Литвин быстро вернулся и выглядел запыхавшимся и возбужденным.
— Ты чего? — уставился я на него, быстро проснувшись и потирая глаза.
— Там, — показал он рукой направление, пытаясь нормализовать дыхание, — дорога.
— И что? — я попытался вспомнить карту. Ну да, к востоку от нас должна быть дорога, ведущая к заброшенному ныне городу Северному, второму аванпосту.
Литвин тяжело дышал — явно бежал сюда сломя голову, поэтому объяснялся короткими фразами.
— Видел маров. Двое, с ними пленник.
Я уж было хотел ответить, что нам сейчас не до разборок с марами — у самих раненый на руках, как следующая фраза Литвина заставила изменить мое решение.
— У них животное. Большое. С рогами.
«Оп-па. Похоже, это бубал», — решил я. И этот бубал может решить наши проблемы — я-то ломал голову, как дотащить шкуры до нашей пещеры с учетом того, что Шендр ничего нести не сможет. Сам бы дошел, и уже хорошо.
А вот если мы сможем сейчас грохнуть изгоев и забрать у них бубала (или как он там называется), то все у нас будет прекрасно — заберем все, вернемся в пещеру, переработаем шкуры и отправимся в Речной.
— Шендр! Дойти сможешь? — это единственный вопрос, который меня сейчас беспокоил.
Шендр кивнул и поднялся на ноги. На мгновение его лицо перекосила гримаса боли — зацепил или побеспокоил рану.
Спустя двадцать минут мы лежали в кустах, и я через свой дальномер наблюдал за лагерем изгоев. Похоже, они собирались продолжать путь в ближайшее время — собирали пожитки, тушили костер.
Пленник, о котором говорил Литвин, связанный по рукам и ногам, сидел с угрюмым видом возле бубала.
Я навел дальномер на его лицо — уж больно оно мне показалось знакомым. Ну, точно — знаю я его!
Что же, получается атака на маров, которую я планировал, состоится не по сугубо меркантильным причинам, как я думал изначально, а будет преследовать вполне себе правильную цель — спасти человека от рабства. Да, пусть эта цель появилась только сейчас — уже не важно. Мы теперь однозначно «хорошие парни», а мары — «плохие». А в то, что пленник попадет в Шахты в качестве раба, я даже не сомневался. Максимум — подойдут к городу и попытаются вытрясти из него деньги.
Часть Четвертая. Полоса белая, полоса черная
Глава 1. Рекрут
Я вновь посмотрел через дальномер на собирающихся маров и пленника. Мары вооружены сравнительно неплохо — какие-то охотничьи карабины и на поясах в кобурах пистолеты. Какие именно — не разобрать. Проверил еще раз и пленника: молодой, с русыми волосами, худой и высокий. Наверняка выше меня на голову, а то и больше. Нет, определенно, ошибиться я не мог — это был один из сопровождающих Тэкса. Кажется, его представили как Кийко. Интересно, как он оказался в руках маров, почему один и куда делся Тэкс и этот…егерь — проводник, что с ними был? Строгов, кажется?
Ну, не суть. И вообще — спасение паренька, как бы ему от этого грустно ни было, для нас второстепенная задача. А вот главной я считаю захват этой вьючной животины, бубала то бишь.
Этот трофей может нас серьезно выручить. Причем не только сейчас, но и вообще — зачем тащить на собственном хребту шкуры, если их можно взвалить на этот рогатый грузовик?
— Интересно, а что они везут? — пробормотал Литвин.
Я хмыкнул. Вот ведь, черт… И ведь даже не подумал о том, что действительно, мары могут перевозить нечто ценное. Хотя, их всего двое, разве это достаточная охрана для неких ценностей?
А с другой стороны, кого им опасаться? До Речного далеко, идут по дороге, с оружием. Судя по всему, идут не первый раз и нападения зверей не боятся (интересно, почему?), не боятся и нашего брата колониста. Быть может, где-то свернут с дороги на тропинку? И вообще, куда они идут? В Северный? Похоже на то. А откуда? Из Шахт, скорее всего. Но вот зачем идти на заброшенный аванпост, ума не приложу. Или их место назначения намного ближе?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— И куда это они, интересно, идут? — продублировал мои мысли Литвин.
