Читаем без скачивания Восемь миллионов способов умереть - Лоуренс Блок

Нервы...

Вспомнил, что где-то здесь упал на тротуар. В том месте, где разбилась бутылка, до сих пор валялись осколки стекла, но кто его знает, откуда они. От той же бутылки или нет. Да каждый день в городе разбивается миллион бутылок...

Пошел дальше, по направлению к «Армстронгу». Войдя, заказал кусок пирога с орехами и чашку кофе. Правую руку держал в кармане, а глазами обшаривал помещение и каждого входящего и выходящего. Покончив с пирогом, снова сунул руку в карман и чашку держал уже левой.

Немного погодя заказал еще кофе.

Зазвонил телефон. Трина сняла трубку, затем подошла к бару. За стойкой стоял плотный парень с темно-русыми волосами. Она что-то сказала ему, и он направился к телефону. Говорил недолго, всего несколько минут. Затем повесил трубку, оглядел пространство и двинулся ко мне.

Он сказал:

— Скаддер? Я Джордж Лайтнер. Нет, мы не знакомы. — Он выдвинул стул и сел. — Только что звонил Джой, — сказал он. — Кругом все спокойно. Наши ребята сидят в «меркурии», а снайперов он посадил вон в том доме, напротив, на втором этаже.

— Прекрасно!

— Я здесь не один, вон там, за первым столиком, еще двое наших. Мне показалось, вы их засекли, когда входили.

— Засек, — сказал я. — И вас тоже. Подумал: «Он или „фараон“ или киллер».

— Господи, что за глупости! Такое милое, тихое местечко... Вы здесь, насколько я понял, завсегдатай?

— Бываю реже, чем хотелось бы.

— Приятное место!.. Надо бы заглянуть сюда как-нибудь потом, когда можно будет пить что-то покрепче кофе. Сегодня они кучу денег заработают на этом кофе. Вам, мне, двум нашим ребятам... Озолотятся.

— Кофе тут очень хороший!

— Да, неплохой. Уж куда лучше, чем те помои в участке. — Он щелкнул зажигалкой «Зиппо» и закурил сигарету. — Джой говорит, что никакой активности пока не наблюдается. Все под контролем. У вашей подруги тоже сидят наши, охраняют. Потом еще парочка в Ист-Сайде: приставлены к тем трем шлюхам, — он усмехнулся. — Насчет этого народа можно было бы не беспокоиться. Их ведь всех не прикроешь, верно?

— Верно.

— Сколько вы еще здесь пробудете? Джой считает, что этот парень должен вот-вот появиться. А если нет, то тогда вообще вряд ли сегодня появится. Будем прикрывать вас на всем пути — отсюда до гостиницы. Конечно, не следует исключать и тот вариант, что где-нибудь на крыше или на одном из верхних этажей они посадили своего снайпера. Против него мы почти бессильны. Нет, мы проверили крыши, но чуть раньше. Так что полную безопасность не гарантирую.

— Думаю, он не из тех, кто действует на расстоянии.

— Тогда все у нас в порядке. А пуленепробиваемый жилет надели?

— Да.

— Знаете, здорово помогает! Хотя, конечно, от сильного прямого удара ножом не всегда может спасти. Но мы ведь не собираемся подпускать его к вам близко. Мы считаем, что если он вышел на охоту, то совершит нападение где-нибудь на пути из бара к вашей гостинице.

— Я того же мнения.

— Ну, и когда вы собираетесь бросить ему перчатку?

— Через несколько минут, — ответил я. — Вот только кофе допью.

— Посидите, — заметил он, поднимаясь. — Можете не спешить. Сидите себе спокойненько и наслаждайтесь кофе.

Он вернулся к стойке. Я допил кофе, встал, прошел в туалет. Еще раз проверил револьвер и убедился, что все четыре патрона на месте, там, где им полагается быть. Я мог бы попросить Деркина дать мне еще пару патронов, чтобы заполнить барабан полностью. А еще он мог бы дать мне оружие понадежнее, более крупного калибра. Но он понятия не имел, что у меня есть этот маленький револьвер, а я вовсе не хотел говорить ему об этом. И потом, судя по всему, мне вообще не придется стрелять. Убийца должен попасть прямо к нам в лапы.

Но только так никогда не бывает.

Я расплатился по счету. Дождь почти перестал. Я посмотрел на «меркурий», потом — на окна зданий напротив, через улицу. Интересно, где они там посадили своих снайперов? Впрочем, не важно. Сегодня ночью для них никакой работы не предвидится. Похоже, наша рыбка не заглотнула наживку.

Я дошел до Пятьдесят седьмой улицы, стараясь держаться поближе к краю тротуара — на случай, если он засел где-нибудь в подворотне или подъезде. Шел медленно, в глубине души надеясь, что был прав и что наш «друг» не предпримет попытки нападения с расстояния. Потому что пуленепробиваемый жилет не всегда может остановить пулю. И уж ничто не может защитить человека от прямого попадания в голову.

