Риз завел лошадей в конюшню и продолжал ворчать, расседлывая их:
– Ну, конечно. Я на минутку забыл, что ты знаешь все на свете.
Джем помолчала, закрывая двери, чтобы спастись от пронизывающего ветра. При этих ехидных словах к ней вернулась прежняя боль. Просто такова была ее природа, она старалась быть впереди и вести за собой других. Почему Ризу так неприятно это?
– Не все, – тихо ответила она.
Риз в сердцах захлопнул дверцу стойла.
– Ну почему ты все время так поступаешь, Джем? – Он обхватил руками ее голову. – Ты сводишь меня с ума. Сначала ты ведешь себя, как мужчина. Потом ты раскисаешь и начинаешь сентиментальничать на Рождество. Потом ты решаешь снова стать мужчиной. А теперь ты подставляешь мне свою сестру-идиотку.
– Идиотку?
Риз схватил ее за руки и встряхнул.
– Ты что, не слышала, что я сказал?
– Да, ты назвал ее идиоткой.
Риз слегка ослабил хватку и провел ладонями по ее рукам.
– Ты слышишь только то, что хочешь. Джем обняла его за шею, проведя пальцами по волнистым волосам на затылке.
– Тебе что, не нравится общаться с Лили?
– Она похожа на сироп, которым обливают жирные пирожные. Слишком сладкая, слишком липучая и никогда не закрывает рта.
Джем рассмеялась, представив себе, что бы сказала Лили, услышав это сравнение. Но когда она встретилась взглядом с Ризом, ее смех оборвался.
– Я не могу измениться, Риз. Я никогда не стану похожей на Лили или Абигейл, и, по-моему, я даже не хочу этого.
В ее глазах вспыхнул уже знакомый Ризу огонь. Это была самая упрямая женщина из всех, что ему доводилось встречать. Когда ее рука нерешительно коснулась его щеки, Ризу пришлось признать, что она всегда способна пробудить в нем чувства, которые он так старательно сдерживал.
Их губы слегка соприкоснулись. Это было новое обещание. Вкус ее губ воспламенил Риза.
Он снял с нее тяжелое шерстяное пальто и притянул ее к себе. Свежий запах ее кожи всегда вызывал в нем возбуждение. Джем не употребляла духи, но от нее приятно пахло мылом и ароматным шампунем. Когда Риз тихонько пощекотал ее за ухом, Джем вздохнула и прижалась к его груди.
Воздержание предыдущих нескольких дней сказалось на обоих. Словно бы миновали не дни, а целые месяцы, Джем и Риз не в силах были противостоять страстному желанию.
– Но мы в конюшне, – прошептала Джем.
– Неважно, – ответил он, на всякий случай прикрывая ворота плотнее. Спальня сейчас казалась им слишком далекой отсюда, так велико было их нетерпение.
Руки Джем скользнули ему под пальто, отвернули полу и встретились с ладонями Риза. Джем схватила Риза за руки и начала покрывать их жадными поцелуями. Она вдыхала его ни с чем не сравнимый запах, наслаждалась прикосновениями к его бархатной коже. Сбросив с себя пальто, Риз заключил ее в объятия и услышал ее стон, когда его ладонь сжала грудь Джем. Едва Джем решительно протянула руку к его брюкам, Риз испытал острую волну возбуждения. Через несколько секунд он был готов.
Они быстро избавились от одежды, и Джем, как всегда, ощутила блаженство от прикосновения к коже мужа. Как всегда, Риз залюбовался ее изящной фигурой. Тусклый свет фонаря выхватывал из полутьмы ее длинные ноги. Ее груди, высокие и твердые, набухли, когда Риз приник к ним в поцелуе.
Их ждала горка чистой соломы, показавшаяся им мягче пуховой перины.
Словно одержимая, Джем никак не могла насытиться прикосновениями к его телу. Ее тянуло к каждому мощному мускулу, к каждой чувствительной точке на теле Риза. Она принялась лихорадочно целовать его. Когда ее губы спустились к его ногам, она покрыла поцелуями внутреннюю часть бедер, подражая тому, как он прежде ласкал ее. Риз дрожал от наслаждения. Когда она коснулась губами его напрягшегося члена, Риз поднял ее и посадил сверху.
Ощутив жар его бедер, Джем застонала от блаженства. Груди ее качнулись и прижались к его груди. Риз обнял ее и перевернулся вместе с ней, не разжимая рук. Толчки его стали глубокими и медленными. Джем двигалась им навстречу, обнимая его ногами.
– Ну, кто из нас хозяин? – требовательно спросил Риз, переводя дыхание.
Джем помотала головой из стороны в сторону, избегая его взгляда. Но он заставил ее смотреть себе в глаза.
– Кто?
Тело ее извивалось от наслаждения, но Джем не желала покориться его воле. Губы ее отыскали его рот в попытке прекратить расспросы. Но когда поцелуй прервался, Риз снова спросил:
– Кто, Джем?
– Никто, – наконец ответила она, не желая подчиняться, но и страшась, что он оставит ее неудовлетворенной.
Бедра его прижались к ее ногам, и Джем подалась навстречу. Когда Риз почувствовал, как сильно она желает его, он проник еще глубже и дал ей насладиться сполна. Но едва он попытался встать, она остановила его:
– Останься.
Риз откинул с ее лица пряди волос, погрузившись взглядом во влажный блеск ее глаз.
– Зачем?
Джем почему-то застеснялась.
– В такие моменты почему-то очень хорошо. Я так не люблю, когда ты уходишь.
Риз ответил ей самым нежным поцелуем.
Джем почувствовала, как сильно забилось ее сердце.
– Для тебя я всегда буду оставаться, Джем.
Джем закрыла глаза, скрывая непрошеные слезы. Что она будет делать без этого человека? Боль, переполнявшая ее сердце, ясно говорила о том, что она не сможет этого выдержать.
ГЛАВА 32
Лязг дверных засовов разбудил Риза и Джем неожиданно. В смятении они пытались выбраться из-под соломы, которой Риз прикрыл их на ночь. Вход в конюшню был забаррикадирован грудами сена, которые он навалил перед дверью, чтобы ветер не распахнул ее.
С вечера они раздумывали, стоит ли идти домой из конюшни. Но взглянув на слепящую метель, застилавшую дом, оба поняли, что выходить в такую бурю было бы глупо. Достаточно отклониться на десяток шагов от цели, и можно замерзнуть насмерть.
Они могли бы проспать всю ночь в тепле и уюте под плотными пальто и соломой, а с утра незаметно проскользнули бы в дом.
Но эти надежды рассеялись при звуке отпирающихся засовов. Джем и Риз попытались отряхнуть солому со своей одежды, когда шум голосов стал слышнее.
Едва дверь распахнулась, они замерли: в конюшню ворвались Пит и Лили.
– Славу Богу, вы целы! – Лили бросилась к сестре и обняла ее со слезами на глазах. – Мы не нашли вас в доме и подумали, что вы заблудились в этой метели. Я хотела поехать назад и поискать вас, но Пит убедил меня сначала заглянуть сюда.
– Черт побери, мы не хотели доставлять вам беспокойство, – ответил Риз. – Когда мы распрягли лошадей, то поняли, что до дома можем уже не добраться. А как вы попали домой?
– Мы остались на ночь в гостях и поехали с утра, когда прояснилось. Только дурак отправился бы в такую бурю, – ответил Пит.
