Когда такое было вообще?
Но с ней мне гораздо спокойней. Вроде как всё самое дорогое моему сердцу со мной, на законном месте. Без её задорной улыбки, придающей мне сил, я не могу прожить и дня.
Мы могли бы с лёгкостью оставить дочь у семейства Уваровых. Тем более, как таковой опыт у них уже имеется, хоть и небольшой.
Но куда им ещё один пузанчик? Пускай и на пару часов. У них сейчас своих забот полон дом. А так у меня будет колоссальная поддержка. Мне она сейчас как никогда необходима.
По мере приближения к часовне меня начинает дико колошматить всего. Как будто, блин, это я замуж выхожу, а не Прелесть.
Так, стоп. Ну, вообще-то, подобное происходит со мной впервые. Да, мне немножко страшновато.
Кого я пытаюсь обмануть? Мне охренеть как множко страшно.
Кольца на месте, Конфетка сзади сидит лыбится, Яна с восторгом поглядывает на меня, сидя в пассажирском кресле машины, клятву на ходу придумаю. Ничего вроде не забыл. Значит, всё должно пройти на высшем уровне.
Подъезжаем к знаменитой в Лас-Вегасе часовне. Уже успело стемнеть за то время, что мы ехали. Я сверяюсь с наручными часами.
— Успели, сейчас как раз наше время начнётся!
Я быстро освобождаю Конфетку от ремней автомобильного кресла, сажаю её на свои плечи.
Она любит ездить на мне. Хохочет так заразительно, выдирая мои волосы с корнями.
В который раз засмотревшись на Яну, стоявшую на крыльце часовни, я мысленно вою волком и давлюсь собственными слюнями.
Шикарная женщина! И моя! Теперь так уж точно!
Яна собрала волосы в пучок, открыв своё милое личико, на котором светится обезоруживающая улыбка. На ней обтягивающее белое платье, что так классно подчёркивает её округлившийся животик.
Она уже на шестом месяце, а живот, как и в прошлый раз, только-только начинает проявляться.
Так и не узнал бы, что беременна, если бы сам не прислушался в своему шестому чувству. Коварная женщина решила скрыть от меня, а, может, как и в прошлый раз думала, что само пройдёт.
Она у меня немножко того... Двинутая, но, блин, как же я её люблю!
Готов кричать всему свету об этом без остановки. Чтобы на другом континенте слышали то, как я не могу жить без неё. Я совершенно точно пропал бы без неё. Она стала моим спасением. Я нашёл в ней долгожданное исцеление, успокоение души и искупление всех грехов своих.
Кто, если не она?
Не устану повторять: только она. Только Яна.
А сегодня она станет всецело моей на законных основаниях.
Чёрт возьми, я сам себе не верю!
Ещё раз глянув на своё совершенство, я зажимаю кулак между зубов.
Кто скулит тут? Ах, да! Это же я. Просто теперь я сам себе завидую, что сдерживать эмоции нихрена не получается.
Я ровняюсь с Яной, галантно подставляю ей свой локоть. Прикид у меня, конечно, далёк от галантного джентльмена. В драных джинсах и косухе я реально смахиваю на настоящего рокера, но главное ведь не внешний вид, а внутренние качества. Внутри я чёртов джентльмен. До неприличия галантен, обходителен и... сексуален само собой...
Яна обвивает мою руку и мы входим в часовню за руку. Судя по взмокшей ладони Яны, понимаю, что очко сжимается здесь не только у меня. Она, видать, тоже вся как на иголках.
Внутри нас встречают работники местной часовни, разодетые как скоморохи. Я сразу же достаю из кармана кожанки уже давно заполненную форму заявления на бракосочетание и коробочку с кольцами, чтобы они побыстрее приступили к своим прямым обязанностям, вместо того, чтобы тискать за щёчки мою Конфетку. Эта сладкая булочка способна вызвать умиление и сокрушить каменное сердце даже у самой угрюмой бабки на овощном рынке.
Осмелюсь предположить, что Яна думает, что этот брак не будет считаться действительным в России, но хрен она угадала.
Я заморочился так, что ей теперь не отделаться от меня как минимум никогда.
К тому же, с её стороны это было всего лишь упрямством. Так она проверяла мои чувства к ней.
