилой арбуз. Схватившись за манипулятор, я повис в воздухе, не способный самостоятельно освободиться.
— Конечно, в этой лаборатории нашелся Цербер, — хрипло произношу, ощущая, как нагревается мой хром.
Не сумев обойти мою защиту, эта тварь решила подключиться ко мне напрямую. Мне стоило ожидать чего-то подобного, вот только у меня не было ничего, чем я смог бы уничтожить эту жестянку. Слишком эти штуки прочные, созданные почти неуничтожаемыми для обычного оружия и опасных сред.
— Нервная система цели захвачена. Перенос данных на главную матрицу завершён… — успел я услышать, прежде чем оказаться в другом месте.
* * *
Мне снилось, что я тону. Это неприятное ощущение, когда ты не можешь ничего контролировать. Вздрогнув, я открыл глаза, услышав предупреждение, что поезд подъезжает к станции. Я сидел на кресле, место рядом со мной пустовало. Сонно протерев глаза, я выглянул в окно. Довольно живописный вид Чешского пригорода мелькал вдоль пути. Небольшие домики с красной черепицей, много зелени, но чем ближе мы подъезжали к городу, тем больше появлялось проводов и типичных серых офисных зданий.
— Миллер, это Рихтер, я на месте, — мои глаза пожелтели, я позвонил своему куратору из Бундесвера.
— Принято, введем тебя в курс дела, сразу как прибудешь, ты сразу в отделение? — раздался в ответ уверенный мужской голос.
— Если не застряну на пропускном пункте, — сухо отвечаю.
— Документы у тебя в порядке, просто не привлекай к себе внимание, — раздалось в ответ.
Абонент отключился, я же ощутил, как поезд стал тормозить. Мне никогда не нравилось работать в Чешской Республике. Эта страна стала самой богатой страной в Центральной Европе, вот только сделала она это за счет дешевой рабочей силы, которая хлынула из Союза, когда партия утратила былую власть.
После вторжения в Польшу в конце 2018, страна и вовсе развалилась на истинных Панов, и всех остальных, которые устанавливают себе дешевый хром, чтобы хоть как-то выжить. Отчего хром стал прочно ассоциироваться с дешевой рабочей силой, с полу гражданами, которые живут в гетто. На этом фоне стали популярны биоимпланты, которые стоили дорого, и при этом не выглядели, как дешевый хром.
Прага, несмотря на свой живописный вид, мне никогда не нравилась. Куча арабов, которые прибыли сюда после Ближневосточного Кризиса, Русских, которые бежали от «СовОйла» и беспредела банд. Куча дешевого хрома, богатств, и пропасти между трущобами и центром. Самая богатая страна в Центральной Европе, и при этом с самым большим числом нищих. Рай для корпораций, и ад для обычных людей. Отчего здесь завелось подполье, которое устраивало теракты и в целом погромы. Меня отправили на усиление местной ячейки Бундесвера.
Покинув поезд, я увидел на перроне вокзала целую кучу полицейских, одетых в тяжелые бронежилеты и каски, которые полностью скрывали лицо. Полицейские не скрываясь носили тяжелое оружие, проверяя документы у прибывших. Причем больше всего они обращали внимание на хромированных людей. С одной стороны, их можно понять, но с другой… куча придурков, которые помешаны на расовой сегрегации.
Мне навстречу двинулась Анна, мы с ней встречаемся уже два года, она мой секретарь, а заодно аналитик, который обрабатывает все данные, которые я получаю во время расследования. Ценнейший сотрудник, которую я пообещал защищать. Мы познакомились в Праге, мне нужно было проверить, не является ли она агентов Советов.
Белая кожа, покрытая
