Британская дипломатия достигла своей цели — не предоставлять России свободного прохода ее военных судов через Проливы, умело используя то обстоятельство, что Извольский не мог открыто признаться в своей сделке с Эренталем в Бухлау за счет славянских народов. Париж и Лондон показали в решительной форме русской дипломатии, что дорога к мирному разрешению вопроса о Проливах идет из Петербурга не через Берлин и Вену, а через Лондон и Париж.
Главная задача России во время Боснийского кризиса заключалась в том, чтобы дела на Балканах не перешли в такую острую фазу, когда военные действия станут неизбежными. Россия не была готова к вооруженному столкновению и зависела от союзников, которые решили не принимать участия в возможном противостоянии Сербии и Австро-Венгрии.
Россия также была вынуждена отступить перед фактическим ультиматумом Германии и со своей стороны принудила Сербию к уступке Австро-Венгрии. Сыграло свою роль и то обстоятельство, что Англия в ноябре 1908 г. не поддержала высказанную Извольским во время визита в Лондон готовность признать аннексию Боснии и Герцеговины в обмен на усиление позиций России в отношении Черноморских проливов. Публичное унижение побудило Россию ускорить свои вооружения на суше и на море. Боснийский кризис закончился победой германо-австрийского блока. Он определил расстановку сил на международной арене, приведя к укреплению англо-русских и франко-русских союзных отношений, сплочению Антанты, а также выявил неподготовленность России к войне. Боснийский кризис 1908–1909 гг. явился одним из самых серьезных международных кризисов, предшествовавших Первой мировой войне.
После Боснийского кризиса основная задача России заключалась в том, чтобы избегать, по возможности, международных осложнений. Сознание того, что понесенное Россией дипломатическое поражение серьезно ухудшило ее внешнеполитические позиции и прежде всего — на Ближнем Востоке, чрезвычайно беспокоило правящие круги. Однако уже в 1911 г. Россия решила использовать начало военных действий Италии против Турции, чтобы еще раз попытаться открыть Проливы для российского военного флота. Российский посол в Константинополе Н. В. Чарыков предпринял демарш с целью заручиться согласием великих держав на обсуждение вопроса о Проливах между Россией и Турцией.
Петербург возлагал большие надежды на переговоры с Лондоном по этой проблеме. Несмотря на отрицательную реакцию Британии в 1907–1908 гг., Россия рассчитывала если не на ее поддержку, то хотя бы на непротиводействие. Британская дипломатия, в свою очередь, рассчитывала на то, что Германия и Австро-Венгрия будут активно возражать против открытия Проливов. По существу, германское правительство также было противником изменения режима Проливов. Однако оно не захотело упустить возможность обострить русско-английские противоречия на Ближнем Востоке и выразило поддержку России.
Союзные Англия и Франция не одобряли русско-турецкие переговоры Чарыкова, считая неблагоприятным момент для русско-турецкого сближения вследствие войны между Италией и Турцией. Правда, в третьем туре переговоров с царизмом о Проливах Грей снова сделал маленькую уступку. Он соглашался поддержать в Константинополе вариант, предложенный Извольскому в 1908 г., то есть открытие Проливов для всех стран. Британия и на этот раз ничего не имела против открытия Проливов для военных судов всех наций, а не только для России, ибо это превратило бы Черное море в морской оплот Российской империи.
Перемены, происшедшие в международной обстановке, и прежде всего тот факт, что Германия превратилась в главного соперника Британии, заставили британскую дипломатию, нуждавшуюся в поддержке Петербурга в противостоянии с Германией, менять свою тактику в отношении русских притязаний. Поэтому в вопросе о Проливах она оказалась вынужденной прикрывать свою негативную позицию дипломатическими рассуждениями. Это имело решающее значение в провале русско-турецких переговоров об изменении режима Проливов.
Бомбардировка Дарданелл Италией во время итало-турецкой войны сильно встревожила Европу, так как никогда раньше вопрос о Проливах не приобретал такого жизненно важного значения. Прекращение торгового судоходства через Проливы в результате закрытия Дарданелл затронуло торговые интересы европейских держав, особенно Англии и России.
