Принцип 13. Сообщение результатов. Поскольку слова исследователя могут иметь для родителей и детей последствия, о которых исследователь не догадывается, сообщая результаты, давая оцен-5 ки и рекомендации, необходимо соблюдать известную осторожность.
Принцип 14. Ответственность ученого за последствия научных открытий. Исследователь всегда должен помнить о социальном, политическом и общечеловеческом значении своего исследования и с особой осторожностью представлять результаты своей работы. Этот принцип, однако, не лишает исследователя права работать в любой научной области или права соблюдать правила предхтавления научного отчета.
Источник: «SRCD Ethical Standards for Research with Children», Society for Research in Child Development, 1990, Newsletter, p. 5-6.
барьеров. Основное назначение этих барьеров, конечно же, гарантирование прав ребенка. С точки зрения исследователя, эти меры защиты имеют дополнительный смысл. Во-первых, важно не только как следует продумать меры по обеспечению этичности при планировании исследования, но и убедительно доказать этическую безупречность своего проекта другим людям. Исследование может осуществиться только в том случае, если в его ценности и этичности будет уверено множество людей. Нужно предусмотреть время для получения одобрения различных инстанций. В зависимости от того, насколько удачным будет сотрудничество с теми или иными учреждениями, между этапом планирования исследования и началом сбора данных может пройти несколько, недель, а то и месяцев.
Следует еще раз подчеркнуть один момент. В этом разделе особое внимание было уделено мероприятиям, гарантирующим соблюдение прав ребенка, принимающего участие в исследовании. Однако тот факт, что столько инстанций имеет возможность защитить ребенка, не снимает личной ответственности исследователя. Как уже было сказано, в конечном счете, ответственность за соблюдение этических норм всегда лежит на том, кто проводит исследование.
Права испытуемых
Информированное согласие
Участие в исследовании должно быть добровольным. Нельзя проводить обследование без ведома объекта обследования; нельзя также принуждать к участию в исследовании. Эти принципы объединяет в себе положение об информиро;ванном согласии: испытуемые должны заранее знать, в чем будет состоять исследование, и дать свое недвусмысленное согласие на участие[ 5 ].
Принцип информированного согласия достаточно легко декларировать, но осуществление его на практике связано с массой трудностей. Именно об этих трудностях мы и поговорим. Начнем с более подробного рассмотрения компонентов этого понятия: «информированное» и «согласие». Затем перейдем к вопросам, непосредственно связанным с обследованием детей.
Определение «информированное» подразумевает, что простого согласия на участие недостаточно; прежде чем дать свое согласие, испытуемый должен получить достоверные сведения о сути исследования. Основным источником информации об исследовании для потенциального испытуемого служит «бланк информированного согласия», подписание которого свидетельствует о готовности принять участие в исследовании. Цель составления этого документа — донесение в доступной форме, без использования специальных терминов, всех сведений об исследовании, которые необходимы для взвешенного решения о том, принимать ли предложение исследователя. Все наблюдательные советы с особым вниманием относятся к бланкам согласия, которые намеревается использовать исследователь, и все наблюдательные советы сверяют их с действующими нормативными требованиями к этим документам.
Несмотря на наличие четких норм, иногда бланки согласия не в полной мере выполняют свою функцию информирования. Это связано с рядом обстоятельств. Исследователь может столкнуться с трудностями при составлении текста «на языке, доступном для понимания испытуемыми» (American Psychological Association, p. 1608). Большинство психологов имеют довольно скромный опыт составления текстов, адресованных непсихологам, и не все успешно справляются с этой работой. В одном из обзоров наблюдательных советов (Tannenbaum & Cooke, 1977) была произведена оценка доступности изложения в бланках для согласия. Было установлено семь уровней доступности, от «очень легкого» (уровень комиксов) до «очень трудного» (уровень научной и специальной литературы). В обзоре было обнаружено, что 55% бланков для согласия попадают в категорию «трудных», категорию, соответствующую учебным и академическим работам; 85 % всех бланков попали в категорию трех высших уровней, «умеренно трудных», «трудных» и «очень трудных»; и только 2 % были отнесены к первым трем категориям, «очень легких», «легких» и «умеренно легких». Вывод, следующий из этих данных, очевиден: бланки для согласия не могут выполнять свою функцию информирования, если изложенные в них сведения находятся на уровне, недоступном для понимания многими людьми.
