— вакуум. То есть Вольфраму конец. С гарантией. Да и у самой Юми шансов не так много — узкий коридор, до гранаты метров пять от силы. Бронежилет может и выдержит осколок, но руки, ноги, да и шлем — без шансов. Придётся делать всё, что пират скажет.
— Я понял больше, чем ты сказал, — ответил Вольфрам тем временем. — Предложение еще в силе.
— А ну заткнулся, дерзить он мне тут будет! — взревел детина. — Оба-двое, магазины отстегнуть! Затвор дёрнуть, и контрольный спуск! Во, теперь оружие на пол. Резче, сучка, не тормози!
Оба автомата легли на пол. Юми даже руки вверх подняла. Она не знала что делать.
— Предложение в силе, — спокойно повторил Вольфрам.
Одновременно с этим у Юми включилась радиостанция, и голос в наушниках произнёс:
— Как только шагну вперед — становись мне за спину! Быстро!
Вольфрам говорил одновременно по воздуху и по радио, причем разные слова. Не было времени думать, как такое возможно. Юми вздохнула, приготовилась…
— Ты меня на понт не возьмешь! — ревел детина, размахивая грнатой. — Эль Торо…
— … упустил свой шанс, — закончил за него Вольфрам.
И шагнул вперед. Юми замешкалась. Вольфрам сделал еще шаг и оказался вплотную к Эль Торо. Тот отшатнулся назад, понял что не успевает, и разжал пальцы. Граната плавно, как в замедленной съёмке, полетела на пол, скоба отскочила в сторону, сработал запал… И тут Вольфрам поймал гранату. Выражение лица Эль Торо за долю секунды поменялось со злобного и решительного на озадаченное — граната не долетела до пола и каким-то образом оказалась у него в сумке, рядом с магазинами.
А Вольфрам одной рукой схватил за ремень сумки около плеча и дёрнул, второй — упёрся Эль Торо в грудь. Сумку утянуло за спину
— Э?.. — удивился пират.
— Пута мадре, — подсказал Вольфрам.
И тут граната взорвалась.
Юми ударило взрывной волной как будто со всех сторон сразу. Переходной коридор раздулся, а потом лопнул, пробитый осколками. Взрыв за спиной толкнул тело пирата вперед, на Вольфрама, и тот проскользил ботинками по полу, удерживая равновесие. А потом аккуратно уронил пирата на спину. Здоровенный детина стал каким-то… рыхлым, как будто только скафандр держал форму его тела. Юми старалась не думать, что там на спине.
И тут заголосила тревожная сигнализация в скафандре девушки.
«Наружное давление 0,7 бара, быстро снижается! Ноль пять бара!»
Воздух стремительно выходил из коридора. Юми кинулась к Вольфраму… и в ужасе отшатнулась обратно. Она примерно представляла, что происходит с телом человека в вакууме. Теоретически. А теперь видела это своими глазами. Вздувшиеся вены, кровь из носа, ушей и глаз… Глаза Вольфрам сразу же крепко зажмурил. Но продолжал двигаться как ни в чем не бывало. Подобрал автомат, зарядил свежий магазин.
— Капитан, — сказал он по радио. — Бегите в корабль, готовьтесь к отлёту. Боевые системы включите заранее. Я — за Виктором.
— Но ты же…
«Давление — ноль бар!» — объявила сигнализация.
Ноль бар. Вакуум. Сквозь прорехи в коридоре видно звезды.
— Капитан, здоровья мне это не добавляет, — спокойно продолжал Вольфрам. — Рекомендую максимально ускориться.
Сказал — и побежал в сторону тамбура, оставив девушку обдумывать происходящее.
Глава 22
Виктор с трудом переставлял ноги — потеря крови уже сказывалась. В глазах мутнело, в висках стучало, и дыхалка тоже стала подводить. В таком состоянии долго не повоюешь. Но пыльная штора уже совсем рядом, шагов тридцать. За ней тамбур, а за тамбуром — «Кицунэ», а на борту кибермедсестра Эмма. Она поможет. Ну или по крайней мере когда на неё смотришь — сразу настроение поднимается. И жить хочется. Может, потому её такой и нарисовали? Главное — пройти еще несколько шагов…
И тут сзади грохнул выстрел. Пуля пробила ранец с радиостанцией и застряла то ли в ней, то ли в задней бронеплите. Виктор полетел на пол лицом вперед. Ударился сильно, но даже не почувствовал боли — голова уже плохо работала. Следом прилетел могучий пинок в бок. Виктора перевернуло на спину, и он наконец увидел противника. Забрало его шлема было в мелких трещинах — осколками прилетело, а может и пулей вскользь — но за ним можно было разглядеть лицо с характерной бородкой-эспаньолкой. Необычная внешность, запоминающаяся. Сплошная «особая примета». Из всей толпы разношерстых пиратов на записях с буя под описание подходил только один человек. И он явно был очень зол.
— Родригез… — хмыкнул Виктор.
— А ты что за хрен с горы? — рыкнул пират. — Бросай оружие, щенок!
Пистолет-пулемет смотрел Виктору прямо в лоб. А вот руки у Родригеза дрожали. Нервничает. Глаза на выкате, зубы скрипят от злости. Того и гляди палец на спуске дрогнет.
— Ладно, ладно, — ответил Виктор.
Поднял здоровую руку, показывая что сдаётся. Закашлялся, потом медленно стянул с шеи ремень автомата и оттолкнул оружие в сторону. Уперся правой рукой в пол и кое-как поднялся на колени.
— Говори, кто ты! — начал Родригез. — На кого работаешь? Джексон? Ли Шисань?
Виктор стал вспоминать персоналии из записей с буя. Мозг усиленно сопротивлялся — организм пытался отключиться то ли от шока, то ли от потери крови. А тут еще какое-то чудо стволом в лицо тычет. Дурак, не иначе. Но кое-что удалось вспомнить. Речь явно об одном из капитанов, а их не так много.
— Джексон… — Виктор закашлялся, наполовину специально. — Джексон скряга, за сраный полтинник удавится. Я ему не по карману. Ли Шисань…
И выдержал паузу. С Ли Шисанем Родригез постоянно ругался. Иногда такими словами, что впору за оружие хвататься. Тот не отставал, отвечал тем же. Бандиты могут насмерть передраться и за меньшее. Но Виктора не покидало ощущение, что при личной встрече эти непримиримые конкуренты по контрабандному бизнесу чуть ли не целуются в дёсны. А все ссоры — игра на публику. Родригез сам подал подсказку. Первым вспомнил Джексона, который козёл и скряга, он нем весь радиобуй такого мнения. А вторым — лучшего друга. Вдруг предаст? Потому что не уверен, что сам бы не предал.
— Тебя послал Ли Шисань? — прорычал Родригез.
— Мимо, капитан, — усмехнулся Виктор и снова закашлялся.
Поссорить Родригеза с лучшим другом было бы логично. Но слишком просто. Может и не купиться. Значит нужно тянуть время как-то еще. Пусть перебирает варианты. Тем более
