Читаем без скачивания Мужчина в полный рост (A Man in Full) - Вулф Том

Он все же последовал совету тещи — надел белую рубашку с длинным рукавом, галстук, однобортный пиджак темно-синего цвета, купленный в Уолнат-Крик два года назад, и серые шерстяные брюки. Пиджак оказался тесноват, а верхняя пуговица рубашки не застегивалась, отчего галстук скособочился. Огрубевшие руки Конрада, предмет оскорбительных выпадов миссис Оти, торчали из рукавов. И все же он не жалел, что надел свой единственный приличный костюм.

Конрад заполнил анкету и потом еще долго ждал посреди этих дергающихся в тике стульев, которые наводили уныние. В приемную доносились стрекот и лязганье электрических пишущих машинок; Конрад лениво размышлял: «Почему машинки? Ведь в объявлении говорилось о работе с компьютером».

Вскоре секретарша подозвала Конрада и представила его сотруднице по имени Кэрол. Девушка оказалась не старше его — веселое личико, молочно-белая кожа и пышные рыжеватые волосы, полноватая, но с очаровательной ямочкой на подбородке и еще более очаровательными ямочками на щеках, которые появлялись, когда Кэрол улыбалась. А улыбка прямо-таки не сходила с ее лица.

Кэрол провела Конрада в кабинку со стенами, обклеенными плитами из ДСП — на так называемое автоматизированное рабочее место. В кабинке с трудом поместились два серых стула и стол, на котором покоилась большая пишущая машинка фирмы «Ай-би-эм». Через тонкие стены доносилось «та-та-та» электрических машинок. Пока девушка протискивалась между столом и стулом, ее короткая юбка натянулась, облегая полное бедро. Кэрол оказалась такой… волнующей! Почувствовав возбуждение, Конрад смутился и покраснел. И улыбнулся Кэрол. Она улыбнулась в ответ, и улыбка вышла до того искренней, а во взгляде было столько доброжелательности! Затем девушка принялась изучать листы заполненной анкеты. Немного погодя она спросила:

— Вы когда-нибудь работали в офисе? Тексты приходилось набирать?

— Нет, но нас учили в колледже. Я два семестра ходил на компьютерные курсы.

Девушка снова уткнулась в анкету.

— Ну что ж, главное — компьютерная грамотность. Плюс знание орфографии.

У Конрада мелькнула озорная мысль. А что, если пригласить ее на чашку кофе? Или даже пообедать?! Время к обеду, а с собой у него чуть больше ста долларов. Конечно, не стоит шиковать в центре Окленда… А ну как собеседование затянется? Похоже, все к тому и идет… Ничего такого, просто перекусить… Ведь он заслужил это… после всего… ему это пойдет на пользу… к тому же…

Девушка перешла к тесту. Он состоял из двух частей: проверка навыков работы с компьютером и проверка умения набирать текст. Кэрол вручила Конраду планшетку с вопросами и достала маленький кухонный таймер из белого пластика. Заведя таймер на пятнадцать минут, она поставила его на стол.

— Удачи вам! — сказала девушка, выходя из кабинки. — Вопросы несложные, вот увидите.

Они действительно оказались несложными, к тому же надо было всего-навсего выбрать правильный вариант из предложенных. «Как удалить две строки в абзаце?» «Как скопировать текст?» «Как сохранить набранный текст?»… Конрад ответил на все вопросы задолго до звонка. И набрал сто баллов. Чтобы проверить, как Конрад набирает текст, девушка закрепила на небольшой подставке рядом с машинкой листок с текстом. При этом она склонилась, и Конрад уловил приятный аромат. Он снова испытал прилив возбуждения.

Кэрол, все также наклоняясь, уперлась руками в колени. Ее лицо оказалось совсем рядом с лицом Конрада.

— По моей команде начинайте печатать… вот отсюда.

Она показала на абзац вверху страницы.

— Печатайте, пока я не остановлю вас. Время — пять минут. Хорошо? Задание не бог весть какое. Тридцати слов в минуту будет вполне достаточно. Уверена — вы справитесь.

— В колледже я печатал восемьдесят пять слов в минуту, — похвастал Конрад. — Но давно не практиковался, так что вряд ли выдам рекордную скорость.

— Восемьдесят пять? Вряд ли у меня кто был с такой скоростью.

Конрад услышал игривый смешок. Ему показалось, что он чувствует тепло ее щеки, хотя едва ли это возможно на таком расстоянии. У него снова мелькнула озорная мысль — обхватить лицо девушки и поцеловать.

Вместо этого он повернулся и спросил:

— Можно задать вам вопрос?

Кэрол тоже обернулась. Ее лицо оказалось так близко, что он увидел не два глаза, а три… и много-много ямочек… До чего же она жизнерадостная! А сколько в ней игривости! Эти розовые щечки… она так и пышет здоровьем! Конрад пребывал в совершенном опьянении.