Вспомнив карту и прикинув наше текущее местоположение, пусть и приблизительно, я пришел к выводу, что все верно — идут они в сторону Северного где, по идее, никого и ничего нет. Вот только в то, что все это время они шли по дороге, верилось с трудом. Наверняка есть какая-то тропа, по которой они срезают через Туманный лес. Если идти по дороге — дойдешь до развилки, так называемого «Угла». А там колонисты бывают часто, как я понял. Собственно, высок риск того, что двух маров не только захочет завалить, но и наверняка завалит группа колонистов с ОСЗ в руках. Ну, точно, не будут мары так рисковать. Эх, узнать бы, где именно эта тропа… Что-то мне подсказывает: такое знание очень даже пригодится, причем в ближайшее время.
— Я, конечно, не знаю, что они там везут, — наконец ответил я Литвину, — но подозреваю, что это нам пригодится.
— Однозначно, — ухмыльнулся Литвин, — нет, ну интересно, а куда они это тащат?
— Для начала нужно узнать, что именно тащат, — философски ответил Шендр, кривящийся от боли и держащийся за раненое плечо, — может это и будет подсказка про место назначения.
— В принципе, нам какая разница? — пожал плечами Литвин.
— Не скажи, — ответил Шендр, — всяко может случиться и пригодиться. Информация не шкура — на спину не давит.
Литвин хмыкнул, но ничего не ответил.
— Ну что, будем нападать? — поинтересовался я у подельников.
— Нет, блин, мимо пройдем! — хищно ощерился Литвин.
— А ты что скажешь? — поинтересовался я у Шендра. Из нашей тройки он, пожалуй, был самым острожным и продуманным.
— Атаковать надо, — наконец изрек Шендр, — риск, как мне кажется, окупится. Вон, как минимум оружие с них возьмем. Да и пареньку тому надо помочь…
— Но?
— Но я не уверен, что получится их быстро снять. На дальней дистанции только моя винтовка работает. Ваши лук и дробовик — не вариант.
— Ну да, конечно, — хмыкнул Литвин, — как раз мой лук — отличный вариант.
— С чего вдруг?
— А ты так и не понял, почему вместо такого же дробовика, как у Мика, я взял лук? — поинтересовался Литвин.
— Да кто тебя знает? Для охоты…
— Лук — это бесшумное оружие, — ответил Литвин, — и дистанция у него приличная. Это с дробашем метров на семь, как минимум надо подходить, а я и с пятидесяти попаду.
— Если пробьешь броник, — скептически хмыкнул Шендр.
— Пробью, не переживай! — Литвин достал из нагрудного кармана наконечник для стрелы. Выглядел он как длинное шило, как минимум сантиметров 5–6. — Если в башку попаду — труп гарантирован.
— Если попадешь, — Шендр выделил первое слово, — а если нет — могут начаться проблемы. А еще, к слову, после твоих стрел останутся характерные раны. По ним можно вычислить, что стреляли не из обычного огнестрела. А любителей ходить с луком я тут, на Хрусте, кроме тебя не наблюдаю.
— Вот поэтому мы с Миком подойдем поближе, а ты нас прикроешь, — предложил Литвин, — если накосячу, то ты подстрахуешь. А что касается ран — что-то я сомневаюсь, что среди маров найдутся детективы-медэксперты, которые будут рассматривать раны.
— Не нравится мне такой план, — мрачно заметил Шендр.
— Другого нет.
Я же продолжал рассматривать маров через дальномер.
— Литвин! — позвал я.
— А?
— Надо, чтобы ты снял того, слева.
— Старого? С плешью? — напряг зрение Литвин, рассматривая маров.
— Ага! Стреляй в него. Действуем по твоему выстрелу.
— Не вопрос.
— А второго постараемся взять живым.
— Зачем? — в один голос спросили и Литвин и Шендр.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Хочу все-таки узнать, куда это они направляются.
— Это лишний риск, — неодобрительно буркнул Шендр.
— Ну, можно попробовать… — ответил Литвин. — Грохнуть его всегда успеем.
— Только смотри — если сразу не отвечает на вопросы или начинает торговаться, юлить, пугать — вали его! — предупредил меня Шендр, уже поняв, что мы с Литвином всерьез решили взять языка живым.