Кроме того, бланки согласия не в полной мере выполняют свое назначение, если часть информации об исследовании намеренно замалчивается. Характер некоторых исследований требует, чтобы испытуемые не знали заранее о цели некоторых процедур. Иногда сокрытие информации принимает форму неполного раскрытия — просто утаивания от испытуемых сути некоторых аспектов исследования. Вспомним, к примеру, описанное в главе 5 исследование Хорка и Фэрроу (Horka & Farrow, 1970), в котором изучалась коммуникация между испытуемыми. Валидность такого исследования может сохраняться, только если детям не будет известен ни истинный предмет исследования, которым является коммуникация между испытуемыми, ни факт замены правильного ответа. В других видах исследования отсутствие полного информирования принимает форму активного обмана: не просто предоставления неполной информации, а намеренное введение испытуемых в заблуждение относительно некоторых аспектов исследования. Описанное в главе 4 исследование Либерт и Бэрона (Liebert & Baron, 1972) — наглядный пример. В этом исследовании не было никакого ребенка, игравшего в соседней комнате, и в то же время измерение агрессии основывалось на вере испытуемого в то, что он
либо помогает, либо причиняет боль другому ребенку. В психологии развития ряд исследовательских процедур требует использования либо обмана, либо (чаще) сокрытия части информации. В качестве упражнения было бы полезно, знакомясь с различными исследовательскими подходами, описанными в заключительных главах этой книги, попытаться определить, какие из процедур требуют использования обмана или неполного раскрытия.
Неудивительно, что неполное раскрытие с этической точки зрения представляется более приемлемым, чем активный обман. Тем не менее и неполное раскрытие, и обман подразумевают нарушение принципа информированного согласия, поскольку испытуемые не получают ■полной информации об исследовании, прежде чем дать свое согласие на участие. В каких случаях использование подобных процедур оправданно?
Из тех норм этики, о которых говорилось выше, можно вывести ряд практических правил. К обману или неполному раскрытию можно прибегать лишь тогда, когда проблематика исследования имеет большое значение, а другого способа собрать необходимые данные не существует. Исследователь может использовать эти приемы только после того, как независимый наблюдательный совет согласится с тем, что их использование оправданно. Хотя испытуемым нельзя рассказать об исследовании все заранее, они должны узнать как можно больше, за исключением, естественно, того, что впоследствии может исказить их ответы. К фактам, о которых испытуемые должны быть осведомлены обязательно, относится риск, связанный с участием в исследовании. По завершении обследования испытуемые должны получить исчерпывающую информацию обо всех целях и экспериментальных процедурах, в отношении которых они находились в неведении. Наконец, и это самое главное, и наблюдательный совет, и исследователь должны быть убеждены, что использование неполного сокрытия или обмана не причинит испытуемым никакого вреда.
Как это всегда бывает, декларировать общие принципы намного легче, чем воплощать их на практике в реальных жизненных условиях. В следующем разделе, обсуждая исследования, которые могут нанести вред испытуемому, я еще вернусь к этим вопросам, в частности к проблеме использования обмана.
Обратимся теперь ко второму компоненту термина «информированное согласие*-, к понятию «согласие», Чтобы иметь значение, согласие должно подразумевать нечто большее, чем подпись в бланке для согласия: согласие должно быть добровольным. Понятие «добровольность» не означает, что люди должны сами обращаться к исследователям с просьбой разрешить им стать испытуемыми; не означает оно и того, что исследователи должны отказываться от любых попыток убедить потенциальных испытуемых принять участие в исследовании. Однако это означает, что испытуемых нельзя заманивать в исследование ложными обещаниями или принуждать принять участие посредством использования власти. Это означает также, что испытуемых нельзя заставлять продолжать участие в исследовании, если они недвусмысленно выразили желание из него выйти.