Но это все не важно. Его здесь не было. Черт его знает, где он там прячется!

И тем не менее, войдя в гостиницу, я с облегчением перевел дух. Я был разочарован и одновременно обрадован.

В вестибюле торчали трое в штатском. Вычислить их не составляло особого труда. Я ненадолго задержался, осматриваясь, и вдруг увидел, что вошел Деркин. Подошел к своим, о чем-то пошептался с ними, потом направился ко мне.

— Мы засветились, — сказал он.

— Похоже на то.

— Дьявольщина! — буркнул он. — Но ведь мы не оставили почти ни одной лазейки, перекрыли все входы и выходы. Должно быть, учуял что-то, мерзавец, а вот как — ума не приложу. А может, еще вчера улетел домой, в свою задрипанную Боготу? А мы расставили тут ловушки для человека, который уже на другом континенте.

— Возможно.

— Во всяком случае, спокойно отправляйся спать. Если, конечно, не слишком, взвинчен, чтобы уснуть.

Пропусти пару рюмашек — и вырубишься сразу часов на восемь.

— Хорошая мысль!

— Ребята проторчат внизу весь вечер. Ни посетителей, ни новых жильцов. Пожалуй, все же оставлю одного дежурного на ночь.

— Думаешь, это необходимо?

— Думаю, не повредит.

— Ну, как знаешь.

— Мы бросили на это дело свои лучшие силы, Мэтт! И обедня того стоила, если бы удалось выкурить эту тварь. Потому что только одному Богу известно, удастся ли прочесать этот город и найти торговцев изумрудами. Может, и повезет, а скорее всего — нет.

— Понимаю.

— Ну ничего. Рано или поздно мы все равно эту вонючку достанем! Ты же знаешь.

— Ясное дело.

— Ладно, — сказал он и немного замялся. — Так ты это, пойди поспи как следует. Лады?

— Хорошо, не волнуйся.

Я поехал на лифте. «Ни в какой он не в Южной Америке, — думал я. — Да это же ясно, как Божий день, что ни в какой он не в Южной Америке! Он здесь, в Нью-Йорке, и будет убивать снова, потому что ему это понравилось».

Возможно, он занимался этим и раньше. А может, убив Ким, впервые словил кайф. Ему понравилось, и он снова займется кровопусканием, и в следующий раз ему уже не нужен будет предлог. Просто жертва, комнатка в каком-нибудь мотеле и верное мачете в руках.

«Выпей пару рюмок», — посоветовал Джой.

А мне совсем не хотелось пить.

Десять дней! Вот улягусь спать трезвым, как стеклышко, и будет ровно десять дней.

Я достал револьвер из кармана и сунул его в ящик стола. Нащупал в другом кармане браслет из слоновой кости и положил рядом с револьвером. Он все еще был завернут в бумажное полотенце из кухни Ким. Снял слаксы и пиджак, повесил их в шкаф, потом снял сорочку. Освободиться от пуленепробиваемого жилета было не так-то просто, а уж носить его — просто мука. Я знал, что именно поэтому большинство полицейских предпочитают обходиться без жилетов. С другой стороны, кому охота схлопотать пулю.

Я все же стащил с себя эту штуковину и бросил на туалетный столик, в ящике которого лежал револьвер. Да, нечего сказать, жилетик этот — вещь очень удобная, к тому же довольно теплая. Я просто взмок под этой тяжестью, и на майке, в подмышках, проступали темные круги. Я снял майку, трусы и носки, и тут что-то щелкнуло или звякнуло... Во мне словно сигнал тревоги сработал. Я обернулся и увидел, как распахнулась дверь ванной комнаты...

Он заполнил собой дверной проем — крупный самец с оливковой кожей и бешеными глазами. Он был абсолютно голый, как и я, и держал в руке мачете со сверкающим лезвием длиною в фут.

Я бросил в него жилет. Он взмахнул ножом и отшвырнул жилет. Я успел схватить револьвер из ящика и одновременно метнуться в сторону. Лезвие описало в воздухе дугу. Он промахнулся. Снова поднял руку с мачете — и тут я выстрелил прямо ему в грудь. Четыре раза подряд.

Глава 31

Линия метро «LL» начинается на Восьмой авеню, пересекает Манхэттен в районе Четырнадцатой улицы и обрывается где-то у черта на куличках, в Кэнарси. Первую остановку поезд делает по ту сторону реки, в Бруклине — на углу Бедфорд-авеню и Северной Семидесятой. Я вышел и шагал пешком, пока не нашел его дом.

А нашел я его не сразу, так как пару раз свернул не туда, куда надо, но погода располагала к прогулке. Сияло солнце, небо было ясное и безоблачное, и, как мне показалось, даже потеплело.

Справа от гаража высилась массивная дверь без окошка. Я позвонил в колокольчик, но ответа не получил, к тому же и звонка внутри слышно не было. Ах да, кажется, он предупреждал, что отключил звонок... Я снова дернул за колокольчик — тот же результат.