Всю следующую неделю царило затишье. Перед бурей. И она не замедлила грянуть. Им всем казалось, что столько «шишек» не может быть в природе. Где-то на третий день бесконечных вопросов, демонстраций скафандров и скутера и чуть ли незаглядывания в рот на предмет состояния зубов нервы стали сдавать.
— Командир, убрал бы ты этих… — сквозь зубы процедил Алексей Сергеевич в ответ на очередное приглашение «показаться компетентным товарищам». — Ты знаешь, еще чуть-чуть, и я сваливаю.
Памятуя инцидент на мосту, Сергей Игоревич отнесся к угрозе более чем серьезно. Наплыв посетителей не иссяк, но «пошел параллельным потоком». В конце концов, дней через десять, под личную ответственность начальника Сергея Игоревича, с момента возникновения занимавшегося ситуацией, решение было принято.
— Сам полетишь, лично. — Говоривший постучал пальцем по столу. — Ты хоть понимаешь, что предложил?
— Понимаю, товарищ генерал.
— Да ладно уж. Ну, давай присядем на дорожку. Они молча посидели минуту, после чего полковник встал.
— Разрешите идти?
— Идите, Сергей Игоревич. И смотрите там…
Для того чтобы выйти за пределы атмосферы полковнику и двоим крепким мужикам пришлось подвергнуться «модификации», произведенной Юлькой.
— Не волнуйтесь. Денек подержится высокая температура, а в остальном все будет нормально.
Через день температура и правда спала, и Сергей Игоревич решил, что готов. Как это обычно бывает, никто не провожал. Буднично загрузились в скутер и влезли в скафандры. Глядя на сопровождающих, Алексей Сергеевич криво улыбнулся. «Консервы», — мелькнула пренебрежительная мысль. Да ладно, их проблемы. Его же больше занимала мысль, как бы это ретироваться, пока не вышли на орбиту. Что мог он сделал, и теперь в его присутствии нет никакого смысла. Но, Юля, занимавшая кресло пилота, казалась неприступной. Рядом сидел полковник, сжимая в руке «красную кнопку». Заряд находился где-то в недрах катера, и в целях конспирации никто толком не знал где. Все-таки не борту корабля взвод десантников. И «расколоть» любого из «нормальных» для них — раз плюнуть.
Как-то незаметно оказались в околоземном пространстве. Впереди были тридцать часов полета, и практически все погрузились в гипносон. Отдав мозгу катера команду, Юлька и сама провела это время в полудреме. Все шло нормально, вот уже вышли на расстояние прямой видимости. Конечно, невооруженным глазом вряд ли бы она что-нибудь разглядела. Но, сенсоры скутера были гораздо чувствительнее глаз.
— Сорок минут, — зазвучало в голове.
Юлька потянулась в скафандре, и тот послушно принял нужную позу, одновременно массируя мышцы. Вот уже впереди мерцает противометеоритная защита. Распознав катер, корабль начал открывать шлюз и, как только силовое поле коснулось боеголовки, прогремел взрыв.
Мы очень редко задумываемся о физических свойствах времени, о том, что оно, повинуясь своим непонятным нам законам, может вести себя как вполне реальная материя.
И никто до сих пор не знает, не образует ли оно, в самом деле, тихие запруды в одних местах и не несется ли стремительным горным потоком в других? А может быть, пространственная структура времени подобна океану? Со своими Гольфстримами, теплыми и холодными течениями и обязательными островами, на которые можно высадиться и как бы выйти из него, переселившись в другую среду.
Турбуленция, штормы, возможно, даже цунами, взаимопроникающие слои. А где-то есть и обратные течения, отраженные от каких-нибудь рифов.
Почему мы считаем время скучной и ровной струей, схожей с той, что льется из крана на кухне? Ведь то, что мы научились измерять его течение, подобно тому как измеряем расход воды, установив счетчик, оно не лишилось всех остальных своих свойств. И где-нибудь на «полюсах мироздания» детище бога Хроноса застыло неподвижной ледяной шапкой, от которой в свою очередь откалываются глыбы-айсберги, чтобы отправиться в дрейф по безбрежному океану, имя которому ВРЕМЯ.
Десантный бот, на борту которого находился практически весь взвод, совершал учебный полет. Тридцатилетний сержант Гн-трх был оглушен взрывом, уничтожившим несущий корабль. Никто из находившихся на борту, в большинстве своем получивших контузию, не ощутил, что в момент катастрофы произошел «прокол», ведущий очень далеко от места аварии и отнесший оставшихся в живых на много веков назад. Ни один из них не знал своей судьбы. Того, что большинству спустя десять лет придется погибнуть. Отдать свои жизни для того, чтобы спасся лишь один. Вернее, спасутся двое. Двое, которым суждено начать новый ЦИКЛ.
ЭПИЛОГ
Спустя несколько месяцев после смерти королевского дога по кличке Лорд в один из родильных домов Москвы доставили роженицу. Беременность протекала удивительно легко. И после непродолжительных схваток, практически не доставивших матери страданий, на свет появилась девочка. Крохотное существо, только-только родившееся, уже пыталось гладить мать ручонками, облегчая страдания и вселяя уверенность, что все будет хорошо.
А счастливой молодой женщине на миг показалось, что в палате кроме нее и дочки находятся еще три женщины. Все три такие разные, но их роднили следы былой красоты и объединяло величие, подобное которому бывает только у богинь.