Борьба великих держав за влияние на Среднем и Ближнем Востоке и на Балканах делала проблему Черноморских проливов все более актуальной. Сразу же после окончания итало-турецкой войны последовало новое обострение ситуации в Балканско-Ближневосточном регионе. Выступление Балканского союза против Турции побудило российское правительство вплотную заняться вопросом о возможности высадки российского десанта на берегах Босфора. Однако успех операции гарантировала только внезапность ее проведения. Черноморский флот не располагал необходимым количеством транспортных судов для одновременной переброски 5-тысячного отряда. От плана пришлось отказаться и еще по одной веской причине. Франция и Англия решительно выступили против подобной акции. Без их согласия царское правительство не отважилось на эту меру.
Во время первой Балканской войны британская дипломатия предложила России произвести нейтрализацию Черноморских проливов, если балканские союзники овладеют Константинополем.
Проблема защиты Константинополя и Проливов от захвата их болгарами выявила противоречия России не только с Тройственным союзом, но и с партнерами по Антанте. В то же время нерешенность вопроса о Черноморских проливах была залогом того, что Россия останется в Тройственном согласии и выступит в надвигавшейся войне на стороне Франции и Англии. Оставление Проливов в руках Турции представлялось тогда наиболее желательным не только для России, но и для всей Европы, в неприкосновенности турецкой столицы были в той или иной мере заинтересованы все великие державы.
Во время балканского конфликта Британия обозначила два условия для вступления ее в войну против центральных держав: если в результате спровоцированного противником выступления Франции война станет всеобщей и если ответственность за агрессию со всей очевидностью ляжет на Берлин и Вену. Между тем Британия стремилась предотвратить усиление противостояния между Россией и Австро-Венгрией и удержать их в европейском концерте, не допустив развязывания общеевропейской войны.
Во время войн на Балканах Россия избегала самостоятельных шагов, предпочитая совместные выступления с другими державами. Она не пыталась использовать ситуацию, для того чтобы изменить режим Черноморских проливов, несмотря на энергичный нажим определенных сил внутри страны. Для выполнения десантной операции по захвату Босфора у России не хватало ни транспортных средств, ни войск. Полная материальная необеспеченность каких-либо активных акций побудила царских министров выступить в несвойственной им роли защитников Турции и ее владения Проливами.
К середине 1913 г. все устремления России в отношении Проливов были направлены на сохранение статус-кво, чтобы оттянуть решение судьбы Проливов до того времени, когда царизм будет располагать для этого соответствующими возможностями.
Бухарестский мирный договор не положил конец ни борьбе между Балканскими государствами за приобретение новых территорий, ни соперничеству между европейскими державами за сферы влияния на Балканах и Ближнем Востоке вообще. Балканские войны еще более углубили противоречия между двумя империалистическими блоками, на которые разделилась Европа.
В результате Балканских войн 1912–1913 гг. произошло значительное ослабление Османской империи. Воспользовавшись создавшимся в Турции положением, Германия предприняла ряд мер по укреплению своего влияния в этой стране. Самой важной из них явилась отправка на берега Босфора осенью 1913 г. германской военной миссии во главе с Лиманом фон Сандерсом.
Конфликт, возникший между Россией и Германией вокруг назначения германского генерала Лимана фон Сандерса командующим армейским корпусом, расквартированным в Константинополе, был последним серьезным дипломатическим кризисом кануна Первой мировой войны 1914–1918 гг. Этот конфликт еще раз вскрыл глубокие противоречия, существовавшие между Тройственным союзом и Тройственным согласием, напряженную борьбу великих держав за влияние в Турции, за контроль над Проливами.
Россия не могла допустить, чтобы Германия заняла господствующие позиции в районе Проливов и завладела «ключами от дверей». Нахождение Проливов в руках сильного государства означало полную зависимость экономического развития юга России от этого государства. В российских правящих кругах укрепилось мнение о необходимости усиления боевой мощи Черноморского флота и преобладания российского флота над турецким.