Только вот проверка эта уж больно затянулась. Я уверен, что прошёл проверку ровно тогда, когда впервые услышал, как она пукает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пердани при мне кто-либо другой, я бы выставил вон, не церемонясь! А тут даже приятно.
Сразу же после пука мы переехали в Вегас, и нам было уже не до свадьбы. Спустя время Яна узнала, что ждёт ребёнка, и по окончании хоккейного сезона мы решили остаться в Штатах и не возвращаться в наш райский уголок, по которому мы оба безумно скучаем.
К слову, Прелесть до трясучки боится перелётов, будучи даже слегка беременной. Она всерьёз думает, что от давления её живот может лопнуть, как шарик. Я когда услышал это из её миленького ротика, чуть со смеху на месте не сдох.
Ну как? Как не любить такое чудо? Моё чудо из чудес...
— Молодые, вы готовы к бракосочетанию? — спрашивает помощница ведущего, я нервно киваю, глянув на порозовевшую Яну.
Расслабь ты уже булки! Ну, не на расстрел же нас отправляют, в конце концов.
Двустворчатые расписные двери распахиваются и мы втроём входим в помещение, где проводят мини-церемонии вроде нашей. Формально вообще-то мы вошли вдовём. Конфетка так и сидит на моих плечах, болтая ножками и улюлюкая на своём эльфийском языке.
Рука об руку мы ступаем на ковёр, не спеша проходим по прямой, где по бокам расставлены белоснежные скамьи, украшенные цветами, на которых сидят покупные гости. Обычно их приглашают, когда у новобрачных нет гостей. Да, я подкупил гостей, потому что точно не знал, что суженая моя, наконец, соизволит согласиться, после стольких безжалостных отказов.
Подражатель Элвиса Пресли уже стоит за стойкой в ожидании начала церемонии.
Он даже нисколько не удивлён лицезреть нашу счастливую троицу. Наверное, на своём веку видал и похлеще экземплярчики.
Крепко держась за руки, мы становимся напротив резной стойки и мои нервы сдают ко всем херам.
Я готов буквально чечёку здесь забабахать, колошматит как всего, но вместе того, чтобы унять свои нервы, я начинаю балаболить без умолку. Слова несутся из меня, как дерьмо по сточным трубам:
— Элвис, ты не поверишь! — я предусмотрительно поднимаю руки вверх и затыкаю Конфетке ушки. — Короче, мы познакомились с этой сексуальной пышкой всего десять минут назад. Она отсосала у меня за углом и я понял, что это сама судьба! Поэтому мы сейчас здесь!
— Кирилл? Что ты несёшь? — Яна лупит на меня ошалелые глаза.
— Ладно, я пошутил! На самом деле это я вылизал её досуха.
— Прекрати! Я сейчас передумаю вообще! — она хватает ртом воздух в возмущении.
Выставляю руки, еле сдерживая смех.
— Хорошо-хорошо! Вот сейчас говорю правду. Я знаю её всю её жизнь. У нас есть дочь, — киваю наверх. — И на подходе сын. Мою девушку зовут Прелесть, дочь Конфетка, а сына я назову в вашу честь. Как вас зовут по-настоящему?
Мужчина, нисколько не задумываясь, отвечает:
— Авраам ДеБлюю.
Нервно моргаю.
— ДеБлюю, — повторив, пробую имя на вкус и чуть сам не блюю от его звучания. Отмахиваюсь, сморщившись. — Это уж слишком! Назову сокращённо — Лёхой. Ну так что? Вы пожените меня на моём смысле жизни? Долго мне ещё ждать?
Яна прочищает горло, заливаясь с ног до головы краской.
— Не обращайте на него внимания, уважаемый... Элвис... ДеБлюю, — она зыркает на меня, пригрозив сжатой ладошкой, я как обычно целую этот маленький кулачок. — У него нервный срыв. К тому же он с утра на энергетиках. Я три года отказывала ему, а тут согласилась на свою голову и у него на радостях крыша поехала, — снова бросает на меня сердитый взгляд, что так забавляет меня.
— А ты мариновала бы меня ещё дольше, я бы тогда вообще, наверное, с ума сошёл, — припираюсь я, и слышу громкое "да", сказанное дочерью. — Слышала? Даже Конфетка в шоке! Естественно, у меня стресс.
— Можно подумать мне сейчас легко! — размахивает она руками. — Я ношу твоего ребёнка в животе! Я стала размером с бегемота.
— Максимум морского слоника.