— Конечно!

Лицо у Конрада стало пунцовым. «А что, если… Нет, не сходи с ума!» И вместо этого спросил:

— А почему мы печатаем… почему печатаем на машинке? Разве работа будет не на компьютере?

— Да-да, на компьютере, — подтвердила девушка.

При этом она даже не отклонилась назад и смотрела на него, все так же улыбаясь. Конрад почувствовал в ее дыхании едва слышный аромат мяты. Ему это понравилось. Ему понравилось в Кэрол все.

— Но мы должны проверить вашу скорость печати и аккуратность. На компьютере определить качество работы не так-то легко — можно вернуться назад и стереть опечатку.

Девушка тронула ребристое колесико, и большая машинка с гудением включилась, окутанная облаком восхитительного аромата духов и мяты.

Кэрол встала и в очередной раз повернула короткий, толстый рычажок на таймере.

— У вас пять минут, — сказала она. — Печатайте, сколько успеете и как можно аккуратнее. А я вернусь и остановлю вас. Договорились? Ну как, готовы? Тогда… начали!

Девушка поставила таймер на маленький столик.

— Удачи!

Что за чудесная улыбка! Самая чудесная из всех, какие он только видел! Кэрол вышла.

Конрад сделал глубокий вдох и установил руки в исходную позицию, приготовившись печатать не глядя. Время пошло. Он глянул в первый абзац: «Данное соотношение можно легко вывести посредством сравнения реального (с поправкой на инфляцию) капитала, рост которого вызвал оживление на рынке розничных продаж электротоваров в 1971–1975 и 1983–1987 годах (рис. 4–6). За последний период реальный капитал возрос до 736 миллиардов 100 миллионов долларов по сравнению с…».

Конрад сосредоточил внимание на первых словах… «Данное соотношение можно…» и ударил по клавишам. Колесико с буквами моментально подскочило и выдало жуткое «ра-та-та».

Конрад тут же понял — что-то не так. Посмотрел… Вместо «Данное» у него вышло «Лвннннру». Вместо «Д», «а», «о» и «е» он попал по соседним клавишам «Л», «в», «р» и «у». Ударив по «н», он попал по нужной клавише, но задержал палец и вместо «нн» получилось «нннн». Конрад ужаснулся — как такое могло случиться? Придется начать сначала. Однако чистого листа бумаги не нашлось. Конраду вспомнились слова девушки: им нужно видеть, как он печатает — насколько аккуратно… или неаккуратно.

Конрад прокрутил валик на несколько интервалов вверх и начал сначала. Очередное пулеметное «ра-та-та». Он посмотрел, что вышло… «Данное соотношениу»… «соотношениу» вместо «соотношение». Ударяя по клавише «е», он задел «у». Может, перепечатать? Нет времени. Нажав на клавишу заднего хода, Конрад напечатал поверх «у» букву «е». Однако это мало помогло — получилась «е» с какой-то загогулиной.

И тут он догадался — руки! От тяжелого физического труда пальцы так раздались и огрубели, что постоянно задевали соседние клавиши или же били слишком сильно, повторяя буквы. Руки потеряли свою былую чувствительность! Они превратились в пару мускулистых лапищ! «И это мои, мои руки!» Конрад уставился на свои руки, как будто увидел их впервые.

Таймер громко тикал, неумолимо отсчитывая секунды. Прошла минута, а он выдал всего-навсего с десяток слов, да и те со сплошными опечатками. Конрад осторожно установил руки обратно на клавиатуру — он отчаянно надеялся, что умение вернется к нему. Иначе как быть? Конрад посмотрел в текст: «рынке розничных продаж»… «Ра-та-та-та-та…» и получилось: «пфгке розничгых пподаж»… На лбу выступила испарина… Эти руки, которыми он совсем недавно гордился… они все равно что лапы неразумной скотины, вьючного животного… Даже не верится! А гудение машинки все громче и громче… «Ну, парень, ты же у нас большой! Так давай покажи! Я готова — смотри, вон какое гудение… А ты?» И таймер тикает — тик-тик-тик-тик-тик…

Конрад окунулся в работу, продираясь через текст, печатая поверх, забивая буквой «х» то, что невозможно было поправить — вспыльчивые клавиши выстукивали бешеное «ра-та-та-та». Главное — дойти до конца, главное — напечатать весь текст.

Очень скоро — дзинь! — прозвонил таймер, и на пороге появилась Кэрол. Конрад смотрел на лист бумаги, не отрываясь. Тут не то что сто пятьдесят, и девяносто слов едва ли наберется. Отрывок, напечатанный в один интервал, с забивками, исправлениями, повторами и неправильными отступами выглядел каким-то маленьким черным клочком с отпечатками шин.